Мьянма: взрывы за школьным окном

Акции протеста с участием школьников, организованные педагогами из числа демократических активистов. Основной лозунг - "Долой рабское военное образование"
Акции протеста с участием школьников, организованные педагогами из числа демократических активистов. Основной лозунг — «Долой рабское военное образование»

В Мьянме, пережившей массовые протесты после смены власти, начался новый учебный год

Полная средняя школа №5 района Забутири мьянманской столицы считается обычной – и она действительно обычная по сравнению с некоторыми пафосными янгонскими учебными заведениями. Здесь учатся дети жителей торговых кварталов около близлежащего рынка Мьома, чиновников столичных госучреждений и работников коммунального хозяйства города.

Нейпьидо – огромный по территории новый город с разбросанными на больших пространствах жилыми и офисными комплексами. Здесь основной вид транспорта для учеников — небольшие желтые школьные автобусы, которые по утрам объезжают столичные районы. Впрочем, многих детей родители по утрам привозят сами, на мотоциклах или на автомобилях. Школьная территория тоже большая, под стать масштабам мьянманской столицы  – здесь достаточно места для почти двух тысяч учеников.

Последние дни мая для директора школы Вин Мьин У стали самым горячим и ответственным временем. Из-за особенностей традиционного бирманского календаря (Новый год по нему отмечается в середине апреля) и специфического климата Мьянмы (самые жаркие месяцы в котором – апрель и май) учебный год в стране стартует 1 июня, когда спадает жара, на небе появляются тучи и постепенно начинается сезон дождей.

Мьянма: взрывы за школьным окном
Директор школы Вин Мьин У.

С 24 мая идет регистрация школьников на следующий учебный год. Родители приводят в школу своих детей, их анкетные данные записываются в специальную книгу, и туда же наклеивается фотография. После того, как формальности соблюдены, родителей и детей приглашают в директорский кабинет. Личное знакомство с учениками и их родителями – обязательная часть ритуала регистрации школьников.

Впрочем, Вин Мьин У знаком с многими посетителями своего кабинета уже давно. Из своих 55 лет он больше трех десятилетий отдал работе в школе – сначала преподавал географию и историю, а потом стал директором.

Вин Мьин У признает, что этот год для него — самый сложный за всю его педагогическую карьеру. Школа почти год была закрыта из-за коронавируса, а сейчас к этому прибавились еще и проблемы, связанные со сменой власти в стране. Некоторые родители не хотят вести детей в школу «пока не рухнет хунта», другие опасаются за их безопасность.

Праздник непослушания 

Время до начала учебного года в Мьянме сопровождалось массовыми акциями противников новой власти, целью которых было убедить родителей, что «при хунте» обучение в школах будет «рабским», а значит детям в школах делать нечего. Больше того, срыв начала учебного года, по мнению активистов протеста, должен был свести на нет усилия нового правительства продемонстрировать, что жизнь в стране после смены власти постепенно возвращается в нормальное русло.

Перед началом учебного года ворота многих школ страны были увешаны ученической формой с красными пятнами, а стены школьных заборов и зданий исписаны «демократическими» лозунгами и похабными надписями в адрес тех учителей, которые хотели продолжать учить детей – их, например, называли «проститутками, лижущими яйца военным». Эти учителя получали угрозы от активистов начавшегося в стране движения гражданского неповиновения (CDM), которые прямо говорили им, что если они начнут проводить уроки, то их безопасность никто не гарантирует. А «министр здравоохранения» подпольного «правительства национального единства», сформированного отстраненными от власти политиками, доктор Шве Пон тиражировал в своем аккаунте в соцсетях следующие сообщения: «Не забывайте: учителя, которые возвращаются в школы, являются предателями своей страны».

Мьянма: взрывы за школьным окном

Мьянма: взрывы за школьным окном

Мьянма: взрывы за школьным окном

 

Мьянма: взрывы за школьным окном

С другой стороны, среди школьных учителей тоже оказалось довольно большое количество педагогов-активистов из числа противников новой власти. Если верить находящемуся на нелегальном положении профсоюзному деятелю, слова которого цитируют западные агентства, в середине мая, еще до начала учебного года, власти отстранили от работы около 1200 школьных учителей – при том, что в Мьянме их всего около 4300. Отстранять их было за что: именно эти педагоги-активисты активно использовали школьников для организации своих «демократических» политических акций.

В зарубежных СМИ к этой теме обращаются неохотно – потому что если нарисовать картину массовой эксплуатации детей в политических целях, которую уже давно практикует «демократическая» оппозиция, то это может изменить в худшую сторону отношение к ней в странах Запада, на поддержку которых она как раз и надеется. Зато поддерживающие оппозицию местные СМИ публикуют множество материалов о том, как «школьники сопротивляются рабскому образованию при диктатуре» и иногда даже с умилением цитируют слова политически грамотных младшеклассников: «Я не буду ходить в школу, пока нами правит хунта, убившая так много людей».

