Что скажет Путину Эрдоган — «Слава Украине»?

Что скажет Путину Эрдоган - «Слава Украине»?

Официальная повестка встречи российского и турецкого президентов Владимира Путина и Реджепа Эрдогана известна: Сирия, Ливия, Афганистан. Кроме того, две страны активно торгуют. Но и список поводов для недовольства друг другом у Москвы и Анкары довольно длинный

О чем же будут говорить два лидера?

Выпал Кавказ

В Кремле повестку встречи описали как обширную, но без детализации. «Планируется обсудить различные аспекты российско-турецкого партнерства в политической и торгово-экономической областях. Будет также проведен обстоятельный обмен мнениями по актуальным международным вопросам, включая развитие ситуации в Сирии, Ливии, Афганистане и Закавказье», — информировала пресс-служба главы государства. К слову, в турецкой версии Южный Кавказ в списке тем не фигурирует.

Фон у беседы двух лидеров был куда более красочный и складывается из многих составляющих. Новости из Сирии, на конфликт в которой Москва и Анкара смотрят с разных точек зрения, показывает, что на Ближнем Востоке не все тихо. «За прошедшие сутки в Идлибской зоне деэскалации зафиксировано 24 обстрела со стороны позиций террористической группировки «Джабхат ан-Нусра» (признана экстремистской/террористической и запрещена в России – Прим.ред.)», – информировал российский Центр по примирению враждующих сторон и контролю за перемещением беженцев в Арабской республике. Противовоздушная оборона сбила беспилотник, который пытался атаковать авиабазу Военно-космических сил «Хмеймим».

Протурецкие боевики со своей стороны пожаловались на интенсификацию работы российской авиации. В турецкой прессе посчитали, что Москва таким образом поднимает ставки перед встречей, чтобы получить более комфортные переговорные позиции. Всплеск числа ударов с воздуха отметил и министр национальной обороны Турции Хулуси Акар. Глава военного ведомства подчеркнул, что с его точки зрения такое развитие событий не соответствует Сочинскому меморандуму о взаимопонимании, который Путин и Эрдоган подписали еще в 2019-м.

Меморандум был фактическим компромиссом. Москва согласилась тогда на то, что турецкие силы продолжили свою операцию «Источник мира», но на ограниченной территории – между городами Тель-Абьяд и Рас-эль-Айном. Для Анкары было важно, что курдские боевики отошли на восток от Евфрата из районов Манбиджа и Тель-Рифаата. Обе стороны также договорились о совместном патрулировании вокруг зоны турецкой операции, со стороны Арабской республики контролировать ситуацию начала российская военная полиция совместно с сирийскими пограничниками.

В чем-то похоже ситуация развивалась и в Ливии. В 2020-м Путин и Эрдоган призвали все стороне конфликта в этой африканской стране завершить боевые действия. То есть Москва и Анкара подтвердили, что при всех противоречиях они видят себя посредниками и в этом противостоянии.

Партнеры по оружию

И если в Сирии и Ливии Москва и Анкара все же имеют разнонаправленные интересы, то на рынке вооружения они, как показала практика, могут быть партнерами. Видимо, поэтому издание Milliyet предположило, что турецкий президент может на сегодняшней встрече поднять вопрос об истребителях пятого поколения. Журналист напомнил, что в 2019-м во время посещения Эрдоганом Москвы оба лидера осматривали кабину Су-57. Поэтому, предположил автор статьи, «решения, которые будут приняты, могут быть связаны с этим».

Два года назад глава турецкого государства, действительно, сообщил, что Анкара рассматривает возможность покупки российских самолетов. «Почему бы и нет? Мы же не впустую приехали», – говорил он и объяснял, что решение зависит от того, согласится ли Вашингтон поставить Турции обещанные F-35. «Рынок, где мы можем себя обеспечить тем, чем нужно, большой», — доносил Эрдоган свою позицию. Высказывание это было адресовано Соединенным Штатам. Перед этим Вашингтон заявил, что может приостановить поставку истребителей Анкаре из-за ее намерений взять на вооружение российские зенитно-ракетные комплексы (ЗРК) С-400.

Турция рассчитывала на сотню F-35 Lightining II, так как с 2000-х была участником международной программы создания истребителя пятого поколения в США. В итоге Вашингтон в 2021-м все же аннулировал соглашение с Анкарой, наказав ее за покупку российского оружия.

Турция пытается параллельно разработать собственный боевой самолет нового поколения при поддержке британской BAE Systems. Все упирается и в нехватку опыта у конструкторов и своего двигателя. По сведениям СМИ, в Анкаре рассматривали возможность установки российских реактивных моторов на перспективный истребитель.

Страны совместно реализуют и другой высокотехнологичный проект. Весной 2021-го был заложен очередной блок на строящейся на южном побережье Турции атомной электростанции «Аккую». Для Анкары энергетическая безопасность очень важна.

