TV


Неконвенционная деятельность США и биологические угрозы 

Какова истинная цель строительства военной базы в Очакове? Насколько продвинулось в последние годы военное присутствие США на Украине? Зачем Польше часть американского военного контингента, которую выводят из ФРГ? Как США работает в Белоруссии, демонстрирующей особую позицию? Сможет ли Казахстан вернуть контроль над собственной биологической безопасностью, возможен ли откат на здравые позиции? Чем занимаются американские военные биолаборатории в Узбекистане? Что нужно для контроля над «токсичным» Центром Ричарда Лугара в Грузии? 

Неконвенционная деятельность США и биологические угрозы 

Казалось бы, эти разновекторные вопросы не связаны между собой. Но все они нанизаны на общую тематическую ось: военное усиление позиций США в странах, соседствующих с Россией, создание стартовых площадок для гибридных атак… В этом контексте и обсуждались во время онлайн-конференции «Биологические лаборатории США: угрозы для мирового сообщества» проблемы экстерриториальных объектов на территории суверенных государств. В мероприятии приняли участие эксперты разных стран.  

 Милитаризация восточноевропейского пространства

Кандидат политологических наук, руководитель «Европейского Центра Геополитического Анализа» (Польша) Матеуш Пискорский прокомментировал вывод части американского контингента из Германии, планы по размещению этих военных в Польше. «Такого рода планы перемещения американских военных баз на территорию Восточной Европы гарантируют общеевропейскую угрозу, а не общеевропейскую безопасность», — считает польский политолог. Матеуш Пискорский подчеркнул, что не проводились никакие соцопросы на эту тему. Отвечая на вопрос, как поляки оценивают упомянутые  выше планы, а также просьбу президента Дуды, обращенную к Трампу (не выводить американские силы, поскольку они «были гарантией безопасности Европы после Второй мировой войны»), политолог говорит: «Практически все уже понимают, что размещение дополнительно нескольких тысяч американских солдат (еще и говорится о том, что в будущем возможно перемещение баз с ядерным оружием) с территории Германии на территорию Польши — это, естественно, угроза. Я полагаю, что большая часть населения Польши это прекрасно понимает». 

С бывшим депутатом Верховной Рады Украины Алексеем Журавко во время его прямого включения мы говорили о том, как страна стремительно начала прогибаться под НАТО после майданного переворота.  

Военная база в Очакове модернизируется с участием военных США, в частности — подразделения «Морские пчелы». Вероятнее всего, это делается с дальним прицелом — для создания здесь оперативной базы ВМС США. В свое время и бывший министр обороны Полторак хвастался, что «корабли ВМС Североатлантического альянса на постоянной основе будут заходить в порты Украины». И подобные проекты будут реализованы на других базах.  

Замечу, всё делается по той же схеме, по которой вокруг России появлялись американские биолабораториями. Только военные базы будут опоясывать Крым. План вполне понятен: американцы, которое модернизируют базу, со временем станут ее бесконтрольными хозяевами, как и в случае с биолабораториями. Здесь хочется обратить внимание на такую особенность. В 2006 году, когда у Украины был внеблоковый статус, даже такие непродолжительные мероприятия, как учения, могли проводиться только с согласия парламента. И вот сегодня долговременные проекты (попирающие суверенитет Украины) запускаются под шумок и даже без участия парламента. Условия держатся в тайне. Мнением населения не интересовались. 

Алексей Журавко отметил: «Конституцией Украины запрещено нахождение каких-либо внешних войск. Но на Конституцию наплевали. Поэтому они прикрылись какими-то там законами, даже референдум не провели. К чему это приведет? К обострению. Чем ближе НАТОвские базы, центры обучения, тем больше вероятность конфликта».  

Оппозиционер-политбеженец также напомнил о случаях бесчинств НАТОвских военных на территории Украины. «Об этом не пишут. Но мы помним, два года назад девушку изнасиловал американский солдат во Львове. Избил. В пьяном состоянии. И ему ничего за это не было. Они тоже имеют иммунитет (как и сотрудники биолабораторий). И если они захотят там что-то чудить, издеваться над народом, то им всё это позволено».  

Алексей Журавко уверен, что США и дальше будут наращивать свое военное присутствие на Украине. И неважно, если это не предусмотрено украинским законодательством. Блок НАТО уже фактически присутствует в стране. Оппозиционный политик говорит: «Президент Зеленский внес законопроект о легализации ЧВК. Земля сегодня продается. Как вы думаете, на частную землю ЧВК могут прийти? Кто они, что они? Сегодня это возможно. НАТОвские корабли присутствуют в Черном море и в Одессе? Присутствуют. База в Очакове присутствует? Присутствует. Сегодня штаб в Одессе хотят открыть? Хотят. На западной Украине тренировку НАТОвские войска проходят регулярно? Регулярно. В Донбассе они присутствуют, обучают войска украинские? Присутствуют. Значит, уже внешняя военная сила присутствует на Украине».  

Как крымчане оценивают активность ВМС США возле своих границ? С таким вопросом мы обратились к еще одному участнику нашей онлайн-конференции, руководителю ИА «News Front» Константину Кнырику.  

«Относимся мы к этому спокойно, — говорит эксперт. — Оборонный потенциал Республики Крым сегодня достаточный. Эффективность и профессионализм действий в провокационных ситуациях мы уже с вами наблюдали в период попытки прорыва в Керченском проливе. Переживаний особых по этому поводу нет. С точки зрения медийной и политической эти процессы аналогичны: и присутствие войск НАТО, и деятельность биологических лабораторий. До определенного исторического момента это пытались навязать силой. В 2006 году местные жители в Николаеве, Одессе, Феодосии не дали высадиться НАТОвскому десанту. В 2013 году харьковчане протестовали против строительства биолаборатории в Мерефе. Ровно после этого начался процесс зачистки всех этих активистов разными методами. Как только мы проявляли какую-то активность, связанную с присутствием НАТО на Украине и с биологическими лабораториями, включался репрессивный механизм. На мой взгляд, усиление присутствия НАТО и факт всё большей секретности деятельности биологических лабораторий нужно рассматривать в комплексе».  

Константин Кнырик обращает внимание на такую закономерность: все американские биолаборатории финансируются в основном военными ведомствами. И при этом вокруг их деятельности установлен такой режим секретности, что даже действующие депутаты Верховной Рады Украины, имитирующие определенную пророссийскость, задают вопросы и не получают на них ответов. 

Руководителю ИА «News Front» мы задали такой вопрос: как можно обезопасить Крым от американских биолабораторий, действующих в непосредственной близости от полуострова?  

Константин Кнырик ответил: 

«К большому сожалению, нет механизмов противодействия этому. Это видно на примере пандемии, которую многие специалисты считают естественной. Я как журналист являюсь сторонником версии, что коронавирус — это рукотворная пандемия. Потому что синхронность медийного сопровождения данного проекта вписывается в логику определенной рукотворности. Любые биологические угрозы для государства имеют и экономические, и политические аспекты.  

Я не так давно общался с президентом Южной Осетии. И он рассказал, как грузинская лаборатория действует против здоровья и жизни жителей Южной Осетии. Описал некоторые примеры, связанные с корью, малярией и т. д. Рассказал, как разные инфекции переносятся насекомыми, как это все системно организовывается. И сегодня это вопрос безопасности. И наверное вопрос больше военный, чем какой-либо еще. И все попытки РФ на дипломатическом уровне поднять вопрос о каком-то контроле за строительством биолабораторий, за деятельностью, этих объектов пока не увенчались успехом».  

Руководитель ИА «News Front» добавляет, что и его журналисты безрезультатно пытались попасть в тбилисскую биолабораторию, взять какой-то комментарий. В подобных случаях против журналистов, которые предпринимают какие-либо попытки докопаться до истины, включается масштабный репрессивный механизм, к сожалению, очень действенный. «Многие из них пытаются поднимать эти вопросы — и начинаются проблемы, связанные с жизнью и здоровьем их родственников, с их материальным положением, статусом в обществе, — объясняет К. Кнырик. — Они объективно понимают всю опасность и прекращают эту деятельность…»  

Руководитель ГО «Союз» (Беларусь) Сергей Лущ говорит о том, как Запад пытается влиять на белорусскую политику: «Не стоит недооценивать работу зарубежных спецслужб, потому что она лежит не только в плоскости военно-технической, но и в гуманитарной сфере. В отношении РБ развернута и ведется работа в гуманитарной и культурной сфере. Конечно, нас беспокоит милитаризация на западе. Наращивание контингента войск НАТО на границе с Республикой Беларусь иначе, чем угрозу, воспринимать невозможно. Беларусь находится на фронтире сегодня. Это такой евразийский балкон, окруженный далеко не дружественными, по заявлениям, соседями, что тоже вызывает здравое беспокойство и иногда сожаление. Потому что, вместо конструктивного диалога, вместо решения насущных проблем, мы вынуждены будем реагировать. И в первую очередь в своей реакции будем опираться на нашего стратегического партнера, союзника — РФ. Как известно РБ и РФ создали в рамках союзного государства союзную группировку войск, регулярно проходят учения. Я думаю, что в случае нарастания напряженности, ответ будет симметричным».  

