Президенты Латвии и Эстонии практически одновременно совершили визиты в Китай, где их принял лидер КНР Си Цзиньпин. Оба прибалтийских государства, в которых активно проводится декоммунизация, рассчитывают на щедрые инвестиции со стороны крупнейшей коммунистической державы мира. Взамен они готовы предложить КНР свои транзитные мощности. Эксперты отмечают, что Пекин заинтересован в балтийских портах. При этом они подчёркивают, что кооперацию между Латвией, Эстонией и Китаем трудно развивать в обход Москвы — как с географической, так и с политической точки зрения.

Президент Латвии Раймондс Вейонис предложил Китаю «прямой выход к Балтийскому морю». Сообщение об этом было опубликовано 20 сентября на официальном сайте главы государства.

Латвийский лидер находился с рабочим визитом в КНР с 15 по 20 сентября. Он провёл переговоры с председателем КНР Си Цзиньпином и принял участие в экономическом форуме «Ежегодный саммит новых чемпионов — 2018».

Как говорится на сайте президента, Вейонис выразил заинтересованность в том, чтобы рижский порт стал главным экспортным центром для китайских товаров в Прибалтике, отметив, что грузы туда могут поступать как в рамках инициативы «Один пояс — один путь» из самого Китая, так и из соседней Белоруссии, где КНР создаёт индустриальный технопарк «Большой камень». Также, по словам латвийского президента, его страна заинтересована в инвестициях из КНР, в частности в науку и зелёные технологии.

Привлекает Ригу и огромный китайский рынок: во время визита Вейониса обсуждались перспективы экспорта в Китай мяса птицы и латвийского мёда.

Одновременно в КНР побывала с визитом глава другого прибалтийского государства. Президент Эстонии Керсти Кальюлайд 18 сентября тоже встретилась в Пекине с Си Цзиньпином. Она отметила, что Таллин интересуют китайские инвестиции, особенно в цифровую отрасль.

«Китай — самый важный для нас торговый партнёр в Азии. С одной стороны, китайцы умеют ценить качество наших продуктов питания, с другой — в последние годы очень активизировалась электронная торговля, которая предлагает обеим странам интересные вызовы и возможности для сотрудничества», — цитирует пресс-служба заявление эстонского лидера.

На фоне торговой войны между США и КНР президент Эстонии даже позволила себе поддержать Пекин в споре со своим заокеанским союзником, отметив, что «свободная межгосударственная торговля без искусственных ограничений — это единственная возможность для малых стран» развивать экономику.

В течение последнего года Эстония неоднократно проявляла заинтересованность в транзите грузов из Китая, предлагая свои порты в Прибалтике. Однако пока эти перевозки не согласованы с РЖД: ведь пустить поезда в Эстонию из КНР в обход России невозможно по географическим причинам.

Правильный коммунизм

Визиты лидеров Эстонии и Латвии в главную коммунистическую державу планеты проходят на фоне новостей о процессе декоммунизации в Прибалтике. Так, 22 августа лидер Русского союза Латвии, депутат Европарламента Татьяна Жданок была исключена из партийного списка, по которому она идёт на парламентские выборы 6 октября. Причина такого решения: Жданок не вышла из Коммунистической партии после января 1991 года.

Пропаганда коммунистической идеологии в Латвии, как и в других прибалтийских странах, запрещена, символы времён Советского Союза тоже вне закона, а бывшие члены Компартии Латвийской СССР, не сдавшие партбилет с наступлением демократии, поражены в правах. Этот факт биографии может стать препятствием для получения статуса гражданина и, как оказалось в случае Татьяны Жданок, даже для участия в выборах.

Эстония тоже поступает весьма неоднозначно: 23 августа в стране открыли грандиозный Памятник жертвам коммунизма — и в тот же день отправили делегацию в Пекин для переговоров об экономическом сотрудничестве с коммунистическим Китаем.

«Руководство Эстонии, Латвии и Литвы, принимая китайские делегации, старается не говорить об отношении к коммунизму, — отметил в интервью RT президент Российской ассоциации прибалтийских исследований, доктор экономических наук, профессор СПбГУ Николай Межевич. — В лучшем случае объясняют, что к русскому коммунизму они относятся не совсем хорошо, а вот к китайскому — очень даже ничего».

Как отметил в интервью RT доцент кафедры политической теории МГИМО Кирилл Коктыш, такое прагматичное поведение лидеров прибалтийских стран было вполне ожидаемо, однако сейчас нельзя сказать, как оно в дальнейшем будет коррелироваться с общей ценностной риторикой этих государств.

Взаимный интерес

Как отмечают эксперты, главная причина заинтересованности прибалтийских республик в сотрудничестве с Китаем — экономическая. Пока объёмы инвестиций восточной державы в хозяйство стран Балтии достаточно скромны. Так, в 2000—2016 годах они составили €33 млн в Литве, €3 млн в Латвии и €23 млн в Эстонии. Однако руководство этих стран надеется на более плотное взаимодействие с Пекином.

Лидеров стран Прибалтики подстёгивает непростая экономическая конъюнктура. Выход Великобритании из ЕС, намеченный на март 2019 года, грозит странам Восточной Европы (и прибалтам в том числе) сокращением финансирования из фондов Европейского союза. Из-за непростых отношений с Москвой экспорт российских грузов через латвийские порты сократился, что привело к существенным потерям для транспортной отрасли этого государства.

