«Лекарство для большевиков»: Английский полигон на русском Севере

Чем глубже влезаешь в исторические детали, тем больше убеждаешься, что реальная политика — та, что в тени, практически не меняется. Даже немного жаль великих просветителей – как выяснилось, образовать даже самое дремучее существо можно, а вот сделать так, чтобы звание «человек» звучало гордо, получается лишь штучно. И эти «штуки» не из числа политиков

Химическая М-бомба, применяемая англичанами на Севере России в 1919 году

Получил от Олега Павлова — один из друзей в ФБ — любопытную статью об использовании британцами химического оружия на севере России в 1919 году. Статья называется «Правильное лекарство для большевиков» («The right medicine for the Bolshevist). Автор — Саймон Джонс (Simon Jones is curator of the King,s Regiment Collection at the National Museum & Galleries on Merseyside).

Статья, скажем так, историко-медицинская. Детально рассказывает о том, как англичане применяли химическое оружие. И как оно воздействовало на противника. Разумеется, не только на большевиков, но и на гражданское население – химическое оружие, да еще в те времена, жертв не выбирало – ветер переменился и… Англичане, правда, наученные горьким опытом первой мировой сами особо не страдали, поскольку в основном сбрасывали авиабомбы и держались в сторонке. Видимо, поэтому в оригинале так много жизнерадостных фотографий. Групповые фото: улыбающиеся английские офицеры, эксперты, бомбы и снаряды с отравой.

К созданию химического оружия англичан подтолкнула первая мировая, но когда она закончилась, остановиться джентльмены уже не захотели. Исследования продолжились, оружие совершенствовалось, но нужен был, конечно, испытательный полигон с подопытными. Север России, куда десантировались англичане в 1918 году (Мурманск и Архангельск) и стал для них таким идеальным полигоном.

Уинстон Черчилль, занявший пост военного министра 10 января 1919 года, был решительным сторонником не только интервенции, но и применения химического оружия. Поэтому уже 2 февраля он сообщил главнокомандующему в Архангельске генерал-майору Айронсайду, что в середине месяца к нему направится корабль с газовыми снарядами. Разумеется, это была тайная операция – т.е., та самая реальная политика, которая не на виду. На всякий случай, страхуясь, Черчилль в тот же день опубликовал заявление для прессы, в котором утверждал, что на Архангельском фронте большевики использовали химическое оружие.

Генерал-майор Айронсайд, не осознав поначалу всю суть, затеянной операции, запросил у Черчилля, что он, собственно, с этим направленным ему химоружием должен делать? «Я еще не получил свидетельства использования этого оружия врагами», — честно недоумевал он.

Откровенно говоря, даже не подозревал, что и генералы бывают столь наивными. Впрочем, фуражку на голове генералу, естественно, тут же поправили. Черчилль написал снова и это был уже приказ: «Максимально использовать их (химснаряды) вашими войсками сейчас или поставить их русским войскам (это о белых), чтобы они применяли их, поскольку большевики используют газовые снаряды против союзных войск под Архангельском».

На этот раз Айронсайд намек понял и всю ответственность задачи осознал. А чтобы генерал использовал химическое оружие грамотно (там помимо снарядов были и бомбы, да и разнообразные газы), в помощь Айронсайду была направлена группа экспертов. А глава отдела производства взрывчатых и химических веществ в министерстве боеприпасов Кейт Прайс призвала использовать в первую очередь DA (дифенилхлорарсин). Правда, она сама ошибочно полагала, что этот газ выводит человека из строя лишь временно, в то время как DA случается и убивает. Впрочем, это как раз понятно, шли еще испытания. Для этого и нужны были подопытные.

Отсюда же и интересная приписка. Поскольку ассортимент химического оружия был направлен генералу разный, сказано откровенно: «Какое из этих лекарств подходит для большевика, я не знаю». И это мог показать только эксперимент.

О мирном гражданском населении особо не сокрушались: «Поскольку мы никогда не переживали о возможном риске для французского населения… то почему мы сейчас должны об этом переживать?» Как утверждается, это мнение Черчилля.

Статья детально рассказывает об эффективности и недостатках использования различных видов химоружия на Севере России, о бомбардировках железнодорожных станций и деревень. Скажем, 27 августа в 12.30 бомбили железнодорожную станцию Емца. Сначала сбросили 53 бомбы, а в 19.30 по станции выпустили еще 62 снаряда. Как указано, «последствия бомбардировки были зафиксированы королевскими ВВС, город накрыло дымом». Нередко перед началом бомбометания англичане сбрасывали на цель фосфорную бомбу, чтобы узнать направление ветра.

Рассказано и о последствиях химических атак. Подробности, чтобы не травмировать вашу психику, приводить не буду. Разве что одно, самое невинное: «В тяжелых случаях… они (пострадавшие) жалели, что вообще родились, те же, кто получил меньшие дозы, чувствовали, что они могут вскоре умереть – это выражения, которые вкратце описывают их чувства безнадежной тоски».

Впрочем, не всем свидетельствам пленных англичане доверяли. Те рассказывали и о смертельных исходах в ходе химических атак, но, как утверждали ученые мужи, твердых доказательств этого не было.

Изредка страдали, разумеется, и сами изобретатели. Одним из ведущих английских экспертов был, например, неутомимый майор Томас Генри Дэвис, 37-летний тасманийский химик, инженер, имевший опыт работы в первую мировую в специальных бригадах во Франции. В июне 1918 году после того, как он сам пострадал от применения газа, Дэвис был отправлен с фронта в Великобританию на службу в министерство боеприпасов. Но уже через год прибыл в Россию. И опять начал с энтузиазмом изобретать и экспериментировать. По характеру это был настоящий ученый-первопроходец. Или таких называют фанатиками?

Однако и в России ему не повезло, травил других, но и сам отравился. «Когда Дэвис предстал перед медицинской комиссией 31 марта 1920 года, она сделала следующее заключение: «Бледный, нервный, страдающий от различных фобий. Он хотел бы вернуться в Австралию, но боялся подняться на борт корабля».

Когда пришло время эвакуации интервентов, часть химического оружия, как утверждает автор статьи, была передана «русским» — так англичане называли, разумеется, не красных, а белых. А «в ночь с 17 на 18 сентября оставшиеся 47 тысяч «Устройств М» (один из видов химического оружия англичан) были сброшены в Белое море». Насколько понимаю, там эта отрава лежит и по сию пору. И что произойдет, когда эти «устройства» разгерметизируются, даже не предполагаю. В отличие от Генри Дэвиса, в химии ничего не смыслю.

Морализировать по поводу злокозненных англичан, полагаю, не стоит, поскольку это лишь один из многих примеров той реальной теневой политики, которую вели и ведут многие державы. Независимо от их идеологии и бесконечно декларируемых «ценностях».

Это прошлое. О том, что происходит в мире реальной теневой политики сию минуту, в лучшем случае узнают наши дети или внуки. Если, конечно, их не вытравит какой-нибудь новый Черчилль. К сожалению, с веками «хомо политикус» принципиально не изменился.

Точно так же как никуда не делись ученые типа г-на Дэвиса, которые и сегодня с азартом создают людям все новые и новые смертоносные проблемы. Часто даже не сознавая, что творят. Либо прикрываясь при этом самыми благими намерениями. Вот только от благих намерений до ада дорожка, как известно, не шибко дальняя.

Петр Романов

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки

Новости партнеров