Сегодня существует определенная дискуссия по поводу основного определения кибернетических и информационных войн. Можно классифицировать данные понятия по мотивам , целям , методам и использованием средств в информационных атаках. В зависимости от контекста , информационная война может пересекаться с информационными вбросами в прессе , кибервойной или даже организацией обычных террористических групп на территории противника, при чем эти группы и их лидера сами не будут догадываться, что их решения не являются самостоятельными.

При стремительном развитии информационных технологий и при фактическом значительном понижении роли печатной прессы в мире, информационная война неразрывно связана с войной кибернетической. Главная задача инженеров кибернетических атак является не в самом донесении определенной информации до целевой группы населения или политической среды вероятного противника, а в том, чтобы специалисты противника не имели малейшего понятия, откуда пришла данная информация и кто является ее источником. Фактически успех информационной атаки напрямую зависит от ее скрытности, то есть основная версия противника должна говорить о внутреннем происхождении данной информации.

На сегодняшний день информационное оружие может принести не чуть не меньший урон, чем химическое, биологическое и другие виды оружия массового уничтожения. Хорошим примером является умелое координирование спецслужбами западных государств беспорядков в Сирии и Украине, которые, впоследствии, переросли в кровопролитные войны с тысячами жертв среди мирного населения. Совершенно очевидно, что разработка доктрин ИГИЛ* или националистов украинского «Правого Сектора»* так же является продуктом инжениринга информационной войны.

Область технологии информационных войн напрямую связана с политтехнологиями, психологией, кибернетикой. Так же налицо связь информационной войны с войной экономической – данная технология уже сейчас позволяет влиять на глобальные экономические процессы.

Если население страны-противника говорит, что информационной или кибернетической войны не существует, при этом внутри страны происходят деструктивные процессы, такие как широкомасштабные акции протеста, бунты, внезапные и необоснованные биржевые паники и прочие явления, ослабляющие обороноспособность государства, то это говорит об успехе инженеров технологий информационной войны. На самом деле, было достаточно много идентифицируемых случаев информационных вбросов и кибертерроризма, которые привели к весьма серьезным как экономическим, так и политическим проблемам, не говоря уже о провокациях, которые привели к многочисленным человеческим жертвам.

Мы вполне можем определить информационную войну, как умышленную разрушительную деятельность, распространение провокационной информации, угрозы в отношении компьютеров и сетей, с намерением причинить вред государству-противнику, или дальнейшие социальные , идеологические , религиозные , политические последствия, а так же иные цели .

Так же локальное запугивание или использование компромата против определенных физических лиц из политической среды государства – противника вполне согласуется с общим определением информационной войны.

Вершиной технологии информационной войны является способность к скоординированной атаке, которая вызовет массовое нарушение всех систем безопасности страны-противника. При этом будут производиться как скоординированные кибернетические атаки на основные информационные ресурсы, базы данных, вывод из строя платежных систем, сбои в работе систем коммуникаций. Так же будет распространяться информация, вызывающая панические настроения среди населения. И одновременно будут активизированы созданные инженерами информационной войны подпольные группы оппозиции и террористические формирования внутри государства. Осуществление подобной массированной атаки само по себе способно нанести непоправимый вред любому государству.

Для осуществления данной концепции необходимо:

1. Возможность создания сложных инструментов взлома, создание собственных институтов, разрабатывающих сложные технологии кибернетических атак, направленных на поражение всех возможных информационных коммуникаций и баз данных противника.

2. Создание исследовательских групп для изучения психологии целевых групп населения противника для формирования оппозиции внутри самого государства-противника, а так же понимания методов запуска деструктивных социальных процессов.

3. Исследование политической среды и основных оппозиционных партий и групп в политической среде государства, а так же отличное знание острых социальных проблем во внутренней среде государства-противника.

Подавляющую роль в технологии информационной войны играет на сегодняшний день глобальная сеть. Как уже было сказано выше, Интернет фактически вытесняет и заменяет все СМИ, которые использовались ранее, такие как печатная пресса, телевидение, радиовещание.

Поскольку Интернет становится все более распространенным во всех областях человеческой деятельности, технологи информационных войн могут использовать анонимность, предоставляемую в киберпространстве, для угроз гражданам, конкретным группам (т.е. с членством на основе этнической принадлежности или вероисповедания), сообществам и целым странам, без присущей угрозы захвата, травм или смерти нападающего.

Интернет продолжает расширяться и компьютерные системы становится все более и более сложными и взаимозависимыми. Саботаж, терроризм и социальные провокации через киберпространство вполне могут стать более серьезной угрозой и даже, возможно, одним из факторов начала глобальной войны.

Зависимость от Интернета стремительно растет в мировом масштабе, создавая платформу для международных кибертеррористических заговоров, которые успешно формулируются и выполняются. Для военного потенциала государства и национальной безопасности информационные атаки имеют ярко выраженное преимущество по сравнению с физическими атаками, известными нам видами оружия. Они могут проводиться дистанционно , анонимно, и относительно дешево, и они не требуют значительных инвестиций в оружие, взрывчатку и рекрутство людей. При этом офицеры и солдаты не погибают на фронте – инженеры информационной войны находятся в гораздо большей безопасности, чем солдаты и офицеры на передовой или агенты влияния на территории противника. В то же время, последствия использования этого нового вида оружия могут быть весьма серьёзными.

Данная технология, вне всякого сомнения, будет использоваться со временем более широко и выделится в отдельную структуру в составе служб безопасности и внешней разведки мировых держав. Сегодня нам еще трудно представить, до какой степени может развиться технология управления сознанием масс в будущем. Очевидно одно – мы вновь сталкиваемся с хищными вещами нашего века.

Танай Чолханов, специально для News Front

*— запрещенная в России организация.

Обязательно подписывайтесь на наш канал, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен