Во Франции с подачи Украины взялись искать «русский след» в протестах «желтых жилетов». Вскоре французские власти опровергли информацию о причастности к ним России, однако зерно подозрений, что за «желтыми жилетами» стоит Кремль, во французском обществе было посеяно. Между тем дестабилизация Франции выгодна не России, а Соединенным Штатам и их союзникам в Старом Свете. Именно их «след» и нужно искать в Париже.

Французские СМИ начали распространять версию о причастности Москвы к беспорядкам и хаосу, когда протесты «желтых жилетов» вышли из-под контроля властей. Местные журналисты писали о том, что в социальных сетях накануне погромов якобы активизировались «прокремлевские» аккаунты и сайты, связанные с российскими силовыми ведомствами.

На сообщения прессы и телевизионщиков пришлось отреагировать главе МИД Франции Жан-Иву Ле Дриану. Он сообщил, что Генеральный секретариат национальной обороны уже начал расследование и прорабатывает версию о «российском следе».

В ответ на обвинения пресс-секретарь президента Дмитрий Песков назвал происходящие беспорядки внутренним делом французской стороны и отметил, что Россия уважительно относится к французскому суверенитету. «Мы не вмешивались и не собираемся вмешиваться во внутренние дела никаких стран, в том числе и Франции», — подчеркнул он.

Это не первый случай, когда французы усматривают причастность России к внутренним делам республики. Президент Франции Эммануэль Макрон во время визита российского лидера Владимира Путина в Версаль в мае 2017 года публично обвинил российские СМИ в дезинформации. По его мнению, именно Россия пыталась дискредитировать президентскую предвыборную кампанию во Франции. В адрес Москвы также были высказаны претензии в связи с кибератаками на избирательный штаб будущего руководителя Французской Республики.

Прошел год, и у Франции снова появился повод заявить о влиянии России на внутриполитическую обстановку. Но обоснованны ли такие обвинения?

Во Франции вот уже месяц «желтые жилеты» проводят акции против правительства. Изначально это был протест автомобилистов, недовольных повышением цен на бензин, однако теперь перечень требований намного шире. Несмотря на то, что власти пошли на уступки демонстрантам и отменили повышение цен, Париж все равно охватили беспорядки, вылившиеся в массовые погромы с жертвами.

Здесь было бы уместно оставить в стороне шаблонно отработанную на передовицах западной прессы версию «российского следа» и задаться вопросом: а кому это выгодно?

Зачем России, которая вместе с Францией реализует проект «Северный поток — 2», ставить под удар торгово-экономические связи? Ведь такие проекты ценны вдвойне, учитывая, что Москва подвергнута санкциям.

Не забудем и то, что французский газовый гигант Total является одним из основных операторов разработки проекта «Ямал-СПГ». Кстати, на днях французский концерн сообщил о начале экспорта сжиженного природного газа с третьей линии «Ямал-СПГ». По оценкам главы Total Патрика Пуянне, «выход проекта «Новатэк» на полную мощность на год раньше срока стал беспрецедентным событием для сегмента сжиженного природного газа». После такого становится совершенно непонятно, зачем России ставить под угрозу стратегическое партнерство в нефтегазовом секторе.

Или здесь замешаны третьи силы, цель которых подставить Россию, вбить клин во франко-российское партнерство и побудить французскую компанию Engie выйти из проекта «Северный поток — 2»?

Все это скорее похоже на операцию американских спецслужб под «чужим флагом». Газета The Times опубликовала материал на базе исследования компании New Knowledge, где утверждалось, что «с начала манифестаций «желтых жилетов» группа из почти двух сотен аккаунтов стала ежедневно распространять около 1,6 тысячи твитов и ретвитов». Эти сообщения «распространяли дезинформацию, используя фотографии протестующих, пострадавших при других событиях, чтобы активизировать описание жестокого обращения со стороны французской полиции». В публикации также приводились слова некоего источника в британском правительстве, заявившего, что «российские СМИ, поддерживаемые государством, в своей редакционной продукции в несоразмерной степени сконцентрировали внимание на сообщениях об этих протестах».

Вообще, надо отметить, что г-н Макрон не может похвастаться ровными отношениями с западными лидерами. Постоянное напряжение присутствует в общении с британским премьером Терезой Мей и американским президентом Дональдом Трампом. Французский президент пытается проводить собственную линию, которая зачастую затрагивает интересы тех же США или вторгается в сферу компетенции Америки как супердержавы.

Так, Макрон самостоятельно продвигал глобальную климатическую повестку. В итоге США просто вышли из Парижского договора по климату. Логика, по всей видимости, была следующей: негоже какому-то французишке заниматься тем, что находится в компетенции супердержавы. Это стало реальным ударом по самолюбию французского лидера, который активно ищет свое место в системе координат глобальной международной политики.

Или, к примеру, попытка Макрона наказать Польшу, которая является американским союзником и основным проводником звездно-полосатых интересов на европейском континенте, лишив ее голоса в ЕС за антидемократические реформы на родине. Но и это ему не удалось.

Наговорил много нелицеприятного Макрон и Терезе Мей в связи с неопределенностью по Brexit. Ну и апогеем стало стремление французского президента взять бразды правления ЕС после ухода с политической сцены Ангелы Меркель. Пробным шаром в этом направлении стала инициатива создания собственных европейских вооруженных сил.

Это, похоже, и переполнило американскую чашу терпения, после чего было принято решение проучить строптивого лидера. Результат не заставил себя долго ждать, тем более что Франция «славится» своими протестными движениями. Там исторически сильна роль профсоюзов. Во Франции постоянно бастуют авиадиспетчеры, пилоты, железнодорожники, дальнобойщики, учителя и т.д. В стране то и дело случается коллапс. Люди становятся заложниками профсоюзов, выплескивая свое недовольство на правительство.

Для США подогреть протестную ситуацию через глобальные социальные сети (Facebook, Twitter, Google), подконтрольные американским спецслужбам, не составит никакого труда.

Таким образом, у многих «обиженных» были основания дестабилизировать внутриполитическую ситуацию во Франции с целью решения собственных задач — приструнить строптивого лидера. Тем более что это дало возможность подорвать доверие между двумя заинтересованными странами и поставить под вопрос текущие российско-французские инвестиционные проекты.

Олег Мирославов, Rubaltic.Ru