Во внешнеполитическом плане ушедший год был скорее переходным. Мир явно движется от одной глобальной системы к другой, и все ключевые игроки стараются занять самые выгодные места в будущей конфигурации. При этом зримо ослабевают прежние институты — от «Большой семерки» до ВТО, а на их месте пока не возникает новых устойчивых механизмов согласования интересов. И это тревожная тенденция, ибо конфронтация без правил и рамок крайне опасна, причем не только для стран, непосредственно вовлеченных в нее.

Еще больше беспокоит, что наработанный в ХХ столетии системный капитал в сфере безопасности сознательно разрушается одной из ведущих мировых держав, без конструктивного участия которой сама система международной безопасности и контроля над вооружениями невозможна. Несомненно, одним из самых негативных итогов 2018 года стал заявленный США выход из договора о ракетах средней и меньшей дальности (РСМД). С учетом того, что еще в начале 2000-х годов США вышли из договора о противоракетной обороне и стали развивать свою глобальную ПРО в разных уголках планеты, а также принимая во внимание всё более неопределенную судьбу договоров об ограничении стратегических вооружений (ОСВ/СНВ), очевидно, что в 2019 год планета входит в более опасном состоянии, чем в год предыдущий.

Увы, в отношениях с США мы всё еще наталкиваемся на стену непонимания — впрочем, не только мы. При этом вряд ли можно всё сводить к «фактору Трампа» — национальным эгоизмом и снобизмом охвачена практически вся вашингтонская элита, а потому выстраивать диалог по-прежнему крайне трудно. Америка умеет только повелевать, поучать и карать, а не разговаривать на равных или достигать компромиссов.

Впрочем, кое-что нам всё же удавалось в прошлом году. В июле в Совете Федерации мы встретились с весьма представительной делегацией конгресса США во главе с председателем комитета сената по ассигнованиям Ричардом Шелби, и разговор получился вполне содержательным и полезным. А еще мы принимали члена сената конгресса США от Республиканской партии Рэнда Пола, который — надо отдать ему должное — не оставляет попыток вернуть наши парламенты к полноценному диалогу.

В «пассиве» минувшего года, конечно же, Украина. Впрочем, было бы странно ожидать от нынешних властей этой страны какого-либо прогресса, ибо русофобия в 2018 году получила официальное оформление в качестве господствующей идеологии Киева. Демонстративные жесты, вроде решения о расторжении Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между РФ и Украиной от 31 мая 1997 года, а также инициирование раскола в православном мире, запреты на въезд взрослым мужчинам из России, непрекращающаяся демагогия о «российской агрессии», под которую вводятся антидемократические меры, подавляется инакомыслие и иноязычие, организуются опаснейшие провокации, вроде инцидента близ Керченского пролива… Всё это звенья одной цепи, которой сковали некогда вполне процветающую и дружественную страну.

Ухудшение отношений России с Западом было также в целом прогнозируемым. Однако мартовский инцидент с применением некоего отравляющего вещества против бывшего российского разведчика Сергея Скрипаля и его дочери Юлии, без каких-либо результатов объективного расследования, раздутый британскими властями до масштаба чуть ли не военной атаки со стороны России, выходит даже за рамки обычного охлаждения. Сам факт, что голословных обвинений в новом британском стиле «хайли лайкли» хватило для многих стран Запада, чтобы выслать российских дипломатов, говорит о том, с какими именно подходами нам придется иметь дело, по крайней мере, в ближайшие годы.

То же самое мы видим и в пресловутых американских обвинениях в адрес России в якобы вмешательстве в президентские выборы, в мнимых нарушениях договора о РСМД и в прочих западных сюжетах с «российской агрессией» против Украины или «нарушениях прав человека» в Крыму. Везде торжествует голословность и субъективность оценок, что не мешает штамповать резолюции авторитетных (до недавнего времени) организаций, вроде ПАСЕ или Парламентской ассамблеи ОБСЕ. Однако вместо «всеобщего осуждения» получается провал самих этих организаций, ставших заложниками позиции западников, для которых крайне нужны оправдания неконструктивного курса в отношении ядерной державы и важного торгового партнера. И с оправданиями, похоже, всё хуже и хуже.

Однако 2018 год запомнился и многими позитивными моментами. И главный из них — полный провал попыток сдержать развитие России посредством санкций и всех иных форм внешнего давления. 2018 год был, пожалуй, кульминационным в этом смысле. Ситуация развивалась по нарастающей все предыдущие годы. Но есть ощущение: эта кульминация останется в прошлом по той простой причине, что всё, что ни пытались сделать в отношении России наши западные оппоненты, не дало искомого результата. Они в тупике, который сами и создали.

В числе позитивных моментов, несомненно — улучшение климата в межкорейских отношениях, которые еще недавно балансировали на грани полномасштабной войны, да еще и с возможным применением ядерного оружия. Важный момент — что Россия, США и Китай сыграли свою конструктивную роль в улучшении обстановки на Корейском полуострове. Впрочем, я бы не обольщался по поводу показного американского миролюбия — скорее сыграло роль обладание Пхеньяном ядерным оружием: получается, что только тогда со страной начинают разговаривать, когда она может причинить реальный вред другим, особенно США. Не самый обнадеживающий сигнал для международного режима нераспространения.

Вообще радует именно то, что наша страна не только воевала или адаптировалась к чужим санкциям, но и созидала, добивалась успехов, оцениваемых по объективным показателям. Российский несырьевой и неэнергетический экспорт вырос и достиг уровня в $150 млрд (в 2017 году — $134 млрд). Россия в 2018 году удержалась на первом месте в мире по количеству одновременно сооружаемых АЭС за рубежом. Отличные показатели у российского оружейного и сельскохозяйственного экспорта. В числе побед России, конечно же, «стройка века» — Крымский мост, в который сначала мало кто верил за пределами России, а когда он стал фактом, то его начали атаковать и политически, и даже военными силами.

Важнейшее достижение отечественной «мягкой силы» — чемпионат мира по футболу в России, в ходе которого миллионы болельщиков получили отличную прививку от пропаганды в собственных странах. При этом на ЧМ-2018 Россия заработала на 200 млрд рублей больше, чем потратила, что также опровергло мнения многих скептиков, а сам чемпионат официально в ФИФА признали лучшим в истории.

На этой хорошей точке и хотелось бы завершить подведение итогов 2018 года, из которого мы с оптимизмом входим в наступивший 2019-й.

Константин Косачев, газета «Известия»

Обязательно подписывайтесь на наш канал, чтобы всегда быть в курсе самых интересных новостей News-Front|Яндекс Дзен