Почему Гитлер разрушил Минск почти до основания

Почему Гитлер разрушил Минск почти до основания

Утром 23 июня 1941 г. жизнь Минска переступила грань, за которой продолжалась уже по законам военного времени

Первое сообщение о нарушении западной границы авиацией противника поступило в Минск через четыре минуты после того, как немецкие авиационные армады устремились в глубь советской территории, то есть между 4:10–4:20 по московскому времени.

Главный удар в полосе Западного фронта был нанесён противником на центральном, белостокско-минском направлении. Направив в приграничные армии распоряжение «поднять войска и действовать по боевому», командование фронта ожидало, что вскоре события пойдут по запланированной схеме войны «малой кровью на чужой территории». С психологической точки зрения этому способствовала внешне спокойная обстановка в Минске, сохранявшаяся благодаря отсутствию бомбардировок.

Но, как очень скоро выяснилось, это было лишь затишье перед бурей: план стратегического развёртывания вооружённых сил Германии «Барбаросса» упоминал Минск, наряду с такими городами как Вильнюс, Смоленск, Москва, в качестве особо важных объектов для быстрой заблаговременной нейтрализации посредством авиации и последующего захвата, поскольку на них базировалась основная система сообщений.

В 15:00 состоялось собрание партийного актива Минска. Бывший секретарь ЦК КП(б)Б Н. Е. Авхимович вспоминал: «Активу была поставлена задача предотвращать панику, обеспечивать организованный перевод всей партийной и хозяйственной работы на военный лад. Ни о каком отступлении, тем более оставлении территории Минска, на этом активе речи не шло. Более того, речь шла о том, чтобы коммунисты, партийный актив боролись с проявлением фактов бегства, эвакуации семей, так как это внесёт деморализацию и будет использовано паникёрами…»

Номер газеты «Советская Белоруссия» от 23 июня 1941 г.
Номер газеты «Советская Белоруссия» от 23 июня 1941 г.

Почему Гитлер разрушил Минск почти до основания

Почему Гитлер разрушил Минск почти до основания

Утром 23 июня жизнь Минска переступила грань, за которой продолжалась уже по законам военного времени. В это утро на подступы к городу прорвались первые немецкие самолёты-истребители, которые обстреляли аэродром и людей на шоссе у восточной окраины.

Около полудня до Минска добрались и первые бомбардировщики, правда, в этот день они ограничились только налётами на железнодорожную товарную станцию и аэродром. Некоторые очевидцы вспоминали, что с любопытством наблюдали за проплывавшими над городом самолётами, стоя прямо на улице, так как чувства опасности абсолютно не было. Совсем иная картина наблюдалась на аэродроме, который в этот день бомбили 11 раз, нанеся огромный ущерб: часть машин была уничтожена прямо на земле, сгорели склады с горючим.

Вражеские самолёты над Университетским городком Минска. 23 июня 1941 г.
Вражеские самолёты над Университетским городком Минска. 23 июня 1941 г.

В середине дня первый секретарь ЦК КП(б)Б П. К. Пономаренко позвонил И. В. Сталину с просьбой разрешить эвакуацию государственных ценностей и детских учреждений. Сталин, удивившись – не рано ли? – разрешение всё же дал, но при этом в очередной раз потребовал не поддаваться панике.

Получив «добро» вождя, во второй половине дня ЦК КП(б)Б принял постановления об эвакуации в двухдневный срок детей из детских домов, садов, лагерей, городов, подвергавшихся бомбардировке в полосе военных действий, и из Минска, а также ценностей и денежных знаков из Белорусского отделения Государственного банка СССР. Дирекции строившегося авиационного завода № 453 было разрешено вывезти оборудование, квалифицированных рабочих и ИТР.

Примечательно, что маршруты за пределы БССР были предусмотрены только для Госбанка и авиазавода. Самыми безопасными местами для минских детей всё ещё виделись ближайшие к столице районы.

Банковские ценности были вывезены на рассвете 25 июня в Тамбов. В связи с началом 24 июня массированных бомбардировок, эвакуацию оборудования авиазавода осуществить не успели, смогла уехать лишь часть коллектива. Полностью сорвался вывоз детей.

Утро 24 июня перечеркнуло все надежды на благополучный исход событий. В 9:40 началась первая массированная бомбардировка Минска, за ней с небольшими перерывами последовали другие. В этот день было не менее 18 авианалётов силами по 35 – 40 самолётов каждая. Этот ад продолжался до 21 часа.

Боец пожарной команды борется с огнём. Минск, 24 июня 1941 г. Фото военного корреспондента Д. А. Минскера
Боец пожарной команды борется с огнём. Минск, 24 июня 1941 г. Фото военного корреспондента Д. А. Минскера

Уже в первой половине дня вышли из строя электроснабжение и водопровод, прекратили работу хлебозаводы и магазины, предприятия и учреждения, городской транспорт. Со второй половины дня 24 июня жизнь в Минске была фактически парализована.

