«Спасибо моей стране, что спасла меня», — написала российская журналистка Юлия Юзик у себя в Facebook. Так стало понятно: ночные новости действительно были правдой, недельный плен Юлии в иранской тюрьме закончен, она вернулась в Москву.

Напомню, 2 октября Юлия Юзик была задержана в одной из гостиниц Тегерана сотрудниками Корпуса стражей Исламской Революции. Она успела сделать один звонок домой и сказать, что сидит на бетонном полу в камере, её обвиняют в сотрудничестве со спецслужбами Израиля и ей грозит десять лет тюрьмы.

Я сама знакома с Юлией Юзик более чем шапочно: один раз виделись в общей компании. Более того, Юзик нельзя назвать частью какой-либо «московской журналистской тусовки». Работала в «Комсомольской правде», потом написала книгу «Невесты Аллаха», где пыталась разобраться, как женщины на Кавказе становятся шахидками, потом при поддержке «Открытой России» Ходорковского и партии «ПАРНАС» баллотировалась на выборах в Госдуму 2016 года по Республике Дагестан и проиграла. В последние годы, по некоторым данным, сотрудничала с какими-то иранскими СМИ (с какими конкретно — неясно). Наверняка есть люди, которые разделяют взгляды Юзик, есть те, кто их не разделяет, есть и те, кто, как автор данного текста, имеют о них только самое смутное представление. Я специально в эти дни прочла книгу Юзик «Невесты Аллаха», которую ультрапатриоты уже нарекли чуть ли не главным пособием по оправданию терроризма. Оправдания терроризма я там не нашла.

Юзик, как и многие журналисты, пыталась разобраться в том, что толкает молодых женщин взрываться, и приходит к выводу, что, как правило, за вербовкой стояли или мужья, или ближайшие родственники, продававшие своих родных на «живое мясо». Да, очевидно, что Юзик придерживается оппозиционных взглядов. И это всё не имело в эту неделю никакого значения.

Спасение Юлии Юзик из иранской тюрьмы (будем честными: место не с самым высоким показателем в рейтинге мировых тюрем) уже иронично сравнивают с операцией «Спасение рядового Райана» — настолько разные люди бросились ей на помощь. В первые же сутки, как появилась информация, подключился российский МИД. И Москва, и посольство России в Иране давали каждый день публичные комментарии о том, что сделано, транслируя всё новые и новые версии иранцев о произошедшем, а они колебались от «скоро будет отпущена, визовые проблемы» до «информация о скором освобождении не подтверждается».

А параллельно посол Ирана в России, идя на работу, видел под окнами посольства активистов самого разного толка — от родственников Юлии до журналистов, требовавших: «Свободу Юлии Юзик». Была и петиция с подписями, и публичные обращения медийных персон, иногда сопровождавшиеся преамбулами «Никогда бы не подумал, что делаем с МИД одно дело, но…»

Наконец, когда прозвучало «Кремль осуждает задержание Юзик», стало понятно: битва будет выиграна.

Конечно же, кампания в поддержку Юзик не охватила всю страну от Калининграда до Камчатки, это было бы преувеличением. Но то, что Юлию спасала именно «страна», преувеличением не будет.

До того как состоялся масштабный обмен задержанными между Россией и Украиной, в который попал и наш коллега, глава РИА Новости Украина Кирилл Вышинский, в глаза бросался важный контраст, причём довольно неудобный для россиян. Именно для россиян, а не для Кремля. В поддержку Сенцова, украинских моряков, всех остальных в Киеве регулярно проходили акции, их поддерживала зарубежная диаспора. В России же кампания в поддержку обмена, по сути, свелась к кампании в поддержку… украинцев, которые для «московской медийной тусовочки», конечно же, оказались более «своими», чем тот же Вышинский. Своих же сограждан претенденты на «голос совести нации» рассматривали скорее как удобный инструмент для того, чтобы вернуть «своих» в Киев. Это было очень стыдно.

История Юлии Юзик в этом плане начала переворачивать шахматную доску. Её освобождением занимались люди самых разных взглядов, которые совершенно не обязаны будут потом подавать друг другу руки при встрече. Их объединяет только одно: эти люди — граждане России и боролись они за свободу гражданки России.

Да, конечно, какие-то ура-патриоты ворчали и даже требовали «оставить оппозиционерку гнить в тюрьме», но как-то быстро стало понятно, что эта позиция не вызывает общественных симпатий и остаётся уделом маргиналов, потому что по сути равняется позиции требовать освободить украинцев и оставить в тюрьме «агрессоров-россиян».

Более того, практика общественных кампаний показывает, что они приводят к успеху только в одном случае — когда происходит то самое объединение усилий людей разных взглядов и возможностей. Кто-то пишет петиции, кто-то бежит стоять с плакатами, кто-то в это время будет звонить начальству, высокому и не очень, включать вопрос в аналитические записки и, что называется, «бегать по кабинетам». Только при наличии такой комбинации вопрос приобретает достаточную важность для того, чтобы стало ясно: надо решать.

Хочется, чтобы спасение нашего сегодняшнего рядового Райана-Юзик не осталось просто одной из мелких историй конца 2019 года, а чтобы сами спасавшие поняли важное. Самое главное для гражданина России — это судьба граждан России. Между собой потом мы как-нибудь и разберёмся, и договоримся. Не бывает чужих граждан своей страны, потому что гражданин России — значит, уже свой. И своих бросать нельзя ни при каких обстоятельствах.

Юлия Юзик пишет, что в спецзал для вылетов её привезли из иранской тюрьмы с повязкой на глазах. Потом маску сдёрнули, и она увидела представителя российского посольства. В чужую голову не залезть, но думаю, что однозначно этот самый российский чиновник, едва ли имеющий с ней что-то общее во взглядах, для неё был однозначно свой.

Екатерина Винокурова, RT

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки