«Добробаты Зеленского»: президент Украины и его попытки взять власть над Нацгвардией

«Добробаты Зеленского»: президент Украины и его попытки взять власть над Нацгвардией

В четверг, 29 июля, президент Владимир Зеленский подписал законопроект №5557 «Об основах национального сопротивления». Этот закон был принят Верховной Радой 16 июля

По поводу этого закона обсуждались основном прописанные в нем «добровольческие формирования территориальных общин», которые журналисты сразу же окрестили «добробатами Зеленского». Но за этими в общем-то бесполезными на практике формированиями, как за дымовой завесой, скрывался еще более важный момент.
Пункт 3 статьи 6-1 «Полномочия Министра обороны Украины и Главнокомандующего Вооруженных Сил Украины по Национальной гвардии Украины» гласит: «С наступлением особого периода Национальная гвардия Украины для выполнения задач по обороне государства приводится в готовность к выполнению задач по назначению и подчиняется Главнокомандующему Вооруженных Сил Украины (то есть министру обороны, президент — Верховный Главнокомандующий. — Авт.), кроме военных частей (подразделений), осуществляющих конвоирование и охрану дипломатических представительств».

Тут кроется определенный подвох, именно в связи с трактовой понятия «особый период».

Особый период Шредингера

С одной стороны, особый период объявляется президентом и утверждается парламентом вместе с началом мобилизации или объявлением военного положения. Можно сослаться хотя бы на постановление Киевского апелляционного административного суда от 4 февраля 2016 года по делу 826/18425/15, где говорится:

«Определение «особого периода» содержится в абзаце 11 статьи 1 Закона Украины «Об обороне Украины» от 06.12.91 №1932-XII, в котором предусмотрено, что особый период — это период, который наступает с момента объявления решения о мобилизации (кроме целевой) или доведения его до исполнителей относительно скрытой мобилизации или с момента введения военного положения в Украине или в отдельных ее местностях и охватывает время мобилизации, военное время и частично восстановительный период после окончания военных действий».

То есть поскольку мобилизация пока не объявлялась и военное положение не вводилось, то особый период не действует, а следовательно, Нацгвардия президенту не подчиняется.

С другой, все не так просто. Дело в том, что особый период, начатый 17 марта указом и.о. президента Александра Турчинова № 303/2014 «О частичной мобилизации» и утвержденный в тот же день законом Украины № 1126-VII «Об утверждении Указа Президента Украины «О частичной мобилизации» от 17 марта 2014 года» (вступил в силу с 18 марта 2014 года), так официально и не завершался. А сроков автоматического окончания у подобных указов нет. В таком странном юридическом состоянии Украина с тех пор и живет — вроде бы особого периода нет, но официально он как бы и есть.

В данном случае следует сослаться на постановление Верховного суда Украины №60-1543/0/2-18 от 13 июля 2018 года, направленное в ответ на официальный запрос Главнокомандующего Вооруженными Силами Украины:

«В постановлении Верховного Суда от 25.05.2018 по делу №127/13998/17 (кассационное производство №61-11716св18), о котором упоминается в Вашем письме, было указано, что с 18.03.2014 в Украине наступил особый период, продолжительность которого связывается с продолжительностью мобилизации, срок которой установлен пунктом 3 указа президента Украины от 17.03.2014 №303/2014, то есть 45 суток… Однако постановлением Верховного Суда от 11.06.2018 по делу №127/13998/17 (кассационное производство №61-11716св18), принятым в порядке статьи 269 Гражданского процессуального кодекса Украины, из упомянутого постановления от 25.05.2018 исключена ссылка на то, что особый период связывается с продолжительностью мобилизации (45 суток)… Соответствующая описка устранена, поскольку указание на период касалось продолжительности мобилизации, а не особого периода в Украине. Таким образом, Верховный Суд, обеспечивая единство правоприменительной практики, придерживается правовой позиции, согласно которой особый период в Украине действует».

В Министерстве обороны, кстати, с этим постановлением спорить не стали, опубликовав его оригинал и текст в соцсетях как Генерального штаба, так и Юридической службы ВСУ. То есть возникает юридический казус, похожий на пресловутого «кота Шредингера», который одновременно и жив, и мертв. Скорее всего, прописано так вполне продуманно, так как однозначно прописанное переподчинение Нацгвардии министру обороны, а через него президенту вызвало бы огромное возмущение не только в МВД, но и в Верховной Раде и среди всех партий и общественных организаций, так как разом меняло бы баланс сил в политической системе страны (об этом подробнее далее). А так всегда можно сказать, что действует принятый закон только в исключительных случаях, и, поскольку пока мобилизация или военное положение не объявлены, все остается по-прежнему.

С другой стороны, при желании Офис президента мог бы предъявить упомянутое выше постановление Верховного суда и заявить: поскольку особый период не заканчивался, так что Нацгвардия и сейчас подчиняется Минобороны.

Полное переподчинение президенту

Вполне очевидно, что такая двусмысленность президента в долгосрочной перспективе не устраивает. Ведь в случае попытки взять Нацгвардию под контроль это может быть оспорено в Верховном суде, где оппоненты потребуют вновь изучить все аспекты трактовки понятия «особый период», и нельзя прогнозировать, какое постановление вынесут судьи на этот раз. Потом решение Верховного суда можно оспорить в Конституционном. Опять же, эти юридические тяжбы неизбежно займут немало времени, а его может и не быть.

Именно поэтому Зеленский еще на волне своего успеха, победив на президентских выборах, а затем завоевав монобольшинство в парламенте для «Слуги народа», на первом же заседании нового созыва Верховной Рады внес 29 августа 2019 года законопроект №1007 «О внесении изменений в некоторые законы Украины относительно деятельности Национальной гвардии Украины». В том законопроекте прямо и однозначно утверждалось, что «деятельность Национальной гвардии Украины направляется президентом Украины через командующего Национальной гвардии Украины, осуществляющего непосредственное руководство Национальной гвардией Украины».

В части 10 статьи 5 закона «О Национальной гвардии Украины», гласящей, что «передислокация, изменение местоположения и определения зон ответственности (оперативного реагирования) оперативно-территориальных объединений Национальной гвардии Украины и их органов военного управления, соединений, воинских частей и подразделений, учебных воинских частей (центров), баз, учреждений здравоохранения и учреждений Национальной гвардии Украины осуществляются по решению Министра внутренних дел Украины», глава МВД заменялся президентом Украины.

Министр внутренних дел устранялся и от назначения командиров Нацгвардии. Часть 2 статьи 3 закона ««О Национальной гвардии Украины», гласящая, что «командующий Национальной гвардии Украины назначается на должность президентом Украины по представлению министра внутренних дел Украины и освобождается от должности президентом Украины», изменялась на «Командующий Национальной гвардии Украины назначается на должность и освобождается от должности президентом Украины». Далее, глава МВД убирался из части 3 той же статьи, гласившей, что «руководители структурных подразделений главного органа военного управления Национальной гвардии Украины, органов военного управления оперативно-территориальных объединений и высших военных учебных заведений Национальной гвардии Украины назначаются на должность по согласованию с президентом Украины и освобождаются от должности министром внутренних дел Украины».

Такой законопроект Арсен Аваков категорически отверг, пригрозив президенту отставкой. В итоге уже 31 августа 2019 года законопроект «убрали в ящик». Но лишь на время.

«В Офисе президента hromadske подтвердили, что существует общее видение: Нацгвардию нужно вывести из структуры МВД, — сообщило 28 июля этого года издание. — А по информации источников hromadske во фракции «Слуга Народа», команда президента может вернуться к старому законопроекту №1007, который выводит Нацгвардию из-под влияния МВД».

Далее в тексте статьи на hromadske.ua упоминается, что это «может… случиться осенью».

Последствия принятия закона №1007 сложно переоценить. Впервые за 20 лет Нацгвардия окажется в прямом подчинении президента, как это было при Леониде Кравчуке и Леониде Кучме. Напомню, что именно угроза создания суперпрезидентской республики и вынудила Верховную Раду к открытому демаршу против Кучмы и принятию закона №1363-XIV от 11 января 2000 года «О расформировании Национальной гвардии Украины». Вместо Нацгвардии появились Внутренние Войска в структуре МВД, подчиненные — через назначаемого министра внутренних дел — парламенту. Так сложилось некое двоевластие, в котором у президента были армия и СБУ, а у Верховной Рады — Внутренние войска, в 2014-м переименованные обратно в Нацгвардию.

В 2007-м во время открытого конфликта президента Виктора Ющенко и контролируемой регионалами Верховной Рады президент попытался переподчинить себе Внутренние войска, двинув их на Киев, где не хотел уходить распущенный им парламент. Об этом, кстати, вспомнил 4 ноября 2020 года в интервью «Украинской правде» экс-глава Офиса президента Андрей Богдан, говоря о своих попытках переподчинить президенту Нацгвардию: «У меня же был там конфликт с Аваковым, о Национальной гвардии, такой же, как у Ющенко был… Я знаю, как (в 2007-м. — Авт.) штурмовали генерального прокурора Пискуна. Там же Цушко был министр внутренних дел и руководил полицией. А заводили Внутренние войска, которые были под президентом. А я говорил: «Владимир Александрович, а вдруг Майдан? А кто нас защищать будет? УГО (Управление государственной охраны. — Авт.)? 2000 человек. Или кто?»»

Владислав МальцевУкраина.ру