Что касается КНР, то важные транспортные и логистические узлы Прибалтики представляют для азиатского государства большой интерес.

«Китай готов выступить одним из крупнейших инвесторов в Литве, Латвии и Эстонии, — отметил в интервью RT руководитель Школы востоковедения Высшей школы экономики Алексей Маслов. — Этот вопрос обсуждался в течение нескольких лет, но сейчас, судя по всему, приняты некие принципиальные решения, чтобы использовать прибалтийские порты для переброски грузов в Европу».

Эксперт отметил, что сейчас большинство грузов из Китая поступает в нидерландский Роттердам и только затем расходится по Европе. Но Китай это уже не удовлетворяет — он очень рассчитывает на прибалтийские порты, которые сегодня работают далеко не на полную мощность.

По мнению Маслова, в Прибалтике КНР может вложиться в реконструкцию портовых сооружений и заполнить их своими грузами, получив взамен порты в собственность. Так уже произошло с греческим портом Пирей в 2016 году, когда его приватизировала китайская компания Cosco.

«Это даёт оптимизацию по деньгам, поскольку порты Латвии считаются одними из самых недорогих в Европе», — отмечает Маслов.

Кроме того, как подчёркивает политолог, во внешнеэкономической и внешнеполитической стратегии Поднебесной в последнее время уделяется большое внимание странам Восточной и Центральной Европы — через них Китай пытается зайти в Европу, что называется, по-крупному. По словам эксперта, стоит ожидать и активного проникновения китайских банков в Прибалтику.

Политические последствия

Однако в политических элитах прибалтийских стран отсутствует консенсус по поводу отношений с КНР.

Если в Латвии и Эстонии противники особых отношений с Китаем не очень активны, то в Литве оппозиция не скрывает своих опасений относительно угрозы «коммунистической экспансии».

И хотя правительство Саулюса Сквернялиса готово предложить Пекину Клайпедский морской порт, оппозиционеры делают всё, чтобы отношения между Вильнюсом и Пекином осложнились. Например, в июне они пригласили в страну Далай-ламу. Проживающий в изгнании духовный лидер тибетских буддистов ведёт борьбу за отделение Тибета от КНР, и его появление в зарубежных странах Пекин неизменно встречает с негодованием.

Оппозиционеры якобы даже получили письмо из Департамента госбезопасности страны, где сообщалось о «побочных эффектах» развития связей с КНР. По словам литовского евродепутата Лаймы Андрикене, «Китай под прикрытием инвестиций проводит политику экспансии» и влияние КНР «не менее опасно, чем влияние России».

«Китай не занимается экспансией идеологии», — опровергает этот тезис Кирилл Коктыш.

Однако, по мнению политолога, тесное сотрудничество Китая с Белоруссией приводит к тому, что уже сейчас балтийские члены ЕС и НАТО попадают в зависимость не только от Пекина, но и от соседнего Минска.

«Белоруссия становится крупным экономическим центром, который будет определять погоду во всей Прибалтике», — отмечает эксперт.

В свою очередь, Алексей Маслов считает, что за усилением экономического влияния КНР всегда следует и рост влияния политического. По словам политолога, «Китай всегда приходит в несколько областей сразу».

«В принципе, Китаю выгодно, что в этих странах нет традиции экспертного китаеведения, — отметил Маслов. — Поскольку мало кто может просчитать не только экономические, но и политические последствия работы с Китаем.

Российский фактор

«Теоретически для нашей страны эти транзиты выгодны», — отмечает Алексей Маслов.

Однако, как говорит эксперт, пока прямых, согласованных с Россией транзитных маршрутов через её территорию из Китая в Прибалтику не существует. Политические разногласия между РФ и странами Балтии заставляют сомневаться, что такие маршруты появятся, утверждает Николай Межевич.

«На сегодняшний день при абсолютно дикой антироссийской платформе Вильнюса, Риги и Таллина нет никаких оснований считать, что Москва будет помогать этим странам решать их проблемы, — отмечает эксперт. — Абсолютно прагматичные китайцы, естественно, не собираются ссориться с Россией, которая для них является приоритетным партнёром».

По словам Алексея Маслова, теоретически возможно, что Китай будет развивать сотрудничество с прибалтийскими странами в обход России, как он это делает с Белоруссией и Украиной. Однако Николай Межевич считает это маловероятным.

По мнению Кирилла Коктыша, сотрудничество России и КНР с одной стороны (включая возможное использование в общих проектах портов Калининграда и Санкт-Петербурга — прямых конкурентов гаваней Литвы, Латвии и Эстонии) и КНР и прибалтийских стран — с другой «не будет вступать в противоречие». Более того, как считает политолог, встраивание в один трансевразийский проект «Один пояс — один путь» «может способствовать улучшению отношений Прибалтики и России», так как прибалтам придётся согласовывать поставки китайских товаров через территорию нашей страны по её железнодорожным магистралям. Однако, с точки зрения Николая Межевича, геополитическая ориентация прибалтийских элит вряд ли изменится в обозримом будущем.

«Теоретически возможно всё, но говорить об улучшении российско-прибалтийских отношений в ближайшее время не приходится», — утверждает политолог.

Александр Бовдунов, RT