На одной из улиц Минска после бомбардировки 24 июня 1941 г. Фото Д. А. Минскера
На одной из улиц Минска после бомбардировки 24 июня 1941 г. Фото Д. А. Минскера

Советские документы не зафиксировали количество жертв бомбардировок и пожаров, а также масштаб разрушений Минска в июньские дни. По оценке немецкой санитарной службы, на 1 августа 1941 г. под развалинами оставалось ещё от 600 до 700 тел.

Памятник на могиле Александра Фёдоровича Белятко и его дочери Веры, погибших при бомбардировке 24 июня 1941 г. Современный снимок
Памятник на могиле Александра Фёдоровича Белятко и его дочери Веры, погибших при бомбардировке 24 июня 1941 г. Современный снимок

Немецкие же источники говорят о том, что в 1941 г. город был разрушен на 85%. Из этого количества потери жилого фонда составили 65%.

Разрушенный квартал Минска
Разрушенный квартал Минска

Вечером 24 июня из столицы вывезли архивы центральных партийных и комсомольских органов. Поскольку повреждённое при первой бомбардировке здание Дома правительства было оставлено сотрудниками, архивы Совнаркома, наркоматов и Верховного Совета БССР подготовить к вывозу не успели. В руки немцев попали почти все дела, касавшиеся государственного управления и все мобилизационные дела БССР. Такая же участь постигла государственные архивные, музейные и библиотечные фонды. Не удалось эвакуировать оборудование ни одного промышленного предприятия.

Сколько эшелонов с людьми смогли отправить непосредственно из Минска и дополнительных пунктов погрузки – неизвестно. Не существует также данных об общем количестве минчан, которым удалось эвакуироваться по железной дороге или автотранспортом.

После 9 часов вечера 24 июня, когда на время прекратились авианалёты, начался массовый исход из города по Могилёвскому и Московскому шоссе жителей, пытавшихся укрыться от бомбардировок и пожаров.

В докладной записке от 20 июля 1941 г. председателя СНК БССР И. С. Былинского на имя заместителя председателя СНК СССР А. Н. Косыгина о ходе эвакуации из Белоруссии констатировалось: «В связи с внезапностью нападения создать организованную эвакуацию из западных и Минской областей не удалось, и население в большинстве случаев пешеходом уходило из мест, занимаемых противником». При этом, однако, не было оговорено, что такой «пешеход» обычно заканчивался вынужденным возвращением на родное пепелище, как это случилось с большинством минских беженцев.

Подтверждения этому имеются в воспоминаниях многих минчан. Л. П. Булат: «Семья приняла решение уходить из Минска… Быстро собралась группа человек в 30. В основном семьи с малыми детьми… все были убеждены, что выход в «беженцы» – это не надолго. Пара недель, ну месяц от силы! Главное, чтоб к немцам в лапы не попасть сейчас, а там их обязательно остановят… Действительно в беженцах довелось быть недолго. 30 июня передовые немецкие части вошли в… местечко Дукора, где мы ночевали… Бежать дальше не было смысла, и наша семья вернулась обратно».

В 20:00 24 июня, в условиях непрерывного обострения ситуации на Белостокско-Минском направлении, все центральные партийные и советские организации получили приказ командующего Западным фронтом генерал-лейтенанта Д. Г. Павлова об эвакуации из Минска. Руководители БССР и столицы выехали на автомашинах в Могилёв в промежутке между 2:00 и 4:30 утра 25 июня. Этой же ночью город оставил штаб Западного фронта.

В течение 25–26 июня 1941 г. в Минске ещё оставались подразделения 42-й бригады конвойных войск НКВД СССР, на которые была возложена задача «по очистке города от выброшенных десантов». Но в 3:00 26 июня, сняв войсковую охрану с тюрем и складов, штаб бригады и личный состав частей ушли в свой пригородный лагерь, а в 18:00 того же дня двинулись к Могилёву. В это же время Минск покинули ещё остававшиеся там оперативные группы бригады.

После упорных оборонительных боёв на территории Минского укреплённого района, продолжавшихся 25 – 28 июня, советские войска вынуждены были отойти на восток. Вечером 28 июня в Минск вступили передовые части 3-й танковой группы вермахта.

Противник вступает в Минск 28 июня 1941 г.
Противник вступает в Минск 28 июня 1941 г.

Трагедия первых дней войны стала прологом к ещё более тяжким испытаниям, выпавшим на долю минчан с началом нацистской оккупации. Но разрушенный, понёсший большие демографические потери Минск не стал на колени: тем же грозным летом 1941 г. была открыта новая страница в его истории, связанная с мужественной борьбой антифашистского подполья.

Ирина Воронкова, BelHistory

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен, а также Телеграм-канал FRONTовые заметки