Биолаборатории США — не выдумка, а данность

Несколько дней назад экс-депутат Верховной Рады Алексей Журавко обнародовал документы о стоимости американских биологических лабораторий, работающих на территории Украины. Скриншоты документов, размещенные украинским политиком в соцсетях, дают нам представление об 11 биолабораториях в разных регионах Украины. На каждую из этих лабораторий отводится по полтора-два миллиона долларов (сюда входит проектирование, строительство, закупка мебели и оборудования). 

Когда мы говорим о том, почему молчат украинские сотрудники, причастные к деятельности этих лабораторий, — надо учитывать один психологический нюанс. Для руководителей украинских лабораторий и СЭС, перепрофилированных в биолаборатории Пентагона, полтора-два миллиона зеленых денег — это сумма, от которой что-то можно отщипнуть. Возможность кормиться из американской руки эти деятели ценят выше, чем безопасность своих сограждан и государственные интересы Украины.  

Подобную ситуацию на примере Казахстана обрисовал глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович в своем докладе «Биолаборатории США в Центральной Азии и их угрозы для региона». 

Здесь американцами вложено более 400 млн долларов в лаборатории BSL-3 в Алматы (2017), не менее 5 биолабораторий при научных центрах республики (Алматы, Гвардейский и др.), а также не менее 28 исследовательских проектов Департамента обороны США в течение 10 лет при участии 31 иностранного специалиста. 

«Во многих случаях научными руководителями выступали офицеры армий НАТО», — уточняет Н. Мендкович. 

А вот конкретные результаты деятельности американских военных биолабораторий в Центральной Азии: 

2007 год: открыты проекты Департамента обороны США UZ-4 и KZ-2 в НИИ Вирусологии (Ташкент) и НИИ Биобезопасности (пгт Гвардейский) по изучению распространения бруцеллеза; 

2008/2009 гг: вспышка бруцеллеза в Южном Казахстане и Узбекистане; 

2013 год: проект KZ-29 по изучению распространения клещами Конго-крымской геморрагической лихорадки в Казахстане; 

2014 год: вспышка переносимой клещами ККГЛ в Казахстане, а также в Грузии в районе биолаборатории «Центр Лугара» (Тбилиси); 

2019 год: в статье лейтенант-капитана ВМФ США Аллена Ричардса упоминается: «На примере KZ-29… отмечена важность и сложность повышения научной транспарентности путем обмена образцами материалов». 

Данные опубликованные в 2020-м «Зоной.кз» показывают, что Национальный центр особо опасных инфекций (Казахстан) в среднем получает больше средств из бюджета США, чем от родного государства. 

Директор НЦООИ Токтасын Ерубаев признал в интервью «Казправде» (15 апреля 2020 года), что люди коммандера Сингера вместе с его сотрудниками инспектируют лечебные учреждения республики и даже пишут аналитику в Минздрав. 

Известно большое число сотрудников НЦООИ, НИИ Биобезопасности и других биологических центров Казахстана, которые работали на подрядчиков Департамента обороны США, проходили практику на базах ВМФ США. Поддерживают контакты с военнослужащими США. 

Такой информации к размышлению в докладе прозвучало довольно много. Но остановимся на свежем примере.  

«Я считаю, что рекомендации американских военных сыграли крайне негативную роль в усилении второй волны коронавируса в Казахстане, — отметил Никита Мендкович. — По их рекомендациям, скорее всего, поспешно были сняты ограничительные меры, из-за чего произошел резкий прирост заболевших в июне. Во-первых, это копирует меры США, где, правда, по внутренним политическим причинам слишком поспешно во многих штатах снимали карантинные ограничения. Во-вторых, есть интересы американских компаний. Из-за карантинных ограничений в Казахстане не могло работать нефтяное месторождение «Тенгиз», которое принадлежит добывающей компании США. Когда ограничения были сняты, оно стало одним из крупнейших очагов коронавирусной инфекции на текущий момент в Казахстане».  

Казахстан, по данным ВОЗ, вошел в группу стран с наиболее быстрым приростом числа больных коронавирусом. На момент проведения онлайн-конференции, число заболевших в республике превысило 47 тысяч человек. Основную причину этого указал докладчик.  

Директор Центра исламских исследований Кавказа (Грузия) Шота Апхаидзе сообщил о некоторых результатах деятельности американской биолаборатории в его стране: «В Грузии, в связи с этими экспериментами, масштабно истребился скот, появились какие-то абсолютно для нашего региона непривычные насекомые, которые уничтожают урожай. В любой момент может наступить катастрофа экологическая — и целая страна может остаться без урожая. Мы сейчас увидели: Китай справился с COVID-19 — сразу же появляется бубонная чума. Как это так происходит, что каждые полгода или каждые три месяца появляется новый вирус?! Естественно, кто-то стоит за этим. И мы все прекрасно понимаем, что этот кто-то — Америка, ее геополитические интересы и ее военная инфраструктура. И это не закончится, пока мировое сообщество громко не будет заявлять и не будет ставить вопрос перед США, чтоб они прекратили эти свои античеловеческие эксперименты, чтоб не нарушали международное право и мировой порядок».   

Расследование болгарских журналисток

Болгарская журналистка Ася Иванова-Зуан рассказала участникам онлайн-конференции много интересного об американской биолаборатории в Грузии:  

«Когда мы начали расследование по военно-биологической деятельности США на просторах постсоветского пространства, тоже задавались вопросом: почему Грузия? Как оказалось, Грузия является одной из стран, не подписавших Конвенцию о запрещении биологического оружия. Это тоже сыграло роль при выборе локаций, где будет располагаться такой объект («Центр Лугара»). Программа биолаборатории в Тбилиси —161 млн долларов. Это только на Грузию. И это только официальная информация.  

Что мы успели в 2018 году узнать? Мы отметили те факты, что не допускаются никоим образом международные специалисты, чтоб проверить деятельность этого объекта. Почему это происходит? Было подписано соглашение между правительством Грузии и правительством США о неразглашении информации. Таким же образом США поступили и с Украиной, и с другими странами. То есть даже местные власти в странах, где располагаются объекты, не имеют доступ к информации. Информацией могут владеть только американские граждане, которые имеют дипломатическую неприкосновенность. Тем более, в Грузии выполняют военные программы частные компании-подрядчики, которые не подотчетны Конгрессу США. И таким образом США умывают руки: мы не при делах, это частные компании.  

С чем мы столкнулись на месте… Во-первых, мы как журналисты сделали официальный запрос о допуске в лабораторию. Нам никто не ответил сначала. Мы получили ответ где-то через две недели, когда уже должны были уезжать из страны. Прозвучал такой несерьезный ответ, что у какого-то человека, который должен был с нами пообщаться, заболела бабушка…  

Нужно иметь в виду, что есть свидетели, которые говорят: строительство объекта проходило долгое время, и имеются основания считать, что под основным корпусом, который все мы видим, есть внутренняя подземная часть, где проводятся самые секретные эксперименты. В том числе и по программе распространения зараженных насекомых. И нам с моей коллегой Диляной Гайтанджиевой посчастливилось выловить случайно одного из главных разработчиков. Это энтомолог Джошуа Баст. Как раз на выходе из лаборатории выезжал черный автомобиль с дипломатическими номерами. Мы с моей коллегой подбежали к нему, поинтересовались, как его зовут, что он здесь делает. Человек сказал, что американский дипломат Джошуа Баст. Потом выяснилось, что он является автором патента — летательного беспилотного аппарата для распространения зараженных насекомых.   

По всей видимости, это изобретение американского ученого было апробировано в 2014 году, когда нетипичные агрессивные насекомые появились в некоторых местностях Грузии и Дагестана.  

Ася Иванова-Зуан резюмирует: «Важно сейчас не только привлечь внимание мирового сообщества, но и приложить все усилия, чтоб на уровне ООН был рассмотрен вопрос о необходимости обновления Конвенции о запрещении биологического оружия. Так чтоб мы имели право потребовать расследовать деятельность США в этой области. И если она несет угрозу (а есть факты, которые свидетельствуют об этом), — закрыть эти объекты, работающие много лет беспрепятственно».  

Камо грядеши?

Микробиолог, кандидат биологических наук Михаил Супотницкий считает, что уже недостаточно только взывать к мировой общественности. Нужна программа боле решительных мер по противодействию биологической угрозе.   

«То, что вы называете общественностью, — это как раз несколько центров, где производятся фейки, где американскими СМИ распространяется так называемое общественное мнение, — аргументирует эксперт. — Это ситуация, как они сейчас называют, постправды: истиной называется не просто истина, а то, во что верят люди. Я считаю, что в этом вопросе уже много сказано, и нужно работать на основе тех методов, которые обычно используют государства, когда хотят защитить себя. Это и политические, и экономические методы. Ну, и, например, американцы с британцами не постеснялись меры военного принуждения применить. Почитайте про операцию «Лис в пустыне», и вы узнаете, как это делается. Но до бесконечности говорить об этом — это себя дискредитировать. Если есть такие лаборатории вокруг России, нужно прямо сказать, что они являются передовыми базами американских вооруженных сил, они ведут разведку биологическую для будущего вторжения на территорию РФ, они занимаются вопросами, которые называются неконвенционной деятельностью… Я очень сомневаюсь, что в странах, разместили у себя лаборатории, не понимают, что это и зачем. Поэтому, конечно, надо уже перестать взывать к общественности, а начинать действовать дипломатическими мерами. Если дипломатические не помогают, то экономическими. И так далее — по нарастающей. Но нельзя допускать такое вокруг своей страны». 

Глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович высказал свое мнение на этот счет:  

«У меня есть ощущение, что, во всяком случае в изучаемом мной регионе в Центральной Азии, на момент принятия решений о таком сотрудничестве с США (это относится к 2000-м годам) был определенный дефицит компетентных экспертов. По науке в 90-е годы везде ударили больно. Просто у нас в какой-то степени смогли сгруппироваться и легче это пережить, а страны Центральной Азии, к сожалению, столкнулись с миграцией специалистов. Поэтому просчитать на два, на три шага руководство стран просто не смогло, потому что никто не объяснил им на пальцах, куда это ведет. В дальнейшем ситуация сложилась такая: сейчас очень многие биологи в лабораториях аффилированы с американскими компаниями, являющимися подрядчиками Минобороны или даже работающими параллельно в проектах Департамента обороны США. Поэтому они естественно не заинтересованы доносить до своего руководства, что вообще-то дела плохи. Они, скорее, наоборот, дают какие-то приглаженные советы, рекомендации… Может, даже из каких-то лучших побуждений: считая, что жираф большой, ему видней. Но мы видели, что это работает так далеко не всегда.  

Касательно того, что нужно делать. Во-первых, говорить об этом нужно и общественности, и дипломатам. Потому что тот же пример Казахстана показывает, что после нескольких лет табуирования этой темы, когда о ней заговорили и журналисты, и дипломаты (кстати, и наши, и китайские ставили перед Казахстаном этот вопрос), пошли подвижки. 3 июня было заявление президента Токаева, что американцы ушли из лаборатории в Алматы. Анонсирован закон о биологической безопасности. И сейчас самое важное — обеспечить реализацию этого здравого почина Токаева, чтоб как раз эти аффилированные эксперты в Казахстане этот процесс не замотали, не саботировали, не свели его к каким-то формальным вещам. Поэтому здесь важно участие и дипломатов на определенных этапах, и общественности, журналистов, независимых экспертов. 

Во-вторых, принятие каких-то мер на уровне Совбеза упирается в право вето США. Естественно эти попытки оставлять не нужно. Но я считаю, помимо этого нам необходимо создавать какие-то более низкоуровневые соглашения с участием конкретных государств ОДКБ, ШОС, может быть каких-то государств вне региона — об ограничении биологических разработок военного характера и о тщательном международном контроле любых биологических исследований третьих стран на территории участников соглашения. Чтоб не было ситуации, что приезжают немцы, американцы, неважно, хоть угандийцы, — и занимаются чем-то непонятным. Чтоб туда могли заглянуть коллеги по организации безопасности, независимые военные биологи из других стран, и сказать: да, здесь идут нейтральные разработки, всё в порядке, работайте спокойно дальше; а вот здесь разработки вообще двойного назначения, давайте-ка они будут заниматься у себя дома… Я считаю, что такое вполне возможно. И этот вопрос нужно поднимать».  

Александр Александровский, специально для News Front