Иоанна Грозного познакомили с Зулейхой, которая открывает глаза

Иоанна Грозного познакомили с Зулейхой, которая открывает глаза

ВГТРК «Россия» на минувшей неделе завершила показ сериала «Грозный», к счастью

Какой же на самом деле была премьера сериала? Откровением или профанацией? Новым «Викингом», измазанным навозом, или полноценной исторической драмой?

Российский кинематограф год от года только продолжает потрясать своей увечностью. Взяв высокие стандарты «чернухи» ещё в 90-е доморощенные деятели накала не снижают, доводя свои творения до смехотворной карикатурности. И вот творцы взялись за Позднее Средневековье. Никаких надежд на достойное кино, особенно после навозного «Викинга», автор не питал изначально. Однако, как известно даже уровни провала могут быть разными. Но создатели не подкачали. В первой же серии великого русского царя, во многом реформатора, при котором будущая империя увеличилась в два раза, низвели до уровня депрессивной истеричной девочки.

На дворе стоит 1571-й год. Москва пережила нашествие Девлет-Гирея. Иоанн Васильевич, вооружённый адским крючковатым носом, от которого в пору впасть в отчаяние даже армянину, что-то загрустил и решил, что царству, которое только своими размерами заставляет нервничать «просвещённую» Европу, пришёл конец.

В общем, царству конец, бизнес не задался, поэтому начинаем банкротить предприятие, т.е. пишем мемуары. Т.е. представитель высшей военной аристократии, положивший начало будущей империи, начинает отчаянно рефлексировать аки офисный планктон, лишённый порции антидепрессантов. Таким утлым приёмом создатели сериала пытаются показать всю жизнь царя, но, по сути, описывают не реального Иоанна, а самих себя. Себя, привыкших к «революции в интернете» и в ближайших кофейнях с бесплатным Wi-Fi, где безграмотные малолетки обсуждают захват власти.

А что же было на самом деле? Во-первых, нашествие Девлет-Гирея, хоть и сожгло большую часть деревянной Москвы, но Кремль устоял, да и войско своей боеспособности не потеряло. Более того уже в следующем 1572-м году русское войско, реформой которого занимался лично Иоанн Васильевич, разгромило крымско-турецкое войско в битве при Молодях. Ущерб, понесённый противником был столь ошеломительным, что о набегах забыли на пару десятков лет, а границы Руси на юге продвинулись вперёд на несколько сотен километров.

Мог бы это сделать рефлексирующий безмускульный офисный планктон? Что-то мне подсказывает, что нет. Но авторы нисколько не снижают накала. Дальше – только больше.

Из серии в серию перед нами куют портрет депрессивного параноика, принимающего решения не исходя из объективной реальности и международной повестки, а по наитию. Злая ирония судьбы состоит в том, что имидж кровавого параноидального тирана Грозному начали сколачивать ещё при его жизни, и делала это из-за границы опальная знать, которая сама затевала заговоры против царя. Ярким представителем такой знати был Андрей Курбский, перешедший на сторону литовцев и поляков. Пасквилянтство опальных доходило до таких масштабов, что русский царь в их устах разве что мертвечиной не питался. Это, конечно, ослабляло торговые связи и наносило урон межгосударственным отношениям. Вам это ничего не напоминает?

При этом «кровавый деспот» даже вступил в полемическую переписку с изменником, в которой спорил с Курбским. Эта переписка в открытом доступе и даёт понять о невообразимо высоком уровне государственной ответственности и образовании «тирана».

Так, нашлось ли место для Иоанна реформатора, перестроившего военную и административную структуру державы? Нашлось ли место Иоанну политику, вскрывавшему вполне реальные заговоры и способного уничтожить противника-оппонента уже на полемическом уровне, а Грозный переписывался не только с Курбским? Смогли ли авторы охватить международную повестку? Всё вскользь, словно это мешало творцами малевать портрет рафинированного истерика.

Может быть, они осветили отношения между князьями Северного Кавказа и Иоанном Грозным? Тоже, нет. И не могли в принципе, потому что пришлось бы объяснять, почему князь-валий Кабарды Камбулат Черкасский пошёл на военный союз с тираном-самодуром, признав его старшинство, нежели побежал кланяться полякам, литовцам или тем же туркам. Может Камбулат был идиотом? Нет, не был. Он просто был знаком с реальностью не по пасквилям опальных, а с «блистательной Портой» не по мыльной опере для домохозяек «Великолепный век».

А что же на экране? На экране старая «чернушная» песня, смысл которой заключается в том, что всё происходит не благодаря, а вопреки. Что государь вечно мешает души прекрасным порывам. Что верховное командование только вредит, кроваво попирая прекрасные демократические взгляды. Да и решения принимаются всегда не те и не так. А принять правильное решение можно только «демократично», к примеру, на площади в улюлюкающей толпе с горячим чаем и хорошим настроением или на фуд-корте, посасывая латте.

Это коррелируется с современными российскими фильмами о Великой Отечественной, в которых бойцы НКВД мешают народу воевать с немцами. И нас медленно подводят к тому, что и государственность нам не нужна, а победу нужно отобрать у брутальных героев прошлого, таких как Жуков, Сталин или всё тот же Иоанн Грозный.

Последний же вопрос состоит в том, а могли ли создатели вообще снять достойную историческую драму? Нет, не могли изначально. Вот мы стоим у истоков проекта про легендарного Иоанна. Кого же мы позовём? Быть может крупного историка с недюжинным литературным опытом, вроде Клима Жукова, который и со сценарием поможет, и с реконструкцией быта того времени и военного дела? Ни за что.

Позовём-ка мы в качестве режиссёра Алексея Андрианова, у которого в багаже 12 фильмов, из которых несколько короткометражек и три полноценных «картины» с мусорным рейтингом ниже трёх из десяти. А в качестве сценариста, отметим – одного, присовокупим Тимура Эзугбая, писавшего сценарии для низкосортных сериалов и грошовых комедий.

Таким образом, при таких стартовых позициях шанс создать достойную историческую драму был равен шансу встретить рыбу на велосипеде. Вот и сдружился Иоанн Васильевич с Зулейхой, побившей в своё время рекорды карикатурной антисоветчины, а, следовательно, и русофобии, которая бьют ключом из каждого антисоветчика.

«Порадоваться» можно только одному, что отечественные киноделы достигли такого уровня свободы, что ни государство своими «кровавыми лапами» не может до них дотянуться, ни даже объективная история и стандартная логика над ними не властны.

Сергей Монастырёв, специально для News Front

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен, а также Телеграм-канал FRONTовые заметки