Только по официальным данным в соседних с Сирией странах и в Европе на сегодняшний день находятся до семи миллионов беженцев из Сирии. Кроме того, на территории самой республики насчитывается 6,6 млн внутренне перемещенных лиц

Первоочередной задачей стало освобождение сирийской территории от засилья террористов, для чего и было принято решение о начале операции Воздушно-космических сил России в Сирии.

За относительно короткий срок удалось не только разгромить террористические группировки, отбить у них более 96% территории страны и освободить от террористов 1411 населенных пунктов, но и организовать примирение враждующих сторон, побудить полевых командиров отказаться от вооруженного противостояния.

Если до начала операции Воздушно-космических сил России по состоянию на 30 сентября 2015 года только 8% страны контролировалось правительством республики, то сейчас ситуация кардинальным образом изменилась. Главный очаг сопротивления сконцентрирован только в демилитаризованной зоне в провинции Идлиб.

Следующим важным этапом стало налаживание мирной жизни в Сирии. Этот вопрос является достаточно масштабным и многогранным, требующим мобилизации многих ресурсов, усилий министерств, ведомств и внешних игроков.

Налажено тесное российско-сирийское взаимодействие в общем деле возвращения беженцев. С 20 июля 2018 года на регулярной основе проводятся заседания межведомственных координационных штабов России и Сирии, в ходе которых высокопоставленные должностные лица информируют мировую общественность о проделанной работе на данном направлении.

Сирийским правительством уже достигнуты серьезные результаты в вопросе возрождения страны. Восстановлены десятки тысяч жилых домов, тысячи школ, сотни больниц, разрушенных в ходе многолетнего вооруженного конфликта. Ведется строительство дорог, линий электропередач и других социально важных объектов. Руководство Сирии на всех доступных площадках демонстрирует готовность принять своих граждан, вынужденно покинувших родину.

В данном случае эти процессы взаимозависимы: для возвращения беженцев необходимо восстановить гражданскую инфраструктуру и обеспечить достойные условия жизни. В то же время все это требует трудовых ресурсов и мобилизации всего населения республики при реализации такого беспрецедентного по масштабу гуманитарного проекта.

Здесь, казалось бы, интересы России и Сирии пересекаются с нуждами европейских государств прежде всего в плане стабилизации социально-политической обстановки в Европе. Сирийское правительство восстанавливает мирную жизнь, которую нельзя представить без значительной части населения.

Россия достигает поставленных целей и подтверждает свою ключевую роль в вопросе полного урегулирования конфликта в Сирии. А страны Евросоюза избавляются от бремени содержания беженцев, снижается уровень криминогенной опасности, в том числе на основе экстремизма.

При этом вполне логичным выглядело бы содействие западных стран скорейшему возвращению сирийских беженцев на родину. Ведь масштабы финансовых затрат на реализацию миграционной политики довольно впечатляющие. Только за последние три года все европейские страны потратили на эти цели более 140 миллиардов долларов США. Причем с каждым годом эти показатели растут. Если в 2016 году было потрачено 43,2 миллиарда долларов, то в 2017 году — уже 49,5, а оценочно в 2018 году — 52,3.

Возникает вполне закономерный вопрос: зачем с каждым годом тратить все больше и больше средств на содержание беженцев, если одна из стран их происхождения, имеем в виду Сирию, во всеуслышание заявляет о готовности принять всех своих граждан?

Самое интересное, что вразумительного ответа на этот вопрос от западных политиков не поступает. Слышны обоснования, больше похожие на отговорки: вреде условий о предоставлении гарантий непреследования и обеспечения безопасности возвращающимся сирийцам. Более того, принимаются новые законы, обеспечивающие права граждан на недвижимое имущество, объявляются амнистии и многое другое.

Но это не устраивает западных «партнеров», которые снова и снова ищут оправдания собственному бездействию на этом направлении. В ход идут уже излюбленные обвинения в стиле «хайлилайкли», как и в случае с делом об отравлении  Скрипаля, но с переложением на ситуацию в Сирии, где, как считают западные правозащитники и политики, «режим будет преследовать всех инакомыслящих».

В некоторых случаях имеют место факты целенаправленного провоцирования сирийских граждан отказаться от идеи возвращения на родину. Так, среди беженцев широкое распространение получил «опросник», который преподносится как анкетирование Управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев. При составлении вопросов расчет построен на знании психологии человека, оказании влияния на его эмоциональную сферу, с тем чтобы вызвать проявление определенных фобических реакций, обусловленных наличием чувства страха, тревоги, опасности и создания четкой установки «невозвращения».

Европейцы страдают от нашествия беженцев, криминализации и радикализации общества, а сирийцам внушают мысль о небезопасности возвращения на родину.

Резюмируя все изложенное и отвечая на вопрос, так зачем же западным странам удерживать сирийских беженцев на своей территории, вывод напрашивается сам собой.

Во-первых, несмотря на недовольство собственного населения, власти европейских государств получили желаемое — финансирование программ миграционной политики и определенные привилегии стран, приютивших беженцев.

Во-вторых, руководство Евросоюза выработало довольно серьезный инструмент давления на несговорчивых участников объединения. Фактически оно поставило в зависимость экономическое благополучие ЕС от выделяемых квот на прием беженцев.

В-третьих, не стоит забывать и о старом добром геостратегическом противостоянии. Сейчас хоть и много говорится о разладе в отношениях между США и Европой, но все их тактические разногласия отходят на второй план, а внимание сосредотачивается на стратегических задачах достижения преимущества над Российской Федерацией и недопущении усиления ее влияния в ключевых регионах мира.

При обсуждении темы сирийского урегулирования любые российские инициативы, даже те, которые отвечают интересам европейских государств, не находят и вряд ли найдут поддержку.

Вот и выходит, что европейское население страдает от нашествия беженцев, криминализации и радикализации общества, сирийским гражданам внушается мысль о небезопасности возвращения на родину, а руководству республики навязывают все новые и новые условия. И делается это лишь для того, чтобы не пришлось признавать успехи России в борьбе с международным терроризмом, а также способность Сирии к возвращению мирной жизни.

Михаил Мизинцев, ТРК ВС РФ «Звезда»