зе'/></noscript> <style type= #content_rb_119478 { min-height:215px; } #content_rb_119475 { min-height:165px; } .code-block-1 { display:flex !important; clear: none !important; } .code-block-2 { display:flex !important; clear: none !important; } figure { padding: 0px; margin: 0px 0px 15px 0px; max-width: 100%; height: auto; } iframe { max-width: 100%; height: 500px; } @media screen and (max-width: 600px) { #content_rb_119478 { min-height:0px; height:0px; } #content_rb_119475 { min-height:0px; height:0px; } .player__container { width: 375px !important; height: 400px; } iframe { height: 250px; } } .player__container { width: 100% !important; height: 500px; } .single .all-news__inner .article { border-top: 1px solid #ccc; padding-top: 20px; margin-top: 10px; } .sidebar-news { font-weight:500; } .sidebar-news-block { background: #f3f5f7; } .sidebar--f-l { padding-bottom: 15px; } .lazyloaded{ max-height: 450px; object-fit: contain; } .nocrop { object-fit: contain !important; } #buttonup { display: inline-block; background-color: #263238; width: 60px; height: 60px; text-align: center; border-radius: 4px; position: fixed; bottom: 30px; right: 30px; transition: background-color .3s, opacity .5s, visibility .5s; opacity: 0; visibility: hidden; z-index: 1000; padding: 12px; } #buttonup::after { font-size: 1em; line-height: 60px; color: #fff; } #buttonup:hover { cursor: pointer; background-color: #52585a; } #buttonup:active { background-color: #555; } #buttonup.show { opacity: 1; visibility: visible; } .btn-load-more { width:100%; } .entry-title { margin-top: 15px; } .yarpp-related h3 { padding: 0 17px!important; } .main-head--mb15 { margin-bottom: 15px!important } .videobutton{ background: rgb(210,23,3); background: linear-gradient(90deg, rgba(210,23,3,0.4) 0%, rgba(38,50,56,0.3) 73%); } .videobutton a:hover { color: #fff!important; } .article-link { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .article-link:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .top-news__main { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .top-news__main:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .video-list__img { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .video-list__img:hover { -webkit-filter: brightness(60%);}

Игорный бизнес на Украине: словам офшорного Зеленского и его приятелей нельзя доверять

зеленский

Мы здесь не станем долго обсуждать моральную сторону решения украинской власти легализовать индустрию азартных игр

Ибо понятия морали и нравственности к этой власти неприменимы. И никаких угрызений совести она не испытывает по поводу того, что своим решением втягивает миллионы обнищавших людей в безумную карусель азарта, где в призрачной надежде на куш игроки просаживают последнее, теряют машины и кров, оставляют нищими семьи. Подобными «мелочами» инициаторы данного проекта не заморачиваются.

Рассмотрим иную сторону вопроса – финансовую. Легализация индустрии азартных игр происходила под шумиху о том, что-де она принесет стране миллиарды бюджетных денег в виде налогов. Именно это стало формальным основанием для принятия в июле 2020 году закона «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр», который менее месяца спустя был подписан президентом страны. К тому времени уже 11 лет все казино, тотализаторы, игральные автоматы и прочие «лохотроны», кроме лотерей, на Украине были запрещены. С инициативой их закрытия в 2009 году выступил Кабмин Юлии Тимошенко, и парламент одобрил её, невзирая даже на противодействие тогдашнего президента Виктора Ющенко. Почему вдруг Тимошенко, называвшая украинцев «биомассой», вдруг озаботилась их защитой от игорных банкротств, понять несложно. На 2010-й год были назначены президентские выборы, и ЮВТ решила привлечь в качестве своего электората тысячи и тысячи родственников лудоманов, то есть клинически зависимых игроков., разоряющих собственные семьи. Собственно, был общественный запрос на запрет игорного бизнеса, на который находчивая Юлия Владимировна ответила перед выборами? А когда ж ещё?

Впрочем, после этого решения игорный бизнес не исчез. Он мимикрировал и превратился в интернет-лотереи и тому подобные забавы. Ряд злачных мест на периферии и в столице поменяли вывески, и прежний контингент так же просаживал в них последние гроши, как и до запрета. Их хозяева прекрасно уживались с контролирующими органами: коррупционные традиции на Украине.

Прошлогодний закон вводил «комплексное регулирование рынка азартных игр». Органом государственного регулирования в данной сфере сделали комиссию по регулированию азартных игр и лотерей, подчинённую правительству. Владельцы игорных заведений должны были делать соответствующие отчисления из своих прибылей в организованный фонд «поддержки медицины, спорта та культуры». На бумаге всё выглядело пристойно: лудоманы как бы поддерживали больницы, стадионы и детские спортивные секции, театры и выставки. Чем больше они играли, тем лучше должна была становиться медицинская помощь, тем больше спектаклей и кинофильмов должны были радовать глаза и уши жителей Украины, тем спортивнее должны были выглядеть их детишки.

Инициаторы закона из партии «Слуга народа» заявляли, что закон обеспечит наполнение украинского бюджета в размере не менее 7 млрд грн. (около $270 млн) в год. Сам же глава державы обозначил более скромные, но тоже солидные цифры сперва 4 млрд (примерно $155 млн.), а позднее – и все 5 (около $190 млн). Хорошие суммы, которые планировалось потратить на здравоохрание, образование и культуру.

Юлия Тимошенко, в силу своей бывшей заинтересованности в запрете игорного бизнеса знающая о нём явно больше «команды Зе», во время обсуждения нового закона в парламенте предупреждала, что ради получения бюджетом названных Зеленским сумм украинские игроманы должны проиграть 82 млрд грн. (ок.оло $3,1 млрд). И высказалась в том смысле, что «власть хочет обогатиться на человеческой беде», на «лудомании». При этом она акцентировала, что к тому же «предусматривается освобождение игорного бизнеса от налогов». И оказалась права.

Уже в марте 2021 года представитель налогового комитета Верховной Рады сообщил, что парламент планирует уменьшить ставки налогообложения для организаторов азартных игр и лотерей. Предусматривалось втрое снизить стоимость лицензирования, на столько же – ставку на доход для операторов лотерей (с 30% до 10%). И почти вдвое – ставку налога для букмекеров и казино (с 18% до 10%).

В июле 2021 года Борис Баум, первый заместитель главы консультационно-экспертного совета комиссии по регулированию азартных игр, поведал, что с начала года бюджет Украины получил от их легализации 900 млн грн. (около $35 млн). И это вместо обещанных семи или пусть даже четырёх миллиардов! Баум посетовал на чрезвычайно высокие ставки налогообложения. Тогда же нардепы приняли в первом чтении закон, снижающий эти ставки. И вот уже в начале октября налоговый комитет Верховной Рады рекомендовал законопроект ко второму чтению. Аргументировали это тем, что «игорка» всё-таки приносит бюджету деньги (на этот момент около 1 млрд).

А где же, спросите, обещанные семь или хотя бы четыре? Где же аналитика, доказывающая пользу для государства азартных игр, ведь интересно было бы взглянуть, сколько денег пройдёт мимо государственной казны в результате налоговых послаблений для тех, кто обогащается за счёт азарта и, как говорила ЮВТ, жиреет на «человеческой беде»?

Также было бы интересно взглянуть на новые больницы, спортивные школы, стадионы и галереи, построенные и открытые на «игорные миллиарды».

Обещания баснословных доходов бюджета от легализованного и обласканного преференциями игорного бизнеса и поддержка этими деньгами «медицины, спорта и культуры» оказались очередными байками, прикрывающими очередное ограбление людей. И очередным доказательством того, что нельзя верить ни одному слову офшорного Зе и его приятелей, которые ныне власть.

Гарик Печатный, Одна Родина