Эти же СМИ публиковали многочисленные фотографии, призванные проиллюстрировать протесты детей «против хунты». На них запечатлены демонстрации с участием школьников, которым вручали «демократические» лозунги и разучивали с ними революционные речевки. Совместно с педагогами-активистами ученики развлекались тем, что рвали страницы «рабских» школьных учебников и делали из них бумажные самолетики. Младшеклассникам вручали транспаранты и фотографировали их у ворот школ. Ученики под руководством педагогов-активистов также устраивали в классах на камеру перформансы, где они стояли на коленях или валялись на полу, перемазанные красной краской, а в них целился из муляжа винтовки старшеклассник в камуфляже, изображающий военного.

Оппозиционные СМИ Мьянмы массово тиражировали эти фотографии с какой-то странной уверенностью в том, что так и надо, и что вовлечение маленьких детей в политические игры – это именно то, в чем нуждается идущая в стране «весенняя революция». Впрочем, подобная практика у мьянманских «демократов» процветала и раньше — перед выборами 2015 года, например, в соцсетях массово разгонялось фото шестилетнего мальчика, одетого в красное и обклеенного стикерами с символикой Национальной лиги за демократию (НЛД) – партии Аун Сан Су Чжи. В комментарии к фотографии разъяснялось, что этот ребенок решил поддерживать НЛД вопреки воле своих родителей.

На смену «рабскому образованию»

Представители подпольного «правительства национального единства» с начала мая пытаются предложить позитивную альтернативу «рабскому обучению», заявляя о планах по созданию параллельной системы образования для тех учащихся, которые «не хотят посещать школы и университеты, контролируемые хунтой».

Джа Тхой Пан, заместитель министра образования подпольного правительства, сообщила, что одной из многочисленных альтернатив, доступных в соответствии с этим планом, будет домашнее обучение. «Если говорить о сфере образования, работающей в неординарной ситуации, мы должны искать различные методы, — сказала Джа Тхой Пан в интервью поддерживающим протест СМИ. — Мы должны думать о том, как сделать образование доступным для широкой публики. Мы выясняем, какой из способов лучший».

По ее словам, подпольное правительство уже готовит методические указания для базового образования, где говорится, что «обучение родителями на дому — лучший вариант», и что такая форма обучения будет признана официально. Со средними и старшими классами ситуация сложнее – знаний родителей для полноценного обучения может не хватить. При этом возникает еще одна проблема: подпольное правительство заявляет, что частные школы, не связанные с военными, детям посещать можно, но на селе таких школ нет – как и нет денег у большинства родителей оплачивать в них обучение. То есть, в этой ситуации разрыв образовательного уровня у сельских и городских детей будет только возрастать.

В ответ на это в подпольном правительстве рассматривают возможность создания образовательного веб-сайта, где будут выкладываться видеоуроки. Однако, при реализации такого плана тоже могут возникнуть проблемы – Интернет в сельской местности не везде доступен в хорошем качестве.

В подпольном правительстве уверены, что домашнее образование с лекциями по Интернету и сознательными родителями в роли учителей, которые проверяют у своих детей домашние задания и выставляют им отметки, будет в любом случае лучшим вариантом, чем «рабское образование», которое школьникам собирается давать «хунта».

«Нет, школьную программу мы не меняем. Нам не было на этот счет никаких указаний – занимаемся как обычно, — говорит Вин Мьин У, директор школы из Нейпьидо. – Да и вообще, программу нельзя просто так взять – и заменить. Это стратегический документ, и на его разработку обычно уходят по крайней мере месяцы. Но я не слышал, чтобы в министерстве такая работа вообще ввелась».

А доктор наук Ин Ин Нвэ, известный мьянманский геолог, занимавшая руководящие должности в ЮНИСЕФ (в том числе была представителем этой международной организации в Китае), в недавней публикации напомнила , что нынешняя школьная программа была введена отнюдь не НЛД, а находившимся у власти до нее правительством провоенной партии во главе с отставным генералом Тейн Сейном, и что в разработке этой школьной программы принимали участие ведущие международные эксперты. «Школьная программа, использовавшаяся правительством под руководством НЛД в 2016–2020 годы, также является частью учебной программы эпохи Тейн Сейна», — отмечает Ин Ин Нвэ.

«Нет, мы действительно ничего не меняем, и не собираемся менять, — подтверждает один из высокопоставленных чиновников министерства образования. – Среди людей ходит масса самых разных слухов, и многие им верят – а некоторые еще и хотят верить. Но основная причина того, что родители не пускают детей в школу, на мой взгляд, даже не в этом. Многие из них после смены власти участвовали в CDM, но под угрозой увольнения и страха остаться голодными вынуждены были вернуться на работу. Не пуская детей в школу, они тем самым просто продолжают свою прерванную забастовку. Печально при этом то, что для них собственные дети – лишь орудие политической борьбы, а о последствиях для них они даже не задумываются».

«Они уже собрали вещи и уехали»

Директор неполной средней школы Мьит Мьит Тан в деревне Син Гаун Лей недалеко от Пьин У Лвина в округе Мандалай считает, что все разговоры о  том, чтобы не пускать детей в школу, — это в основном «городские дела». А во многих деревнях, где семьи учителей и учеников знают друг друга много лет, люди обычно доверяют не абстрактной системе образования, а тому, насколько умело ведет уроки конкретный учитель.

