В субботу,15 декабря, в Софии Киевской состоялся учредительный собор новой православной церкви. Полноценной победой кого-либо из участников его не назовёшь, но кое-что им сделать, всё же, удалось. Что касается простых верующих православных, то о них в этой истории иерархи церкви и политики не думали, решая свои амбициозные задачи

По крайней мере, удалось избежать однозначного провала и скандала непосредственно на соборе, вероятность чего была очень высока.

Глава новой церкви

Наиболее острым вопросом считался вопрос о предстоятеле новой церкви. Амбиции «патриарха» Филарета тут столкнулись с потребностью Фанара поставить во главе структуры не раскольника и человека, который находится в нормальных отношениях с руководством страны, а также потребности руководства страны иметь карманную церковь.

Победили амбиции. Киевским митрополитом стал Епифаний (Думенко) — митрополит Переяславский и Белоцерковский УПЦ КП, ректор Киевской православной богословской академии. Он очень молод (1979 года рождения) и полностью зависим от Филарета.

Избрание Епифания является вынужденным компромиссом. Филарету пришлось отказаться от высшего поста в новой церкви. Порошенко и Варфоломей, видимо, рассчитывают на молодость и несамостоятельность митрополита (Филарет ведь не вечен).

Легитимность новой церкви под угрозой — её возглавил раскольник, а Варфоломей, получается, освятил раскол. Вполне вероятно, что для Вселенского Патриарха это будет репутационная катастрофа, которую никак не компенсируют материальные выгоды от получения контроля над богатой митрополией.

Конечно, Епифанию будет нелегко — он оказался в окружении непрерывно конфликтующих между собой представителей УПЦ КП и УАПЦ (настоящий «террариум единомышленников»), под давлением жесткого и беспринципного Порошенко и лишён самостоятельности по воле Филарета и Варфоломея. Одно хорошо — он является формальным лидером мощной церковной «партии», которая будет его защищать.

Объединение церквей

Создание новой церкви подавалось Фанаром под соусом уврачевания раскола. Получилось же как всегда бывает на Украине — при объединении трёх партий появляется четвертая.

Новая церковь таки создана, но…

Во-первых, УПЦ к ней не присоединилась — на соборе присутствовали только два православных митрополита. Вероятно, со временем ситуация поменяется, но вряд ли радикально.

Во-вторых, УПЦ КП накануне собора продемонстрировала, что намерена сохранить за собой определённую автономию и даже удостоилась окрика из Фанара. Можно не сомневаться, что сторонники амбициозного Филарета будут продолжать борьбу за полный контроль над новой структурой в качестве единой силы.

В-третьих, раз остаётся КП, значит останется и УАПЦ, у которой достаточно претензий к филаретовцам, и которая будет защищаться.

В-четвертых, остаётся вопрос с винницким метрополитом Симеоном и Драбинко — им-то куда теперь? Из УПЦ ушли (и вряд ли они обойдутся простым дисциплинарным внушением), до АПЦУ не дошли… Для Симеона хоть кафедральный собор в Виннице отжали — чтобы было бедолаге где служить. А у Драбинко даже этого нет. А ведь ещё недавно был вторым человеком после Киевского митрополита. Наверное, будут лепить свою фракцию.

Автокефалия

С автокефалией, собственно, всё было ясно ещё до собора. Опубликованный в СМИ текст устава новой церкви достаточно ясно показывает, что, как бы она не называлась, автокефальной она не будет. Это будет автономия Константинопольского Патриархата, имеющая гораздо меньше прав, чем УПЦ.

Однако, для украинских патриотов это несущественно — им важна не мера реальной независимости, а дистанция от Москвы. Переход под управления Константинополя такую дистанцию, безусловно, увеличивает, а значит — является приемлемым.

Кстати, ни одна из поместных церквей (включая румынскую, о поддержке которой было широковещательно заявлено) не прислала поздравление в связи с началом съезда. Впрочем, православные иерархи наверняка осведомлены о рисках и выжидают.

Филарет же теперь будет бороться за раскол Константинопольской церкви и найдёт себе союзника в лице Порошенко (как в начале 90-х нашёл в лице Кравчука). Так что Варфоломею не стоит обольщаться удобным для него содержанием томоса — борьба только начинается, причем на невыгодных для Фанара стартовых позициях.

Политический успех Порошенко

С самого начала никаких особых электоральных бонусов церковная тематика для президента не обещала — православные священники, в отличие от протестантов, не очень хорошо контролируют своих верующих и слабо влияют на их политическое поведение. Да и самих прихожан в новой церкви будет не слишком много.

Главное тут для Порошенко — сам факт решительной победы, одержанной им над «государством-агрессором». Правда, избиратели вряд ли смогут оценить масштабность деяния, которое далеко выходит за пределы возможностей украинского президента (тут, собственно, главную роль сыграл Вашингтон). И вряд ли они заметят факт поражения Порошенко, который не смог протащить на пост главы церкви своего ставленника митрополита Симеона.

В общем, непосредственного позитивного влияния на ход избирательной кампании в виде роста рейтинга ожидать не стоит. Хотя церковный успех, скорее всего, будет одним из факторов, повышающих шансы действующего президента на победу.

Судьба УПЦ

То, что блаженнейшему Онуфрию удалось сохранить единство церкви перед лицом сильнейшего давления со стороны государства — безусловный успех. Но успех этот носит характер частный, тактический.

Стратегическая инициатива находится в руках противников канонической Православной церкви, и давление на неё будет только возрастать. Правда, нет уверенности в том, сохранится ли нынешняя тактика.

Безоглядное силовое давление было обусловлено сжатыми сроками кампании — необходимостью обеспечить участие клира УПЦ в соборе. Сейчас спешить уже некуда и можно заняться постепенным переманиванием (путём чередования кнута и пряника) священников и епископов. Захват храмов будет играть роль кнута, но он будет управляемым и осуществляться, преимущественно, юридическими методами.

Впрочем, возможно кампания пойдёт по радикальному сценарию (если ликвидацию УПЦ решат подогнать под сроки выборов), и начнутся репрессии против «третьей колонны Кремля», в т.ч. и среди священников. Развитие событий в этом направлении не слишком желательно для власти, поскольку усилит сопротивление и привлечёт внимание западных правозащитников, но может быть оправдано общей стратегией президентской кампании.

Путём ликвидации УПЦ власти не пойдут, но постараются заставить её изменить название на РПЦ в Украине, чтобы придать ей характер чужой религиозной организации.

Итоги

Итоги мероприятия подвёл в двух своих выступлениях Пётр Порошенко, присутствовавший на соборе, по-видимому, в качестве базилевса.

Во-первых, Порошенко сослался на Петлюру и Скоропадского как на предшественников и единомышленников.

Сами эти персонажи, наверное, перевернулись в гробу, поскольку они были непримиримыми оппонентами, и первый сверг второго. Но ссылка на времена революции логична — для тех времён было характерно грубейшее вмешательство государства в дела церкви. Правильнее, конечно, было бы сослаться на большевиков. Но декоммунизация мешает правильно назвать власти своих вдохновителей.

Во-вторых, Порошенко подчеркнул, что Украина не является канонической территорией РПЦ.

Это, конечно, позиция Константинополя, которую Порошенко просто процитировал. Но позиции Московского Патриархата на Украине действительно подорваны. Правда, в процессе случилась «авария» и вместо полноценной структуры была создана шайка раскольников (по крайней мере, так новая церковь должна выглядеть с точки зрения мирового православия), что даёт Москве шанс. Но как им воспользоваться в условиях противодействия украинского государства — неясно.

В-третьих, президент поблагодарил собравшихся на Софийской площади и указал, что они тоже являются творцами новой церкви.

Толпа людей, собранных административно и, в основном, не являющихся даже православными (это подтвердил, от «большого ума», министр культуры Нищук), конечно не могут быть творцами чего-либо. Их даже свидетелями трудно назвать — действительно ли они понимают, что творится в их присутствии? Но ведь на такой хлипкой основе построено всё здание постмайданной государственности…

В-четвёртых, «Вопрос автокефалии — это вопрос нашей национальной безопасности. Это вопрос нашей государственности», — сказал Порошенко.

Поэтому решать его должен гражданин Турции, но и у него эта возможность была, в конечном итоге, украдена… Странная особенность нынешнего этапа — декларируя отказ от независимости, украинские элиты потихоньку присваивают её себе. Очень удобно — править в своё удовольствие, сваливая всё на подлинных хозяев где-то там… Но недовольные-то не поедут в Вашингтон и Стамбул. Хотя да — поедут на заработки в Польшу.

Ну и главное по Порошенко — «Украина больше не будет пить из московской чаши московскую отраву». Это, если что, о православной вере… Случайно ли в создании «Поместной православной церкви» принимал участие греко-католик Парубий, а «министерство по вопросам единой церкви» будет создаваться в ведомстве греко-католика Нищука? Для полноты ощущений надо было бы главой этого ведомства назначить протестанта…

P.S.

Во время собора разбился истребитель ВВС Украины. Правление Порошенко богато на такого рода символику, но пока что у него всё получается.

Василий Стоякин, Ukraina.ru