Россия стоит плечом к плечу с Китаем в противостоянии США по Тайваню. Newsweek, США

Россия стоит плечом к плечу с Китаем в противостоянии США по Тайваню. The National Interest, США

На фоне того, что стратегические партнеры Москва и Пекин стремятся к дальнейшему согласованию своих позиций по глобальным геополитическим проблемам, привлекло внимание недавнее, совершенно недвусмысленное заявление России о том, что «самоуправляемый» остров Тайвань является неотъемлемой частью континентального Китая — Китайской Народной Республики

Эту российскую позицию изложил 12 октября Министр иностранных дел России Сергей Лавров во время своего визита в столицу Казахстана Нур-Султан.

«Россия, как и подавляющее большинство других стран, считает Тайвань частью Китайской Народной Республики, — сказал Лавров. — Мы исходили и будем исходить из этого положения в нашей внешней политике».

Сегодня только 14 стран, включая Ватикан, имеют дипломатические отношения с Тайбэем. Даже США поддерживают только неформальные отношения с островным государством с момента признания Пекина в 1979 году, спустя три десятилетия после того, как победа коммунистов в гражданской войне вынудила националистов бежать с материка через Тайваньский пролив. Советский Союз быстро встал тогда на сторону новой дружественной коммунистической державы, хотя между Москвой и Пекином вскоре выросла новая вражда, которая продолжалась до конца холодной войны.

Но сегодня Китай и Россия стали ближе, чем когда-либо, и в этом году отметили 20-ю годовщину подписания в 2001 году Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, который существенно изменил их отношения. Связи между двумя государствами стали особенно теплыми в последние годы, поскольку оба нашли общий язык в противостоянии их общему сопернику — Соединенным Штатам.

В связи с тем, что в последнее время США обратили свои взоры на Азиатско-Тихоокеанский регион, особенно после ухода администрации бывшего президента Дональда Трампа, Лавров и другие российские официальные лица стали чаще критиковать создание коалиции США с Австралией, Индией и Японией под знаменем «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона».

Лавров недавно выразил свое абсолютное несогласие с этими усилиями Запада.

«Концепция Индо-Тихоокеанского региона направлена на слом системы, основанной на необходимости уважать неделимость безопасности, — заявил Лавров на конференции по обороне и внешней политике на прошлой неделе, — и открыто провозглашает, что ее главная цель — сдерживание Китая».

Официальный представитель министерства иностранных дел Китая Чжао Лицзянь несколькими днями позже позитивно отозвался об этом выступлении Лаврова, а 11 октября также высоко оценил критику российского военного эксперта Ивана Коновалова по поводу поведения военно-морских сил США и их партнеров в Азиатско-Тихоокеанском регионе после столкновения подводной лодки США с до сих пор неопознанным объектом в Южно-Китайском море.

Во время того же брифинга для прессы Чжао поделился своей позицией по поводу того, что он назвал «бесполезными действиями Вашингтона в отношении Москвы в Европе, где новый газопровод Россия-Германия, известный как „Северный поток-2″, вызвал критику со стороны официальных лиц США, обеспокоенных некоей проблемой энергетической независимости».

В минувшие выходные Лавров заявил, что США «не скрываясь и откровенно» натравливают друг на друга Россию и европейские державы, а Чжао воспользовался возможностью, чтобы в понедельник поддержать позицию Москвы.

«Хорошо известно, что проект СП-2 демонстрирует энергетическую взаимодополняемость между Россией и Европой и поможет разрешить европейский энергетический кризис, — сказал Чжао. — Однако США, исходя из своих собственных геополитических амбиций и стремления монополизировать европейский энергетический рынок, не щадят усилий для торможения и срыва соответствующих проектов, чтобы подорвать интересы России и Европы и помешать их сотрудничеству. Но это не получает широкой международной поддержки».

Затем он связал позицию США трубопроводу СП-2 с американскими подходами в Азиатско-Тихоокеанском регионе, заявив, что «США умеют политизировать вопросы всеми способами и будут без разбора причинять вред другим, в том числе своим союзникам и партнерам, в своих собственных корыстных интересах».

Чжао утверждал, что все больше государств начинают разделять такую оценку американского поведения.

«Мы считаем, что все больше стран будут с открытыми глазами выступать против гегемонистского подхода США, включающего политизацию и чувство их превосходства в преследовании своих интересов за счет других», — сказал Чжао.

Однако, даже несмотря на то, что отношения Пекина и Москвы с Вашингтоном в последнее время серьезно ухудшились, и Россия, и Китай попыталась стабилизировать свои связи с ведущей мировой державой.

12 октября заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков встретился в Москве с заместителем госсекретаря США по политическим вопросам Викторией Нуланд. Как сообщается, на этой встрече российской стороной была предпринята попытка отменить взаимные санкции в отношении дипломатических миссий друг друга.

«Официальные представители США и РФ обсудили состояние и перспективы двусторонних отношений, — говорится в сообщении МИД России. — Они уделили особое внимание работе дипломатических представительств на территории друг друга. Заместитель министра Рябков подчеркнул, что враждебные антироссийские действия американской стороны не останутся без ответа, хотя Москва не стремится к дальнейшей эскалации напряженности. Он предложил взаимно снять все ограничения, которые обе стороны ввели за последние несколько лет».

Рябков предупредил, что продолжающаяся напряженность только усложнит жизнь обеим сторонам.

«Госпоже Нуланд было сказано, что продолжение линии Вашингтона на конфронтацию по двусторонней повестке дня и в контексте острых международных и региональных проблем может привести только к дальнейшей деградации российско-американских отношений, — отмечает российская сторона. — Необходимо реалистично подходить к делу и строить двусторонние связи на принципах равноправия и взаимного учета интересов друг друга».

Что касается Китая, то за последний месяц вокруг него произошло два заметных события. В прошлом месяце Председатель КНР Си Цзиньпин и президент США Джо Байден разговаривали по телефону, а в прошлую среду глава Центральной комиссии по иностранным делам Коммунистической партии Китая Ян Цзечи встретился в режиме он-лайн с советником США по вопросам национальной безопасности Джейком Салливаном.

Похоже, что на фоне этих контактов напряженность в двусторонних отношениях несколько снизилась, но основные области разногласий по-прежнему сохранились, причем Тайвань обе стороны называют главной проблемой.

При Трампе и Байдене США постепенно расширяли неформальную поддержку Тайваня, в том числе и в сфере безопасности. Официальные лица Тайбэя, такие как министр иностранных дел Джозеф Ву, также увеличили амбициозность в вызовах тому почти сформировавшемуся консенсусу «одного Китая», который уже существует в международном сообществе.

Отвечая на заявления Ву о том, что резолюция 2758 Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, которая передала место Тайбэя в ООН Пекину в 1971 году, не препятствует участию Тайваня в ООН, Чжао сказал во время своего ежедневного брифинга для прессы 8 октября, что «высказывания некоторых тайваньских политиков — это просто нонсенс».

«В мире есть только один Китай, а район Тайваня является неотъемлемой частью китайской территории, и правительство Китайской Народной Республики является единственным законным правительством, представляющим весь Китай, — сказал Чжао. — Это основополагающий факт, признанный всем международным сообществом. Наша позиция приверженности принципу одного Китая останется неизменной и наш отказ от всяких „двух Китаев «, „одного Китая, одного Тайваня» и „независимого Тайваня» остается неизменным и не подлежит оспариванию, а наша решимость отстаивать национальный суверенитет и территориальную целостность Китайской Народной Республики непоколебима».

Чжао также подчеркнул, что Тайвань является всего лишь провинцией Китая и, следовательно, не имеет права на независимое участие в международных организациях, таких как ООН. И он подтвердил приверженность Пекина реинтеграции Тайваня под власть материка — то обещание, которое Си намеревается осуществить с помощью дипломатии или силы, если последнее будет необходимо.

«Мы верим, что правое дело правительства Китая и китайского народа по поддержанию национального суверенитета и территориальной целостности, противодействию всякому сепаратизму и достижению воссоединения Китая будет по-прежнему завоевывать понимание и поддержку со стороны ООН и ее государств-членов», — сказал Чжао.

В тот же день на официальном онлайн-портале НОАК был опубликован комментарий официального военного печатного органа People’s Liberation Army Daily, в котором подчеркивалась необходимость достижения воссоединения страны.

«Народно-освободительная армия Китая обладает твердой волей, полным доверием народа и достаточными возможностями для предотвращения любого внешнего вмешательства и сепаратистских актов в русле какой-то „независимости Тайваня» и решительно отстаивает национальный суверенитет и территориальную целостность Китая, — говорится в комментарии. — Если сепаратистские силы под лозунгом „независимости Тайваня» осмелятся попытаться под разными предлогами отделить Тайвань от Китая, Народная армия решительно сокрушит эти попытки любой ценой».

В комментарии также приводятся доводы в пользу еще более неотложной необходимости сосредоточить внимание всей китайской армии на этом моменте.

«Офицеры и солдаты всей армии должны усилить чувство тревоги и ответственности за свои боевые участки, сосредоточиться на боевых действиях, сконцентрироваться на боевых задачах и преследовать цели по укреплению и омоложению армии, — говорится в комментарии. — Высокий уровень бдительности гарантирует, что, когда партия и народ нуждаются в войсках, они придут, когда их позовут, они смогут сражаться и одержат победу».

Сменявшие друг друга администрации США сознательно избегали каких-либо явных обещаний защищать Тайвань в случае военных действий со стороны Китая.

Отвечая на вопрос о запланированной реакции США на гипотетическое вторжение Китая через день после его онлайн-переговоров с Чаном, Салливан ответил: «Позвольте мне просто сказать, что мы собираемся принять меры уже сейчас, чтобы попытаться предотвратить наступление такого дня в будущем».

Китай и Россия официально не связаны военным союзом, и обе стороны заявили, что не планируют создавать такие рамки в своих отношениях, даже несмотря на то, что их связи в сфере обороны продолжают укрепляться. Фактом остается то, что две страны проводят все большее количество совместных учений, включая крупномасштабные учения в августе, направленные на борьбу с терроризмом на северо-западе Китая. Это связано с растущей нестабильности в связи с выходом американских войск из почти 20-летнего конфликта в соседнем Афганистане. Ситуация в Афганистане стала одним из крупнейших региональных и международных вопросов, по которым Пекин и Москва активизировали сотрудничество.

И в качестве еще одной демонстрации совпадающих интересов две страны выпустили совместное заявление по Конвенции о запрещении биологического оружия, в котором «они подчеркивают, что Соединенные Штаты и их союзники проводят военную биологическую деятельность за рубежом (за пределами территории Америки в настоящее время развернуто более 200 биологических лабораторий США, действующих в закрытом и нетранспарентном режиме), что вызывает у международного сообщества серьезные опасения в контексте соблюдения строгих положений упомянутой Конвенции».

Этот момент особенно активно продвигался Китаем после появления в США подозрений относительно возможной роли Уханьского вирусологического института во вспышке covid-19 — болезни, впервые обнаруженной в китайском городе Ухань. В отчете американской разведки, подготовленном по приказу президента Байдена, не сделан окончательный вывод о том, появился ли патоген естественным путем или случайно просочился из указанного объекта, но это расследование только еще больше повредило американо-китайским отношениям.

Сейчас, когда подходит к концу первый год пребывания у власти президента Байдена, он уже встретился с президентом России Владимиром Путиным на июньском саммите в Женеве, а в настоящее время ведутся переговоры о возможной встрече Байдена с Си Цзиньпином в режиме он-лайн, хотя официальная ее дата еще не подтверждена.

«На данный момент у меня нет по этому вопросу ничего нового, — заявила журналистам пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки. — Мы просто работаем над ним и ведем обсуждения на рабочем уровне».

Том О’Коннор, Newsweek, США

Перевод ИноСМИ