В последнее время часто приходится слышать, что «театральное искусство кончилось»: сплошная «серебренниковщина» с голым задом в главной роли. Молодой нижегородский режиссёр Владимир Карпук со своими учениками доказывает это — не так. Жив русский театр! За пять дней силами учеников летней кинотеатральной школы был создан его спектакль»План Даллеса» ставший достойным ответом и гей-перфомансам  Gogol School и «плачу Ярославны» «всёпропальщиков» от театральной критики.

Режиссёр и актёр Владимир Юрьевич Карпук познал творческую «кухню» на всех её ступенях. Снимался в тележурнале «Ералаш», сериале «След», сыграл ряд ролей в кинофильмах «Выпускной», «Дар», готовятся к выходу фильмы с его участием «Гуляй, Вася 2» и «Счастье моё».  Оттачивал своё актёрское мастерство Владимир Карпук и в ряде короткометражных фильмов.

Сегодня Владимир Карпук всё чаще сменяет работу актёра на «режиссёрское кресло» (вспомним образ из воспоминаний Станислава Говорухина). И делает это весьма успешно. Один из наиболее значимых проектов молодого режиссёра — Театральная школа «Next», в которой он работает Ведущим Мастером. Не смотря на англоязычное название. основная часть проектов, создаваемых учениками школы — очень русская, российская, апеллирующая к традициям и культуре нашей страны. Не удивительно, что рано или поздно такое мировоззрение должно было столкнуться в соперничестве с тем самым «искусством толерантной ориентации», которое заполонило подмостки столичных театров.

И ребята под руководством Владимира Карпука высказали своё мнение. Громко, открыто и талантливо. Спектакль «План Даллеса» заставил зал встать с аплодисментами. А очень многих зрителей Интернета — поверить: театр в России имеет будущее.

Рекомендуется к просмотру

Режиссёр Владимир Карпук согласился побеседовать с корреспондентом нашего паблика и ответить на ряд вопросов о своём спектакле, будущем театра и российской культуры.

Владимир Юрьевич, Ваш спектакль несёт более значительный потенциал, нежели просто отчётная работа летней кинотеатральной школы. Для кого он был предназначен изначально? Предназначался ли он для демонстрации широкой публике?

Конечно в перспективе я ставил цель сделать большой полноценный спектакль чтобы показать его на городской сцене. Но для этого нужно было понять как отреагирует для начала свой зритель. Произойдет ли отклик. Поддержка того, о чем я хочу сказать. Это важно для меня. И тема серьезная, и многие неоднозначно относятся к патриотическим настроениям, расценивая их как националистические.

​ И после показа, когда в зале были крики «Браво!», я убедился в важности и значимости спектакля для общества. Потому что, с моей точки зрения, театр должен расшевелить совесть, отводить от плохого и направлять к светлому и доброму. Мне кажется, у нас получилось это сделать в рамках театральной школы.

Есть ещё один момент: в нашей школе мы ставим цель — наладить общение между поколениями. Ученики нашей школы — в возрасте от 14 до 45 лет, и нам очень хотелось, чтобы получилось общение на равных, без каких-либо возрастных барьеров. Это очень важно, потому что связь между поколениями, это — наследование традиций. Одна из задач театра — привести человека к духовным традициям своего народа, своей страны. И потому, когда люди разных возрастов одновременно поддержали идею спектакля, такая реакция меня вдохновила на дальнейшие разработки.

Понимаете, сейчас сложилась такая ситуация, что когда говоришь, что ты — патриот, то тебя называют националистом. Это — неправильно. Речь идёт не о патриотизме в отношении только русского народа, но и о патриотизме в отношении всего наследия всех народов нашей страны! И в спектакле речь идёт не о «Плане Даллеса», а о нас: мы забываем наше прошлое. Нам говорят, что мы должны отказаться от его части, а может и от всего. Так нельзя. Нельзя отказываться от того хорошего, что сделали наши предки. Нельзя отказываться от того хорошего, что было и в СССР, и раньше. Если сейчас у нас нет осознания национальной идеи, то его надо воспитать, и театр может внести свой вклад в это воспитание.

Режиссёр Владимир Карпук: «Искусство должно преследовать одну цель — чтобы человеку хотелось жить ради завтрашней радости»

В Вашем спектакле используется очень специфический набор произведений: проза Анатолия Иванова, стихи Марины Девятовой и Валентина Гафта, произведения Юрия Визбора, Александра Сергеевича Пушкина. Сергея Есенина, Михаила Андреева… От тех произведений, которые, по нашим временам, можно назвать «элитарным искусством» до «массовых» произведений. Чем продиктован такой набор произведений для Вашего спектакля?

Для меня важен синтез. То что было актуально полвека назад с тем что знают сегодня. Это связь поколений. Важно знать и помнить лучшее в каждой эпохе, а не отказываться, называя искусство, которое нравилось нашим родителям — «нафталином», и — не чураться его. Необходимо знать свои корни. То творчество, те традиции, которые были в Советском Союзе. А иначе, без корней дерево засохнет. И еще, как мне кажется, чтобы сделать театр модным,  нужно как раз и совмещать элитарное с массовым. Чтобы массы стремились к элите. И происходил духовный и нравственный рост.

Но нельзя отказываться и от нового. Необходимо соединять старые традиции с новыми находками. В этом синтезе, на мой взгляд, создаётся новый театр, вечный театр. Мы используем и видеовставки, и «жёсткую» рок-музыку. Но нужно, чтобы всё это было «в атмосферу», чтобы оно «царапало». Стихи и песни, которые звучат в спектакле — о любви. О вечной теме любви к Родине — цитаты классиков, которые мы вставили в спектакль: Александр Сергеевич Пушкин, Николай Карамзин… Это — вечное. Но кроме того, в спектакле звучат стихи о любви. О любви мужчины и женщины. Ведь без любви не будет ничего.

Спектакль «План Даллеса» создан с очень лаконичными декорациями и минимумом грима, вследствие чего, очень напоминает «современное театральное искусство», альтернативой которому он выступает. Такова режиссёрская задумка — сыграть на сходстве формы и противопоставлении содержания, либо это получилось спонтанно?

Это ошибочное понятие, что это современное искусство. Как раз таки в современном искусстве на сцену пихают все, что только вздумается. Прикрывая актера декорациями, проекциями, световыми эффектами.

Поэтому я могу сказать, что мой спектакль сделан в традициях старой театральной школ,.где человеку не нужны декорации. Актер сам создает атмосферу и воссоздает жизнь человеческого духа на сцене. А для достижения полноценного эффекта театра все это обличается в ту форму которая содержит максимальные средства выразительности: актерскую игру, вокал, пластику, вербальные и невербальные приемы. Это важнее, чем заполнение сцены бутафорией. Я не хочу, чтобы человека заслоняла декорация.

Вам удалось набрать команду единомышленников, разделяющих Ваши взгляды на традиции семьи и патриотизма. Насколько легко было собрать вместе таких ребят? Можно ли на Ваш взгляд, надеяться восстановить «большинство» людей с такими убеждениями в российском мире искусства?

Возможно, реально и нужно. Как мне кажется, сейчас Владимир Путин сформировал конкретную национальную идею, четкое послание «Я — Россиянин.», под которым объединятся все народы живущие на территории России. Идея, которая будет прививать морально нравственные ценности, любовь к своей стране и правильному отношению к институту семьи. И выделяемые огромные средства, в виде грантов на поддержку молодых инициатив, обеспечивают положительные изменения. Мой проект, моя школа и театр появились благодаря такой поддержке, и, как видите, мы делаем, пусть в рамках области, большое дело. Ополчение 1612 года тоже также постепенно собиралось и организовывалось. Эффект и значение — всем известны. Я считаю, если в каждом регионе будут говорить о важных и нужных для развития общества вещах, тогда наша страна будет процветать. И важно это делать через литературу и театр, так как это самый честный способ. Что доказано и проверенно веками.

Поэтому, когда началась работа в школе, я сразу обозначил, что хотел бы, чтобы появилась такая постановка. Потому что «перфоманс» Gogol School 25 июня на форуме «Таврида» лично меня оскорбил. Ведь этот «перфоманс» он не только пропагандирует ЛГБТ, он пропагандирует отказ от Конституции России, пренебрежительное отношение к главному закону страны. Gogol School пропагандирует отказ от духовных традиций. Поэтому, я сразу сказал ребятам: кто готов, кто не боится — принимайте участие. Мы говорим о любви. И когда мы говорим о любви, то в наших традициях это — любовь Мужчины и Женщины. Ведь изначально были созданы Адам и Ева, а не два Адама. И это не просто так.

И ребята сыграли очень искренне. Всё-таки, поставить такой спектакль за пять дней с актёрским составом, который до этого вместе не работал, можно только если люди предельно искренни.

Как говорил М.Н.Задорнов «Хороших людей на самом деле много, просто плохие лучше организованы.» Вот я и организую Хороших людей под эгидой своего театра. Людей, которых также как и меня волнует будущее нашей Родины. А отбирать в постановку свою не пришлось. Ребята сами притянулись. 12 человек как 12 апостолов. Символично не правда ли?

Великий режиссёр Георгий Товстоногов ещё 30 лет назад предупреждал: эпатаж — не искусство

Да, действительно. У меня, признаться, сразу была ассоциация с поэмой Блока… Если говорить о символах и образах, то нельзя не заметить, что спектакль «План Даллеса» постоянно балансирует на грани между художественным произведением и апелляцией к истории России. Можно ли на Ваш взгляд считать получившийся спектакль не просто «художественным», но — «художественно-историческим»?

Безусловно — можно. Как вы смогли заметить, в спектакле показано как исторически изменялось отношение мужчины к женщине и к своей стране. Ведь это, на мой взгляд, главный показатель. Хочешь понять в каком положении находится страна — взгляни как мужчина относится к женщине. Все просто.

Показано так же, какие песни пели у нас. О любви к Родине, о любви к девушке. И подо всем этим видно, как мы бережем и защищаем свою страну. Важно иметь национальный иммунитет, о котором писал Пушкин, и говорил Столыпин. Пора уже перестать бояться быть русским. И не смешивать патриотизм с национализмом.

​Не могу не согласиться. Однако в сфере современных отечественных журналистики и мира искусства прочно укрепился «тренд» толерантности (порой — воинствующей толерантности, как ни парадоксально звучит). Целесообразно ли на Ваш взгляд «ломать» этот тренд, либо проще сразу начать формировать альтернативу из тех, кто лишь готовится войти в мир искусства (вне зависимости от возраста последних)?

​ Происходит подмена понятий и ценностей. Толерантность, это ведь термин из биологии. И понятие очень страшное на самом деле. Нам вдалбливают  позитивное отношение к этому слову, а по факту оно изначально имеет другой смысл. Толерантность это состояние организма, при котором иммунная система устойчиво воспринимает чужеродный антиген как собственный и не отвечает на него. Вы понимаете, что это значит??? Это невосприимчивость к чему-то чужеродному. Это же настоящее оружие против нас направили.

Поэтому я против этого модного веяния «Я — толерантен.» На мой взгляд, этой «отмазкой» (по-другому не скажешь) прикрываются слабые трусливые люди, которые просто бояться чего-то.

А «толерантность» в искусстве пропадет так же как и возникла, когда государство и общество будут поддерживать настоящих художников, а не эпатаж.

Не могу пройти мимо чисто-журналистского вопроса: каким бы Вы хотели видеть новое российское искусство? Какие принципы оно, на Ваш взгляд, должно отстаивать и какими — руководствоваться?

Во все времена наше искусство отражало народную жизнь, народные проблемы и народную радость. Мне кажется, что ничего лучше быть не может. Важно отражать нашу действительность и показывать искусством  правильные идеалы и жизненные ценности. Литература, живопись, музыка, театр и кино всегда выражали в России что-то общественное и стремилось к духовно-нравственному развитию человека.

Вспомнить те же самые советские комедии, где Трус Балбес и Бывалый олицетворяли пороки общества. Но — в каком ключе это все подавалось? С иронией, талантливо, а не «в лоб». И все всё понимали. Понимали, что такое — хорошо, а что такое — плохо. Вот такое должно быть искусство. И оно должно быть разным, но преследовать одну цель — чтобы человеку хотелось жить во имя завтрашней радости.

Рецепт сильного спектакля: 12 искренних ребят, 5 дней и талантливый режиссёр. Сцена из спектакля «План Даллеса»

Сейчас много ломается копий по поводу «свободы искусства». Насколько, на Ваш взгляд, искусство должно быть «свободным»? Как Вы видите грань между свободой и вседозволенностью (манией эпатажа) в искусстве?

А это уже давно все поняли. Чем бездарнее актер, например, тем меньше на нем одежды. И это касается всего. Шокировать любым способом. Вот что предсказал Товстоногов 30 лет назад. И как он был прав, к сожалению. Но я верю что ситуация измениться. Одумаются люди. Одумаются. Русские терпят-терпят, а потом — ударят как следует. Так же и в творчестве.

Свобода в искусстве, особенно в театре, должна быть диапазоне, а не во всеядности. Вот что должно определять свободу.

Ирония судьбы: сегодня человек искусства, имеющий смелость и талант — не ниспровергатель «устоев», а человек, выступающий за то, чтобы его зрителям хотелось жить, ради завтрашней радости. Несколько лет назад один из российских писателей рассказал автору, что на его взгляд, самое сложное в современном обществе. Во времена Российской империи люди видели знамёна своей страны, солнце, согревающее землю и тучи, несущие дождь на ожидающее его поле. Во время СССР люди видели звёзды, надеясь что за каждой из них — новые миры. Потому что жители Российской империи и СССР шли по жизни с поднятой головой. А сейчас люди видят асфальт и грязь под ногами. Потому что смотря вниз, надеясь не споткнуться и вовремя ухватить то, что упало у другого. Спектакль «План Даллеса» создали люди, которые видят звёзды и знамя. И которые предпочитают, чтобы и их дети видели звёзды и знамёна, а не грязь и серый асфальт.

Сведеборг К. С, quis_quaeritis

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки