Единица — ноль

«А наши-то пленные во Внукове сходили с трапа в жутком одиночестве, сами неся свои дурацкие баулы! И никто их не встречал! И никто не пел гимн, и не расцеловывал, и не плясал… Казенно-то как!

Зато вот небратьев встречала целая толпа, и все обнимались, и обжимал их сам Зеленский, и танцы-фонарики!

Вот она, разница-то!..»

Ну да, ну да. Кстати, последний наш боец, вышедший из самолёта после Вышинского, вообще ковылял с палочкой по трапу. Совершенно один. Никто не помог даже…

Но я всё-таки скажу кое-что.

Начну с того, что примчавшийся пиариться Зеленский был в телекадре почему-то окружён сразу тремя телохранителями. Серьёзные такие парни с наушниками. Он говорит, а они зырят по сторонам такие…

От кого он защищался-то? Кого боялся? Пленных? Сенцова? Родственников? Может, не стоило ему ехать в Борисполь, если даже в момент «триумфа» он не смог обойтись без охраны?

Теперь о наших.

Вот что сказал прямо у трапа Вышинский про поддержку из России:

«Я почувствовал себя в греческой фаланге… Я почувствовал, что рядом со мной… — тут его голос осёкся, — есть люди, которые меня помнят…»

Он сказал это сразу после объятий Киселёва: на самом деле его встречали, его ждали. И да — о нем помнили. Всегда.

Но важнее другое.

«Греческая фаланга». Это особая вещь вообще-то. Это тот самый хрестоматийный, классический, с Эллады пример того, что наш Маяковский недавно описал фразой «Единица — ноль».

Это не хутор. Это государство. Это империя. Ты — в фаланге, парень. Стой и держись. Раз нет рядом танцев с фонариками — это ещё не значит, что все на тебя болт положили.

Тебя помнят. Знают. Верят. Что до любви — это слишком личное чувство. Оставь его жене и детям. Обжиматься — не надо.

А Родина-Мать… Ты помнишь ее взгляд на Мамаевом кургане? Помнишь глаза её? Не беспокойся: Россия любит тебя и будет любить вечно. Как одного из сотен миллионов.

…Но как же тот мужик с палочкой, который шёл последним? Отчего ему не помогли? не взяли его рюкзак?!

Не взяли, да. Он шёл один. Шёл — по родине. Его — обменяли. За ним прилетел президентский борт. Его доставили в правительственный аэропорт.

Так в имперском представлении и оказывается честь. Пусть даже его ещё ждёт беседа в ФСБ (небратьев тоже ждёт, в СБУ, но кто про это скажет?).

Очень по-римски. По-древнеримски. Без фонариков. Без сантиментов. Без фигляра-вождя. С чувством принадлежности к чему-то запредельно Великому.

Которое поглядело и промолвило вслед: «Дома? Хорошо. Отдыхай пока, сынок».

Денис Тукмаков

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки