Н'/></noscript> <style type= #content_rb_119478 { min-height:215px; } #content_rb_119475 { min-height:165px; } .code-block-1 { display:flex !important; clear: none !important; } .code-block-2 { display:flex !important; clear: none !important; } figure { padding: 0px; margin: 0px 0px 15px 0px; max-width: 100%; height: auto; } iframe { max-width: 100%; height: 500px; } @media screen and (max-width: 600px) { #content_rb_119478 { min-height:0px; height:0px; } #content_rb_119475 { min-height:0px; height:0px; } .player__container { width: 375px !important; height: 400px; } iframe { height: 250px; } } .player__container { width: 100% !important; height: 500px; } .single .all-news__inner .article { border-top: 1px solid #ccc; padding-top: 20px; margin-top: 10px; } .sidebar-news { font-weight:500; } .sidebar-news-block { background: #f3f5f7; } .sidebar--f-l { padding-bottom: 15px; } .lazyloaded{ max-height: 450px; object-fit: contain; } .nocrop { object-fit: contain !important; } #buttonup { display: inline-block; background-color: #263238; width: 60px; height: 60px; text-align: center; border-radius: 4px; position: fixed; bottom: 30px; right: 30px; transition: background-color .3s, opacity .5s, visibility .5s; opacity: 0; visibility: hidden; z-index: 1000; padding: 12px; } #buttonup::after { font-size: 1em; line-height: 60px; color: #fff; } #buttonup:hover { cursor: pointer; background-color: #52585a; } #buttonup:active { background-color: #555; } #buttonup.show { opacity: 1; visibility: visible; } .btn-load-more { width:100%; } .entry-title { margin-top: 15px; } .yarpp-related h3 { padding: 0 17px!important; } .main-head--mb15 { margin-bottom: 15px!important } .videobutton{ background: rgb(210,23,3); background: linear-gradient(90deg, rgba(210,23,3,0.4) 0%, rgba(38,50,56,0.3) 73%); } .videobutton a:hover { color: #fff!important; } .article-link { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .article-link:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .top-news__main { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .top-news__main:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .video-list__img { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .video-list__img:hover { -webkit-filter: brightness(60%);}

На Украине предсказали два сценария распада НАТО

На Украине предсказали два сценария распада НАТО

По мнению политического эксперта Андрея Ермолаева, так называемый Западный мир разваливается и вопрос только в том, в какой форме это произойдёт.

Как пишет ПолитНавигатор, выступая в эфире интернет-канала Politeka украинский политолог Андрей Ермолаев рассказал, что одним их важнейших симптомов кризиса коллективного Запада является фактический раскол между союзниками по НАТО.

«Раскол настоящий. То есть еще институционально не оформился, но мы видим, какая большая интрига и напряжение между альянсом брито-американским, который подписал новую североатлантическую хартию… Идея разработать новую стратегию НАТО, заявленная в ходе этих саммитов, тоже получила разные оценки. Оказывается, не все страны готовы, согласны со старой модели НАТО», – сказал эксперт, —  Одной из ключевых интриг является то, будет ли Запад, расколовшись, доходить до внутреннего конфликта и буквального развала старых структур, или будет какой-то небольшой переход дипломатический».

По мнению Ермолаева, руководство России правильно и вовремя оценило эту тенденцию и успело подготовиться к грядущим переменам, подойдя к ним во все оружии.

«Россия к этому времени, к этому развернувшемуся многополярью подготовилась серьезно – она сделала ставку на усиление своей военной и энергетической силы – я сейчас не только о видах вооружений, я и о присутствии России во многих ключевых конфликтах мира как игрока, как влияющей стороны… Энергетически также – смотрите, за эти последние пять-семь лет форсаж, связанный с крупными континентальными проектами», – подчеркнул политолог.