Нобелевскую премию по литературе ждут все.

Читателям отчего-то важно знать, кто её получит, писателям важно знать, что получили её именно они. Нобелевская премия — это такой священный Грааль литератора. Хотя кто помнит лауреатов пятилетней, например, давности?

Помнят, что премию получила белорусская писательница Светлана Алексиевич. Но помнят в основном потому, что после получения премии Алексиевич сделала в интервью несколько заявлений, которые из-за своей нелепости стали иконическими мемами. Например, она рассказывала, что в жуткой Москве её отказался везти таксист, потому что она не подтвердила свою принадлежность к православной вере. И как после этого читать её книги? Ряд из которых, стоит напомнить, вполне себе достойные. «Цинковые мальчики» и «Чернобыльская молитва» для своего времени были произведениями довольно сильными. Но запомнилась Светлана Александровна своими рассказами о том, как в Москве казаки людей нагайками гоняют (это тоже было в её интервью).

У Нобелевской премии нет лонг- и шорт-листа. Пытаясь говорить о претендентах, люди ориентируются на прогнозы букмекерских контор. В этом году Людмила Улицкая занимала в тех прогнозах четвёртую строчку. Но не сложилось — и, кстати, жаль. При сколь угодно скептическом отношении к Улицкой надо признать, что это литератор русской школы и нет ничего плохого в том, чтобы эта школа была бы в очередной раз отмечена высшей наградой в области словесности.

Получили в этом году премию сразу два писателя. Два, потому что премию не давали в прошлом году.

В 2017 году выяснилось, что муж поэтессы и члена нобелевского комитета Жан-Клод Арно был обвинён 18 женщинами в сексуальных домогательствах, кроме того, будучи близок к комитету, раскрывал некоторым людям ещё не названные имена лауреатов. Думается, кто-то смог неплохо заработать, поставив у букмекеров на победу Боба Дилана в 2016 году. В общем, вышел скандал вполне в духе времени — и сексуальный, и денежный, — поэтому премию никому давать не стали.

Но в этом году её за прошлый год присудили польской писательнице Ольге Токарчук, а за этот — австрийскому писателю и драматургу Петеру Хандке.

Ольга Токарчук происходит из украинской семьи, эмигрировавшей в Польшу, и известна преимущественно своим романом «Бегуны», за который она в прошлом году получила Букеровскую премию. Роман этот написан так, как любит публика из Instagram: обрывки впечатлений о путешествиях, короткие, ни к чему не обязывающие новеллы. Есть выражение «музыка для супермаркетов», вот роман «Бегуны» — это литература для Instagram. Только теги нужно проставить: #traveller, #dreamer, #mylife.

Помимо литературы, Ольга Токарчук занимается экоактивизмом, состоит в партии зелёных и редактирует леволиберальный журнал «Политическая критика».

Тут, конечно, поражает некая идейная целостность работы нобелевского комитета. Он (этот комитет) ни на миллиметр не отстаёт от актуальной повестки.

Прошлый год был годом секс-скандалов, в домогательствах обвинили всех — от Вайнштейна до Спейси. Книги на эту тему, достойной премии, не нашлось, поэтому комитет совершил перформанс — временно закрылся из-за секс-скандала.

В этом году главная тема — бесноватые подростки, которые борются за экологию. Опять же, книга об этом ещё не написана, но есть леволиберальная писательница из партии зелёных. Кому ж, как не ей, дать премию?

А вот то, что премию за этот год получил Петер Хандке, безусловно, радует. Это такой настоящий литературный тяжеловес — мрачноватое дарование угрюмого немецкого масштаба. Сам писатель — австриец, но понятно, что это литература общегерманская.

Широкой публике Хандке известен прежде всего в качестве сценариста выдающегося фильма Вима Вендерса «Небо над Берлином», публике же менее широкой — как автор романа «Шершни», который важен как глубокий анализ самого процесса создания текста.

Но мы же помним, что нобелевский комитет работает не просто так — не исключительно для присуждения премии, но и для создания некоторой интересной ситуации. И вот в этом году польской леволиберальной писательнице из партии зелёных противопоставили или, точнее, уравновесили её вполне себе правым литератором.

Отдельной строкой в биографии Петера Хандке отмечается его политическая позиция. В 1996 году Хандке опубликовал путевые записки под названием «Зимняя поездка по Дунаю, Саве, Мораве и Дрине, или Справедливость для Сербии». И оказалось, что западный интеллектуал не поддерживает позиции НАТО в отношении Балкан, и особенно Сербии, дружит со Слободаном Милошевичем и вообще имеет довольно непопулярное в либеральной среде мнение.

На похоронах Милошевича Хандке сказал следующее: «Мир — так называемый мир — знает всё о Югославии, Сербии. Мир — так называемый мир — знает всё о Слободане Милошевиче. Так называемый мир знает правду. Вот почему так называемый мир сегодня отсутствует — и не только сегодня, и не только здесь. Я не знаю правду. Но я смотрю. Я слушаю. Я чувствую. Я помню. Вот почему сегодня я здесь, рядом с Югославией, рядом с Сербией, рядом со Слободаном Милошевичем».

Теперь Хандке вручили Нобелевскую премию по литературе с формулировкой «за значительную работу, которая с лингвистической изобретательностью исследовала периферию и специфику человеческого опыта». Эти формулировки, как правило, непрозрачны для понимания, но именно в этом году получилось очень точно: Хандке действительно и своей жизнью, и своей литературой исследовал периферию человеческого опыта.

Это самое приятное и справедливое признание заслуг за последние годы. И даже не так обидно, что польской писательнице тоже почему-то дали премию.

Дмитрий Самойлов, RT

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки