Опубликованная в норвежской прессе новая информация о бездействии властей этой страны в момент аварии на подлодке «Курск» даёт основания для подозрений об ответственности Норвегии за невыполнение международных законов о  спасении людей на море

В ряде российских средств массовой информации со ссылкой на Норвежскую телерадиокомпанию, опубликована информация, проливающая свет на новые обстоятельства гибели российского атомного подводного крейсера «Курск» 12 августа 2000 года.

«Норвежская разведывательная служба (НРС) 12 августа 2000 года сразу узнала об инциденте с российской атомной подводной лодкой (АПЛ) К-141 «Курск» проекта 949А «Антей», пишет NRK. Норвежская телерадиовещательная организация обратила внимание на опубликованный 29 мая американским изданием The Intercept документ, датированный 6 октября 2006 года, в котором находящийся в Осло сотрудник Агентства национальной безопасности (АНБ) США рассказывает о наблюдении за российской субмариной… В документе сотрудника АНБ утверждается, что НРС знала о катастрофе К-141 «Курск» за 3,5 часа до того, как сообщение об аварии поступило в Северный флот Военно-морского флота (ВМФ) России.»

Итак, допустим, что источники норвежского Гостелерадио не врут и власти Норвегии действительно узнали об аварийной ситуации на «Курске» значительно раньше – на целых 3, 5 часа, чем командование Северного флота РФ.

Какие  же выводы сделали норвежские журналисты из этого действительно сенсационного факта? Быть может, они озаботились вопросом о том, как их страна воспользовалась полученной информацией для немедленного оказания помощи терпящим бедствие российским подводникам?  Увы, но в корреспонденции NRK об этом нет ни одного слова! Хотя, казалось бы, это так естественно — в первую очередь подумать о том, что было сделано для оказания помощи попавшим в беду людям?

Тем более, что у норвежских властей были для этого все возможности – самые разные каналы связи с российским руководством, вплоть до обычного телефона, по которому можно было просто позвонить в Москву, или в Североморск и сообщить о происходящем в Баренцевом море.

Но, повторяю – на подобные мысли  в  данной статье нет даже намека.  Единственная проблема, которая в этой связи показалась актуальной норвежской прессе,  из-за чего, собственно, и был опубликован  материал –  внутренние норвежские разборки. По поводу того, почему местная разведслужба, получившая столь важную информацию, поделилась ей, в первую очередь,  с американским Агентством национальной безопасности, а не с норвежскими вооруженными силами и другими национальными службами.

В своей публикации NRK обвиняет Вооруженные силы Норвегии в том, что, зная о масштабах катастрофы, служба первой оповестила американскую сторону, а не норвежские организации, отвечающие за радиационную безопасность, в частности Норвежское агентство по радиационной и ядерной безопасности. Телерадиовещательная компания пишет, что норвежские разведчики проявляют чрезмерную лояльность к американской стороне в ущерб национальным интересам

Этот внутренний вопрос для Норвегии наверняка важен. Поэтому у меня нет причин считать его постановку в СМИ данной страны неуместной.

Однако, даже с учетом этого обстоятельства, полное игнорирование в указанной публикации  и, похоже, не только в ней, но и в реальной жизни, темы необходимости оказания безотлагательной помощи терпящим бедствие на море любым доступным способом и, прежде всего, немедленным оповещением всех спасательных служб региона, в том числе и в первую очередь российских, вызывает не просто недоумение, но и весьма серьезные вопросы правового характера.

Потому что, если речь действительно  идет не просто о недогадливости отдельного журналиста, написавшего этот материал, но о действиях официальных норвежских государственных структур 12.08.2000 года, которые не приняли немедленных мер по доведению полученной чрезвычайной информации до российских инстанций, полномочных начать спасательную операцию, то тогда  нам следует говорить о вещах куда более серьезных, чем недоразумения между отдельными норвежскими ведомствами.

По существу, здесь налицо состав преступления, повлекшего самые тяжелые последствия. Международные документы о спасении людей на море очень четко и недвусмысленно регламентируют действия всех служб и лиц без исключения, которые  имею доступ к информации о морских инцидентах. В частности   Международная конвенция по поиску и спасанию на море 1979 года следующим образом описывает порядок действий в чрезвычайной ситуации:

4.2.3 Любые власти или любое подразделение службы поиска и спасания, у которых есть основания полагать, что какое-либо лицо, судно или иное средство находится в чрезвычайном положении, направляет, как можно скорее, всю имеющуюся информацию в соответствующий спасательно-координационный центр или спасательный подцентр.

Специально подчеркну – указанная конвенция, равно как и другие международные Соглашения по морскому праву не делают для чрезвычайных ситуаций никаких исключений ни для кого. Любые власти и любые лица, имеющие доступ к соответствующей информации,  обязаны принимать все возможные меры для спасения терпящих бедствие на море. В том числе и норвежская секретная служба. В данном случае она была обязана по любым каналам связи довести эту информацию до своего государственного руководства. А то, в свою очередь и тоже без промедления, до российской стороны.

И если ничего этого сделано не было, и в результате было упущено три с половиной часа для спасения жизней членов экипажа «Курска», в ситуации, когда их судьба зависела от считанных минут,  то это является поводом для очень серьезного международного судебного расследования. Тем более, что проверить фактическое состояние дел не составляет никакого труда. В соответствующих российских и норвежских официальных  инстанциях должны храниться все документы, связанные с этой катастрофой. В том числе и оповещения от норвежских властей, если таковые имели место.

А если их не было, то, с учетом вновь открывшихся обстоятельств и того факта, что власти Норвегии, в нарушение международных законов, не сделали надлежащее оповещение российской стороны и, тем самым, возможно, лишили экипаж «Курска» последних шансов на спасение, заслуживает самой серьезной правовой оценки.

Увы, но тот факт, что норвежские журналисты, опубликовавшие эту информацию, подтвердили, тем самым, что военная разведка Норвегии не оповестила о нештатной ситуации даже государственные ведомства собственной страны,   дает весомые основания полагать, что никакого оповещения российских властей тем более не было. А норвежские власти повели себя в этой ситуации самым омерзительным и бесчеловечным образом.  Поставив соображения секретности и натовской круговой поруки превыше своих прямых государственных и юридических обязанностей по спасению человеческих жизней.

Юрий Селиванов, специально для News Front

Обязательно подписывайтесь на наши каналы, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен и Телеграм-канал FRONTовые заметки


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен