Казалось, что это решение далось Меркель достаточно легко. По крайней мере, оно не выглядело выстраданным или как минимум продуманным. Сейчас она уверяет, что еще летом сама себе сказала: «стоп!». Но всем остальным-то она еще на днях говорила иное

С бедой надо провести ночь. Не факт, что все немцы поняли, с чем именно они сегодня спали: с бедой или с радостью. Неизвестно, поняла ли сама виновница этой неопределенности, каково это, когда властные дни сочтены. Чтобы осознать это, одной ночи, наверное, мало. Но совершенно точно, что на одну ночь ее политическая карьера стала короче. А вот утро вряд ли стало вечера мудренее. Куда уж больше, если накануне это и так было «соломоновым решением». Ведь и в Германии, наконец, узнали, что все пройдет – пройдет и эта. Как небрежно называют ее те, кому уже даже имя ее произносить неприятно. Но теперь и они дружно скажут: «Меркель, прощай!»

Провал в Гессене поставил точку. Вернее, три. Поскольку еще три года она будет канцлером. Просто потому, что именно столько ей осталось до конца четвертого срока. Но в этой формальной продолжительности так много неформальной символики. Больше, пожалуй, понятной русским людям, чем бюргерам. Во-первых, сколько веревочке не виться, а все равно – тридцать лет и три года. Во-вторых, у нас столько обещанного и ждут. В-третьих, это же декретный отпуск по уходу за ребенком. Пусть в ее случае просто по уходу. Но решение же это тоже вынашивалось и рождалось в муках.

Внешне, правда, показалось, что оно далось Ангеле Меркель достаточно легко. По крайней мере, оно не выглядело выстраданным или как минимум продуманным. Хотя сейчас она и уверяет, что еще летом сама себе сказала: «стоп!». Но всем остальным она и перед земельными выборами в Гессене говорила, что при любом результате переизберется на декабрьском съезде лидером христианских демократов. Уже – нет. Ради последующего выигрыша партии «королева» приносит себя в жертву. Логично. Только если ХДС останется в игре, в «королевы» можно провести и пешку.

Другое дело, с какого фланга эта пешка пройдет и захочет ли новый ферзь три года терпеть их бывшую во главе кабинета. Тем более если им окажется министр здравоохранения Йенс Шпан – основная надежда реформаторов, о котором уже никто не скажет: молодо – зелено. Там все цвета радуги. В его случае, кстати, главную фигуру в партии можно будет в равной степени называть и ферзем, и королевой. Впрочем, любой, кто почувствует себя в ней важной птицей, едва ли станет долго считаться с «хромой уткой».

Да и электорат возмутится. Из любви к соратникам Меркель отказывается от руководства ими. А всех остальных, получается, она любит меньше, коль остается канцлером. Хотя это немцы поняли еще в 2015-ом. Пусть и не сразу сообразили, что это она не им адресовала свое, как оказалось, роковое: «Мы справимся!». Справились-то мигранты. В том числе и с самой Меркель. Ее решение постепенно сойти на нет – это, конечно, все равно сенсация. Но так его назвали бы, прими она его еще через тринадцать лет.

Однако сейчас – не без иронии судьбы. Главный противник Brexit’а – она сама уйдет по-английски. Через несколько лет после официального объявления об этом. Как чувствовала – не подала Мэй руки на саммите ЕС. Но, видимо, это передается и воздушно-капельным путем. Вот и Германии предстоит мучительно ждать, когда это закончится. Зато теперь в вопросе – ответ. Доколе – до Коля. Если Меркель досидит до 2021-го, то сравняется с Гельмутом Колем по властной продолжительности. Хотя если она стремится лишь к тому, чтобы повторить рекорд, немцы охотно засчитают ей год за три.

Михаил Шейнкман, радио Sputnik


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен