У Мэй, конечно, другие планы. Собирается править и после выхода из Евросоюза. Но, судя по всему, у тори есть голоса, чтобы решить этот вопрос и не по ее собственному желанию. Есть и список претендентов

Наверное, еще нельзя сказать, что дни ее сочтены. Но ее соратники уже сочли, что после Brexit’а это продолжаться не может. Они бы не стали ждать так долго, но кому охота брать на себя ответственность за него. А Мэй – все равно не жилец. В смысле, на Даунинг-стрит, 10. Вот ей и позволят донести свой крест до конца. The Telegraph со ссылкой на служебную записку, что ходит по рукам консерваторов, уверяет, что сразу после 31 марта 2019-го года, дня официального развода с ЕС, премьер-министру предложат уйти.

У нее, конечно, другие планы. Собирается править и после выхода из Евросоюза. Но, судя по всему, у тори есть голоса, чтобы решить этот вопрос и не по ее собственному желанию. Есть у них и список претендентов. Правда, 27 фамилий. Практически все министры. В том числе и бывшие. Дэвид Дэвис, например, что когда-то в кабинете отвечал за «жесткий» Brexit. Или Борис Джонсон, что «мягкий», ни туда – ни сюда, вариант от Мэй назвал «поясом смертника». Его шансы, кстати, считают весьма незначительными. Хоть и говорят, что «фаворит букмекеров», но добавляют при этом: «который никогда не побеждает». Тем не менее, все так все.

И вроде 27 человек на место – это показатель значимости этого места. Но из такого длинного перечня следует только то, что консерваторы готовы поставить премьером кого угодно, лишь бы не оставлять им ее. Вообще, это как нужно пренебрегать своим лидером, чтобы представить кандидатов на ее должность в тот момент, когда она на неформальном саммите ЕС, вероятно, в последний раз уговаривает еще коллег все-таки расстаться друзьями. «А смысл», – первое, что придет им на ум после статьи в The Telegraph.

Возможен, впрочем, и обратный эффект. Понимая, что покладистую Терезу сменит более решительный политик, а иначе зачем бы затевать этот бунт, европейцы могут и подыграть ей – пойти на кое-какие компромиссы. Но вряд ли ее это спасет. Ведь это надо было постараться – всего за пару лет разругаться со всеми, с кем только возможно. И сам этот лонг-лист означает еще и то, что у Мэй не осталось союзников даже внутри партноменклатуры.

Она, пожалуй, самый неуживчивый премьер в британской истории. Она не рассорилась разве что с собственным мужем. И то не факт. Над ней откровенно смеются оппоненты. Ее не уважают за твердолобое высокомерие соратники. Она бесит двор своими манерами, которые не спасают даже коряво-уморительные реверансы. Она умудрилась вызвать презрение даже у главного партнера британцев, который априори прощает им все. Не важно, что президентом США сейчас ненавистный им Трамп. Важно, что в случае с Мэй даже принцип «враг моего врага – мой друг» не срабатывает. Она для сограждан и не друг, и не враг, а так – самоуверенная серость.

Так что была без радости любовь, разлука будет без печали. Хотя, когда начинала, говорили: имя какое у нее хорошее, милосердное. Думали, вот она – британская мать Тереза. Получилось ровно наоборот. И даже тори теперь говорят: это все Тереза, мать.

Михаил Шейнкман, радио Sputnik