«Да, у нас тоже однажды ночью расписали стены школы, — говорит директор школы. – Кто это сделал – мы не знаем, но все надписи почему-то были на английском языке – “We need democracy” и “Save Myanmar”. Видимо, потом фотографии исписанных стен куда-то послали. Но мы на следующее утро все смыли».

Школа в деревне Син Гаун Лей около Пьин У Лвина в округе Мандалай.
Школа в деревне Син Гаун Лей около Пьин У Лвина в округе Мандалай.

Мьянма: взрывы за школьным окном

По словам директора, в ее школе тоже нашлись два педагога, примкнувших к CDM. «Но это не наши, деревенские»,  — тут же уточняет она, поясняя, что  в Мьянме, если учитель хочет делать карьеру в сфере образования, ему нужно поработать в нескольких школах по ротации. Для таких присланных учителей в школе деревни Син Гаун Лей даже построили на общественные деньги что-то вроде добротного гостевого дома с отдельными комнатами. Сейчас комнаты этих учителей пустуют. «Они уже собрали вещи и уехали», — говорит директор.

По ее словам, в новом учебном году проблем с явкой не будет, потому что ученики соскучились по школе. Проблему она видит в другом. «Некоторые жители из числа сторонников НЛД под влиянием эмоций успели наговорить нашим учителям много гадостей за их желание продолжать работу. Теперь многим из этих людей стыдно показываться им на глаза, да и детей они пускать в школу боятся – думают, что учителя на них отыграются», — говорит директор.

Кстати, к эмоциям местных жителей чиновники сферы образования относятся с пониманием. Руководители НЛД действительно заявляли о приоритете сферы образования – хотя зарплаты учителей при правлении этой партии так и остались низкими: сейчас учителя начальной, неполной средней и средней школы получают соответственно, 115, 128 и 144 долларов в месяц, если переводить их зарплату в доллары по сегодняшнему курсу. Зато эта партия преуспела в пиаре – любое свое достижение она умело подавала с максимальным пропагандистским сопровождением.

Например, как рассказывают учителя, в Мьянме школьные таблички традиционно имеют зеленый фон. Но во времена НЛД те из них, которые устанавливались на новые корпуса школ или на двери заново оборудованных классов, вдруг стали красного цвета – под цвет знамени этой партии. Понятно, что в большинстве случае все эти проекты реализовывались на бюджетные деньги, но многие в Мьянме, глядя на красные таблички, уверили себя, что все это произошло исключительно благодаря заботе «мамы Су».

Пожары и взрывы как последний аргумент активистов протеста

С начала мая около школ в различных городах Мьянмы начали греметь взрывы, а сами школы часто становились объектами поджогов. Власти обвинили в этом «террористов» из числа сторонников НЛД и радикальных противников нового правительства.

Даже СМИ, поддерживающие протесты, фактически признавали, что целью этих акций было запугивание учителей, намеренных продолжать работу. А кроме них – естественно, и родителей, планирующих привести в школы своих детей.

Оппозиционное издание The Irrawaddy, описывая взрыв и пожар в одной из школ Давэя на юго-востоке Мьянмы в конце мая, когда началась запись школьников на следующий учебный год, цитирует слова местного жителя: «Бомба была брошена в среднюю школу начального образования №6. Целью нападения был кабинет директора школы, который отказался присоединиться к движению гражданского неповиновения». И дальше в этой же статье, опять же через слова местного жителя, транслируется явное предупреждение родителям, намеревающимся отправить своих детей в школу: «Я слышал, что в понедельник в школу пришло много учеников. Но после пожара я не видел, чтобы сегодня кто-нибудь записался в школу».

Понятно, что после таких недвусмысленных предупреждений родителям о том, что их дети в школе не будут в безопасности, 1 июня в школы пришло не так много учеников. Но если в городах нескорые школы были полупустыми, то во многих деревнях  классы были заполнены как в прежние докоронавирусные времена. Почти сто процентов учеников пришли в свои школы в западном штате Ракхайн, где не было массовых протестов и масштабного движения гражданского неповиновения, и только шесть педагогов из 3,3 тысяч школ штата решили присоединиться к CDM.

Мьянма: взрывы за школьным окном
Школьные учебники, предназначенные для раздачи ученикам.

На недавней пресс-конференции власти Мьянмы сообщили, что, несмотря на угрозы взрывов и поджогов, школы в стране постепенно возвращаются к нормальной работе, и с каждым днем в них увеличивается число учеников. По состоянию на 10 июня в Мьянме возобновили работу 42 тысячи из более 47 тысяч школ – 88 процентов. Общее количество учеников, посещающих школы, превысило 3,2 миллиона человек – то есть, более трети от общего числа детей школьного возраста. При этом, по данным властей, несмотря на усилия правоохранителей кампания запугивания детей, родителей и учителей сторонниками радикального протеста не прекратилась — за первые десять дней нового учебного года в школах страны было совершено 109 взрывов бомб, 65 поджогов и 168 других акций, препятствующих их нормальной работе.

Константин Петров, специально для News Front

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен, а также Телеграм-канал FRONTовые заметки