Россия и Турция продолжают оставаться друг для друга важными торговыми партнерами. В 2020-м объемы экспорта и импорта значительно снизились в сравнении с предыдущим годом, но все же турецкий рынок для российских поставщиков был на шестом месте по объемам поставок. На российском же рынке турецкий бизнес совокупно был на девятом месте.

При всем этом турецкий лидер делает заявления, которые в Кремле не могут не воспринимать с раздражением. Так, выступая на Генассамблее ООН Эрдоган заявил, что отказывается признавать итоги выборов в Госдуму в Крыму. Он также солидаризировался с Киевом, который пытается отрицать легальность и легитимность референдума 2014-го, в результате которого полуостров воссоединился с Россией.

Это не единичный случай, когда позиция Анкары противоречит российской. Турция входит в так называемую Крымскую платформу, которая создана Украиной с целью поднять вопрос о принадлежности Крыма. И символические жесты, которые могут расцениваться как комплиментарные Киеву, Эрдоган делает не впервые. Весной 2021-го встречу в украинской столице турецкий президент начал с возгласа «Слава Украине».

В Москве отреагировали замечанием, что высказывания Эрдогана оставили неприятное впечатление. Но, уточнил пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков, это не помешает конструктивному диалогу.

«Другого пути нет»

Научный сотрудник сектора Турции Института востоковедения Российской академии наук, директор Центра изучения современной Турции Амур Гаджиев в комментарии Украине.ру полагает, что стороны затронут и вопросы сотрудничества, и соперничества. «В первую очередь речь пойдет о Сирии, в частности, об Идлибе. Москве и Анкаре надо наметить для себя, что им дальше делать на Большом Ближнем Востоке – от Афганистана до [Средиземного моря] после ухода США», – отмечает он.

«На фоне меняющей реальности между двумя странами будет идти интенсивный диалог. Мир раскалывается на макрорайоны, недавно в ЕС шла активная дискуссия о создании собственной армии в условиях, когда Соединенные Штаты уклоняются от присутствия по всей планете. В свете этого у Турции, хотя и были небольшие надежды на Запад, но сейчас и таких надежд не осталось. Анкара осознает, что может остаться в одиночку с такими региональными монстрами как Иран, Саудовская Аравия и Египет. Поэтому был найден единственный выход – налаживание перспективных отношений с Москвой. Другого пути нет», – объясняет Гаджиев контекст встречи Путина и Эрдогана.

При всей глобальности повестки Сирия и Идлиб являются пробными камнями для обеих сторон, отмечает собеседник издания. «Это конкретный пример, который покажет, как страны взаимодействуют, поэтому он так важен, — продолжает Гаджиев. – В отношениях у нас царит чистой воды прагматизм, это осознают и в Москве, и в Анкаре. И в сотрудничестве на самом высоком уровне есть и неизбежное соперничество – в тех государствах, где Россия была исторически представлена, но куда активно идет и Турция».

Двоякое отношение двух стран друг к другу иллюстрирует недавняя война в Нагорном Карабахе. Востоковед напоминает, что одна из сторон активно поддержала Азербайджан, вторая выступила миротворцем. А теперь Анкара пытается нащупать формат, который был бы выгоден ей и как-то устраивал и других игроков.

Специалист по Турции Яшар Ниязбаев напоминает в комментарии Украине.ру, что у обеих сторон есть претензии друг к другу. Особенно явно это видно в Идлибе, Сирия. Это главное, что беспокоит Анкару и Москву. Но есть и вопросы, взгляды на которых у сторон, если и не совпадают, то близки.

«У двух государств есть общее видение, они говорят, что хотят целостности Сирийской арабской республики. Но Анкара волнуется, что курдские формирования могут обустроить себе государство. Курдов поддерживает и вооружает Америка. Россия же показывает, что больше учитывает интересы Турции. Анкара хочет, чтобы Москва как-то дипломатическими методами поспособствовала разрешению этой проблемы. Но курдам надо дать что-то взамен, чтобы они отказались, например, от сотрудничества с США, и тут возникает новые сложности», – описывает собеседник издания всю многомерность и переплетенность повестки, которую будут обсуждать два лидера.

Объединяет Москву и Анкару и борьба с терроризмом. Оба государства декларируют, что выступают против ИГ (признана экстремистской/террористической и запрещена в России – Прим.ред.). Имеет значение и заметный раскол между Турцией и США. «В ходе поездки Эрдогана в США, когда он не смог пообщаться с [президентом США Джо] Байденом, что турецкого лидера задело. Об этом он открыто сказал, подчеркнув, что мог найти общий язык и с Трампом, и с Обамой», – напоминает Ниязбаев.

И все же в отношениях сторон присутствует двойственность – Москва и Анкара показывают способность договариваться даже в самых спорных операциях. «Но доверие рухнуло после того, как Турция в 2015-м сбила российский самолет в Турции, хотя сохранилось сотрудничество, между нами есть немало дорогостоящих, взаимовыгодных проектов», – отмечает Ниязбаев. Поэтому обе страны стараются не задевать друг друга сильно. Все же государства являются парадоксально и соперниками, и партнерами, приходит он к выводу.

Филипп Прокудин, Ukraina.ru