Елена '/></noscript> <style type= #content_rb_119478 { min-height:215px; } #content_rb_119475 { min-height:165px; } .code-block-1 { display:flex !important; clear: none !important; } .code-block-2 { display:flex !important; clear: none !important; } figure { padding: 0px; margin: 0px 0px 15px 0px; max-width: 100%; height: auto; } iframe { max-width: 100%; height: 500px; } @media screen and (max-width: 600px) { #content_rb_119478 { min-height:0px; height:0px; } #content_rb_119475 { min-height:0px; height:0px; } .player__container { width: 375px !important; height: 400px; } iframe { height: 250px; } } .player__container { width: 100% !important; height: 500px; } .single .all-news__inner .article { border-top: 1px solid #ccc; padding-top: 20px; margin-top: 10px; } .sidebar-news { font-weight:500; } .sidebar-news-block { background: #f3f5f7; } .sidebar--f-l { padding-bottom: 15px; } .lazyloaded{ max-height: 450px; object-fit: contain; } .nocrop { object-fit: contain !important; } #buttonup { display: inline-block; background-color: #263238; width: 60px; height: 60px; text-align: center; border-radius: 4px; position: fixed; bottom: 30px; right: 30px; transition: background-color .3s, opacity .5s, visibility .5s; opacity: 0; visibility: hidden; z-index: 1000; padding: 12px; } #buttonup::after { font-size: 1em; line-height: 60px; color: #fff; } #buttonup:hover { cursor: pointer; background-color: #52585a; } #buttonup:active { background-color: #555; } #buttonup.show { opacity: 1; visibility: visible; } .btn-load-more { width:100%; } .entry-title { margin-top: 15px; } .yarpp-related h3 { padding: 0 17px!important; } .main-head--mb15 { margin-bottom: 15px!important } .videobutton{ background: rgb(210,23,3); background: linear-gradient(90deg, rgba(210,23,3,0.4) 0%, rgba(38,50,56,0.3) 73%); } .videobutton a:hover { color: #fff!important; } .article-link { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .article-link:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .top-news__main { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .top-news__main:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .video-list__img { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .video-list__img:hover { -webkit-filter: brightness(60%);}

Елена Панина: Саммит ЕС – Киев показал неумение Брюсселя мыслить стратегически

Елена Панина: Саммит ЕС – Киев показал неумение мыслить стратегически Брюсселя

Во вторник, 12 октября, в Киеве состоялся саммит ЕС – Украина, куда на встречу с Владимиром Зеленским прибыли президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и председатель Европейского совета Шарль Мишель

Стороны обсудили широкий круг вопросов и сделали несколько политических заявлений. Как можно судить, главной темой стали энергетические сложности Украины и ее отношения с Россией. Поскольку Киев никак не хочет повзрослеть и начать разговаривать напрямую с Москвой, он предпочитает перекладывать решение проблем на взрослых – Брюссель и ведущие страны-члены ЕС. А европейские чиновники потворствуют ему в этом, хотя весьма своеобразно.

Так, когда Зеленский поделился своими «озабоченностями» тем, что после ввода в эксплуатацию «Северного потока – 2» Россия перекроет украинский газовый транзит и призвал высоких гостей поспособствовать с выпадающими доходами, фон дер Ляйен посочувствовала ему, но пообещала увеличить Украине объем поставок из стран-членов ЕС. Вряд ли это то, что нужно Киеву – за «европейский» газ, который, скорее всего, будет российским же, ему придется заплатить с наценкой. Тем более Украина не получит денег за его транзит.

Поэтому складывалось впечатление, что президент ЕК решала совсем другие задачи. В конце концов, ее рассуждения по поводу «Северного потока – 2» и обещания Киеву поработать совместно с ним над «долгосрочными стратегическими решениями» не являются предметом компетенции главы Еврокомиссии. Напомним, что в июле этого года президент США Джо Байден и канцлер Германии Ангела Меркель в Вашингтонской декларации определили, что вопросы энергетической безопасности Украины от имени Запада будет определять Берлин, а не Брюссель. Так в чем причина активности фон дер Ляйен?

Ранее ряд западных изданий дали утечки о том, что в ходе предварительных переговоров участники потенциальной правящей коалиции Германии – СДПГ, «зеленые» и СвДП – договорились не мешать вводу в эксплуатации «Северного потока – 2» и не затягивать его сертификацию. В случае формирования немецкого правительства под эгидой социал-демократов фон дер Ляйен, которую во главе Еврокомиссии поставила возглавлявшая ХДС канцлер Меркель, теряет шансы переизбраться на новый срок. Поэтому действия президента ЕК могли быть мотивированы желанием создать трудности СДПГ с ее поддержкой «Северного потока – 2» на украинском направлении.

А заодно отыграться на России. За день до саммита Брюссель ввел санкции против еще восьми российских граждан – сотрудников правоохранительных органов Крыма и Севастополя за то, что они просто исполняли свои обязанности и соблюдали российское законодательство. Такая мелочность говорит о том, что европейские чиновники не способны мыслить интересами ЕС, хотя любят много рассуждать о «стратегической автономии» Европейского союза.

Но заданная антироссийская направленность их действий мало поможет Киеву. Как только в Германии появится новое правительство, Брюссель уступит инициативу на украинском направлении Берлину и Парижу, а Украине, хочет она того или нет, все-таки придется вернуться к обсуждению неприятных для нее вопросов реализации «Минска-2» и работы в «Нормандском формате».

Директор Института РУССТРАТ Елена Панина, специально для News Front