Юрий Селиванов: Игра по своим правилам

Примитивно-арифметические сравнения неприменимы к анализу мирового военного баланса и его основных составляющих

Вот честное слово, с утра не было ни малейшего желания вступать в препирательство с очередным «всепропальским» выхлопом нашей «правдолюбивой», в режиме  «Мамой клянусь!», либеральной прессы. Но что поделаешь, приходится! Коль скоро речь идет о попытках навести тень на плетень в вопросах, которые имеют прямое отношение не только к нашему душевному спокойствию, но и к национальной безопасности.

Итак, перед нами очередной наезд на министра обороны РФ Сергея Шойгу, который, дескать, неправильно развивает российский военно-морской флот» под  алармистской «шапкой»-

Шойгу прижимает флот к берегу. Россия отказывается от статуса океанской державы –денег нет

Поводом для критического наезда на главу военного ведомства стали его высказывания в интервью изданию «Московский комсомолец» по поводу путей развития военно-морского флота РФ:

Гигантские деньги тратятся США на частные военные компании, на авианосные группировки. Но вот нужны ли России свои пять-десять авианосных группировок, если мы не собирается ни на кого нападать? Нам нужны средства, которые потенциально могут быть использованы против подобных авианосных групп противника в случае агрессии на нашу страну. А это несравненно дешевле и эффективнее!

На этом основании, автор данной статьи, прикрываясь мнением неких китайских источников, делает вывод, что Россия отказывается от статуса океанской державы. Дескать – туши свет, приехали!

Для начала оценим меру военно-морской компетентности оного сочинителя посредством простой арифметики. При этом,  восклицание «Денег нет!» оставим на его совести, поскольку в данной статье никаких цифр и фактов на этот счет не имеется.

Для того, чтобы как можно убедительней нарисовать полную беспомощность российского флота на фоне американских и китайских военно-морских усилий, автор сообщает «количественные данные» по составу ВМФ РФ:

Итак, какие корабли океанской или хотя бы дальней морской зоны сейчас имеет ВМФ России?

Авианосцев — 1.
Тяжелых атомных ракетных крейсеров — 3.
Ракетных крейсеров — 3.
Больших противолодочных кораблей — 10.
Эсминцев — 4.
Фрегатов — 1.
Больших десантных кораблей — 20.

Итого — 42 корабля

При этом у китайского флота, по данным того же автора, таких кораблей имеется 123, у американского — 126.

Давайте посмотрим, насколько эта арифметика верна для российского флота. Итак:

— Авианосцы (в нашем случае ТАВКР «Адмирал Кузнецов»)  — действительно один.

— Тяжелые атомные ракетные крейсеры  (ТАКР проекта 1144/11442 «Орлан»). Даже меньше, чем три указанных автором. В строю – один («Петр Великий», в стадии глубокой модернизации – один (Адмирал Нахимов»), в отстое с неясными перспективами- один («Адмирал Лазарев»). Итого реально в боевом строю — один ТАКР.

— Ракетные крейсеры (РКР проекта 1164 «Атлант») – действительно  три. («Варяг», «Москва», «Маршал Устинов»). РК «Москва» в настоящее время проходит средний ремонт.

А вот дальше начинается «произвольная программа». Автор берет за основу понятие «дальней морской зоны» и, тем самым, отсекает от данного перечня едва ли не большую часть надводного флота РФ! И это притом, что само данное понятие во многом условное. И нет ни одной причины, по которой современный российский фрегат, например, типа «Адмирал Макаров»,  не может оперировать в тех районах мирового океана, где в период второй мировой войны вполне успешно воевали куда меньшие по водоизмещению и несравнимо более слабые по боевой мощи тогдашние эсминцы и  фрегаты.

Если же мы выведем за скобки эти условности, то картина получается существенно иная.

— Эсминцы. В строю действительно четыре (советского проекта 956 – «Адмирал Ушаков», «Гремящий», «Настойчивый», «Бурный»). Еще три эсминца аналогичного типа – в резерве и ремонте. Но из состава флота не исключены.

— Большие противолодочные корабли. Между прочим, это те же эсминцы, но имеющие специализацию ПЛО)  —   в строю 9 единиц: «Адмирал Пантелеев», «Адмирал Виноградов», «Адмирал Харламов», «Адмирал Левченко», Адмирал Трибуц», «Маршал Шапошников», «Североморск», «Вице-адмирал Кулаков», «Адмирал Чабаненко»

Сторожевые корабли, они же фрегаты и  корветы, они же эсминцы. Всего в строю —  21. Автор почему-то упоминает только один! В том числе проекта 11540 («Ярослав Мудрый»), проекта 20380 («Стерегущий», «Сообразительный», «Бойкий», «Стойкий», «Громкий», «Совершенный»), проекта 20385 («Гремящий»), проекта 22350 («Адмирал Горшков», «Адмирал Касатонов». «Адмирал Головко»), проекта 1135 («Ладный»), проекта 1135М («Пытливый»), проекта 11356 («Адмирал Эссен», «Адмирал Григорович», «Адмирал Макаров»), проекта 01090 («Сметливый»),  проекта 11661К «(«Татарстан», «Дагестан»), проекта 22160 («Василий Быков», «Дмитрий Рогачев»).

Малые ракетные корабли. Не имеют аналогов по классификации в иностранных флотах, по боевым возможностям и стратегической дальности своего оружия  вполне могут быть приравнены к корветам, фрегатам или тем же эсминцам. В перечне нашего «эксперта» отсутствуют в принципе. Всего в строю – 23 единицы.

Малые противолодочные корабли. В строю  25 единиц. Кроме того в боевом составе ВМФ РФ находятся десятки ракетных катеров, средних и малых артиллерийских кораблей, больших и малых десантных кораблей, тральщиков, кораблей обеспечения и тому подобных.  Да, действительно, это в основном, корабли так называемой «ближней морской зоны», то есть предназначенные для обороны морского побережья. Но это вовсе не повод для уничижительных сравнений. Дальше скажем почему.

Таким образом,  даже приведенные в указанной выше статье фрагментарные данные по составу надводных сил ВМФ РФ существенно отличаются от реальной действительности в сторону преуменьшения боевых возможностей российского флота. В частности,  вместо указанных в цитируемом материале пятнадцати кораблей класса эсминец/фрегат, в строю ВМФ РФ насчитывается 57 боевых кораблей, соответствующих в широком смысле, по своим основным  тактико-техническим параметрам,   данному классификационному диапазону.

Кроме того, вызывает недоумение полное игнорирование в рассматриваемой статье подводного ударного компонента российских военно-морских сил. При том, что общая оперативно-стратегическое построение ВМФ РФ ни в коем случае не тождественно конфигурации флотов США и КНР, рассмотрение боевых возможностей ВМФ РФ без его подводной составляющей совершенно неправомерно. И представляет наш флот в искусственно усеченном, я бы даже сказал —  в карикатурном виде.

Тем более, что именно подводный флот РФ представляет собой  самый наступательный, ударно-стратегический компонент морской мощи России.

Справочно:

В состав ВМФ РФ входят 13 атомных подводных лодок с баллистическими ракетами, 27 атомных подводных лодок с ракетно-торпедным вооружением, 19 дизельных подводных лодок, 8 атомных подводных лодок специального назначения и 1 дизельная подводная лодка специального назначения

Боевой состав подводных сил ВМФ РФ

Конечно, уточнение этих количественных параметров, которые на поверку оказываются куда более внушительными, чем в «кастрированной» версии очередной неполживой статьи, совершенно не означает, что российскому флоту не нужно развиваться и строить новые боевые корабли. Однако в любом случае не следует перевирать объективную реальность и жонглировать цифрами, изображая таким немудреным способом мнимую несостоятельность российского флота.

Не стоит также пугать впечатлительного обывателя арифметическим сравнением численности авианесущих кораблей в составе ведущих флотов мира. Министр обороны РФ Сергей Шойгу абсолютно прав, когда отвергает подобный примитивно-линейный способом сравнения военно-морской мощи. И действительно  — надо быть крайне малограмотным в военных вопросах человеком, чтобы сводить военный баланс исключительно к количеству кораблей. И, при этом, совершенно не принимать в расчет базовые геополитические константы. Которые, для этих трех стран, совершенно различны. И которые, тем не менее, оказывают главное формирующее влияние на  военное строительство указанных держав.

И действительно – как можно игнорировать ту фундаментальную разницу, которая объективно существует в геополитическом положении России и, например, тех же США.   Америка со всех сторон отделена от остального мира океанами и, как морская держава, целиком и полностью зависит от контроля над океанскими коммуникациями, ради чего она и строит мощные авианосные группировки.

В то же время Россия является ярко выраженным противоположным случаем – трансконтинентальной сухопутной державой,  могущество и безопасность которой зависят от военно-политической ситуации в мировом океане  в несравнимо меньшей степени. Грубо говоря – для США это вопрос выживания, для России  не более чем один из важных вопросов геополитики. Как говорится, почувствуйте разницу!

Приведенные автором рассматриваемой статьи  примеры Сирии и Венесуэлы, которые якобы подчеркивают  несоответствие ВМФ РФ стоящим перед ним глобальным вызовам, некорректны по ряду причин.

Придерживаясь все той же линейно-арифметической логики, автор рассуждает следующим образом:

Сирия показала, что Россия начинает отстаивать национальные интересы вдали от своих границ. Хорошо, что из Каспийского моря можно дострельнуть до Сирии. Но долетит ли та ракета, скажем, до Венесуэлы (а России вбухала немало миллиардов долларов в эту страну), если там начнется заваруха? Вот в чем вопрос. Без флота тут не обойтись

Между тем, фундаментальная разница между военно-стратегическими приоритетами России и США, которая лежит в основе ассиметричности наших боевых потенциалов, при таком подходе начисто игнорируется. России просто не нужны ударные авианосные группировки и целые армии морской пехоты, которые необходимы США для захвата чужой, вражеской для них территории. Россия продвигает свои геополитические интересы в мире более разумным, более цивилизованным и, в конечном счете, выигрышным способом. Ибо делает это только там, где её ждут, как говорится, с распростертыми объятиями.

Именно об этом говорит пример Сирии и Венесуэлы. Но тогда решительно непонятно – зачем России накачивать свою авианосную мускулатуру до американских масштабов? Ведь в ее распоряжении имеются такие непотопляемые авианосцы, как территории дружественных стран, где можно, при необходимости, развернуть любое количество наземных военных баз. И с опорой на них эффективно и, что немаловажно, куда менее затратно – о чем и говорит Сергей Шойгу, отражать любой военно-морской набег американского супостата. Если тот на такое когда-нибудь решится. В чем я совсем не уверен, с учетом наших возможностей по обороне этой территории с суши.

Поэтому еще раз хочу подчеркнуть следующее. Военный баланс и пути его достижения, это не примитивная сравнительная арифметика, а сложнейшая алгебра и даже философия бытия. Основанные на  множестве факторов и параметров, которые необходимо тщательно сочетать и выверять. А не выбрасывать на ветер сумасшедшие деньги только лишь для того, чтобы у нас все было как китайцев, или тех же американцев. Это в футболе для всех одни правила. Военная стратегия и геополитика та область, где правила у каждого свои.

Юрий Селиванов, специально для News Front

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки

Комментарии:

Добавить комментарий