#content_rb_119478 { min-height:215px; } #content_rb_119475 { min-height:165px; } .code-block-1 { display:flex !important; clear: none !important; } .code-block-2 { display:flex !important; clear: none !important; } figure { padding: 0px; margin: 0px 0px 15px 0px; max-width: 100%; height: auto; } iframe { max-width: 100%; height: 500px; } @media screen and (max-width: 600px) { #content_rb_119478 { min-height:0px; height:0px; } #content_rb_119475 { min-height:0px; height:0px; } .player__container { width: 375px !important; height: 400px; } iframe { height: 250px; } } .player__container { width: 100% !important; height: 500px; } .single .all-news__inner .article { border-top: 1px solid #ccc; padding-top: 20px; margin-top: 10px; } .sidebar-news { font-weight:500; } .sidebar-news-block { background: #f3f5f7; } .sidebar--f-l { padding-bottom: 15px; } .lazyloaded{ max-height: 450px; object-fit: contain; } .nocrop { object-fit: contain !important; } #buttonup { display: inline-block; background-color: #263238; width: 60px; height: 60px; text-align: center; border-radius: 4px; position: fixed; bottom: 30px; right: 30px; transition: background-color .3s, opacity .5s, visibility .5s; opacity: 0; visibility: hidden; z-index: 1000; padding: 12px; } #buttonup::after { font-size: 1em; line-height: 60px; color: #fff; } #buttonup:hover { cursor: pointer; background-color: #52585a; } #buttonup:active { background-color: #555; } #buttonup.show { opacity: 1; visibility: visible; } .btn-load-more { width:100%; } .entry-title { margin-top: 15px; } .yarpp-related h3 { padding: 0 17px!important; } .main-head--mb15 { margin-bottom: 15px!important } .videobutton{ background: rgb(210,23,3); background: linear-gradient(90deg, rgba(210,23,3,0.4) 0%, rgba(38,50,56,0.3) 73%); } .videobutton a:hover { color: #fff!important; } .article-link { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .article-link:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .top-news__main { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .top-news__main:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .video-list__img { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .video-list__img:hover { -webkit-filter: brightness(60%);}

Голос Мордора: Бесславный конец гения украинского кинематографа

Голос Мордора: Бесславный конец гения украинского кинематографа

Мировая киноиндустрия понесла тяжёлую, невосполнимую утрату. Нет, не переживайте, никто не умер. Просто одному из самых известных и прогрессивных режиссёров современности, государство не выделило денег на очередной бессмертный шедевр

А самое обидное то, что этот гениальный режиссёр ко всему ещё и ярый патриот и немножко террорист-неудачник. Но только во имя свободы и демократии. И как вы уже догадались, я говорю об Олеге Сенцове.

Путь молодого гения был очень тернист. И что самое удивительное – не особо был связан с кинематографом. Ещё совсем недавно, в активе Олега Сенцова имелся всего один фильм, который он снял на свои собственные деньги. Бюджет был не особо большим – всего-то двадцать тысяч американских долларов. Фильм «Гамер» — это такое «альтернативное кино». Ну, то есть, с потугами на некую прогрессивность и исключительность. Типа, высокое искусство, понять дано не только лишь всем. Киношка поездила по всяким маленьким кинофестивалям, на которых любят собираться высокодуховные персонажи, которых в 90-е очень метко прозвали «демшизой» и даже взяла какой-то там приз размером в целую тысячу долларов. Успех так себе, но по крайней мере, Сенцов смог прикрепить к своей фамилии громкое звание «режиссёр».

Настоящая известность пришла потом. Сенцов участвовал в майдане, а после воссоединения Крыма с Россией, стал ярым борцом с «российской оккупацией». Закончилось всё тогда, когда «борца за свободу» взяли за мягкое место с рюкзачком полным взрывчатки для осуществления террористического акта. И само собой – провели следствие, судили и посадили. По делам его, как говорится.

И сразу же начался великий вселенский вой. Вот тогда-то Олег Сенцов и стал «великим режиссёром». Причём – внезапно. И заговорили о нём в таких тонах, что он практически гений современного киноискусства, а всякие Канны и «Оскары» для него – ну просто вообще плёвое дело. А самое интересное, что все, кто толкал об Олежке Сенцове все эти речи, даже и не догадывались, что в активе Мастера всего один, очень посредственный фильм, который бы и они сами с трудом досмотрели до конца. Главным было то, что Гений. И что в лапах Путина. Хорошая тема, то, что нужно.

Тем более, что Гений объявил голодовку. Тут уж вообще началось – то у него почки отказывают, то печень, то детородная функция. Но как оказалось, слухи о голодном умирающем Сенцове оказались сильно преувеличены. На сей раз, Сенцов превратился из режиссёра в актёра, но получилось так себе.

Прошло какое-то время и гения обменяли. Причём, обменяли на таких же граждан Украины. Есть в этом государстве такая традиция – брать в заложники своих же граждан, чтобы потом менять их на преступников с украинским гражданством, осуждённых в России. Схема работает неплохо, ибо своих граждан на Украине много и недовольных нынешним людоедским нацистским режимом хватает. Отличный материал для обмена. Тем более, если на другой чаше весов – великий режиссёр современности.

Обретя свободу, Сенцов сразу же окунулся в бурную политическую и кинематографическую жизнь. Он продолжил бороться «за свободу Крыма», а также выдал на-гора очередную нетленку под названием «Номера». Фильм представлял из себя очень бюджетную антиутопию о некоем тоталитарном будущем, такая совершенно избитая и пошлая тема. Особенно, в версии Олега Сенцова. И что было вполне ожидаемо – киношка с треском провалилась. И не просто с треском, а буквально с грохотом. Король, то есть режиссёр, оказался голым. Вот просто ни одной ниточки. Никакой не гений, а совсем даже наоборот. Жабка, надутая через трубочку, вставленную в задницу. Уж простите за столь грубое сомнение.

В общем, кино получилось таким, что многим за него стало стыдно. Хотя, там такие персонажи, что стыд многим из них попросту не ведом. Но оргвыводы сделаны были. И когда Мастер пришёл просить денег на свой очередной шедевр – ему сразу же отказали. Быстро и жёстко. Ну а что? Украина и так бедное государство, в долгах, как в шелках, а тут ещё надо спонсировать какие-то сомнительные экспириенсы, которые, к тому же, не приносят никакого дохода. И смотреть которые невозможно. Ибо это – пытка.

Вот так и закончился Гений. Великий режиссёр Олег Сенцов, о котором ещё буквально пару лет говорил весь «цивилизованный» мир, попросту перестал существовать. И он не один такой. Примерно так же кончился великий художник Павленский, да и ещё можно найти подобных персонажей, точно так же надутых через трубочку, вставленную в задницу. И что характерно – все они обязательно будут борцами с «кровавым путинским режимом».

История настолько типичная, что будь жив Иван Андреевич Крылов, он бы обязательно написал поучительную басенку. Про ту саму жабку, которая хотела стать очень большой и великой, но только в трубочку дули слишком сильно и в итоге она лопнула.

Голос Мордора, специально для News Front