Глобальную экономику с начала 90-х в России воспринимали как зал ресторана, где «от нашего стола — вашему столу» и обратно передаются разные вкусные вещи разными пирующими компаниями. Главная задача понималась как возможность попасть в зал и занять столик по возможности недалеко от центра. Чтобы всех видеть и тебя все видели, и до каждого столика недалеко было. Такое понимание требовало пройти фейс-контроль на входе, а если надо, то и предъявить клубную карту. Зато если впустили — всё, обмен вкусняшками обеспечен. Следовательно, вся борьба проходила на входе, все силы уходили на покупку приличного костюма и налаживание связей с уже пирующими. Вот суть либеральной политики и либеральной экономики.

Время показало, что экономика — это не зал ресторана, а поле боя. Это война, а не пир. И на этой войне ресурсы войны имеют решающее значение для победы. Однако представьте себе, что вы ведёте войну, а ваши источники нефти находятся на территории противника. И он в состоянии не дать вам возможность добывать нефть и завозить её на свою территорию. Или ваши склады с боеприпасами расположены на территории врага. И он все поставки в состоянии перекрыть. Избежать войны вы можете только одним способом — сдаться и пойти в рабство. Участь раба — самая страшная из всех, хуже участи пленного. Пленного хотя бы убить могут в скором времени. а рабу и умереть быстро не дают. Он обречён на жизнь в крайних страданиях. Выхода нет — только воевать. Но нефть и боеприпасы — у врага. Что делать?

Казалось бы, выход один — переходить на свои источники снабжения и обеспечения. Но в Генеральном штабе у вас сидят генералы, которые всеми силами пытаются найти способы договориться с врагом, чтобы он пропускал к вам какие-то эшелоны с нефтью и какие-то автомобильные колонны с боеприпасами. Враг требует часть территории, отвода войск на нескольких участках линии фронта, прекращения разведки и пропаганды, пропуска своих наблюдателей, безопасности своих представителей. Идти на эти уступки значит проиграть войну и отдать свой народ в рабство. Не идти на них — значит, менять генералов и переходить на свои источники ресурсов войны.

Генералы либеральной экономики поставили Россию в зависимость от внешнего финансирования так же, как генералы Генштаба ставят страну в зависимость от источников ресурсов войны, расположенных на чужой территории. Невозможно вести экономическую войну, когда количество денег в экономике зависит от банков и правительств противника. Они перекрывают финансирование — и страна начинает дёргаться в судорогах финансового удушья. Долго пребывать в таком состоянии невозможно. Надо или искать выхода, или готовиться к гибели.

Суверенная эмиссия — лишь часть проблемы поиска военного ресурса, не контролируемого врагом. Суверенная эмиссия — это нахождение нефти и боеприпасов на своей территории. Но кроме этого нужно перестроить армию. Нужно создать такие формирования, которые эти ресурсы смогут распределить по войскам, доставить их туда и спланировать на этой основе свои наступательные операции. Нужно изменить структуру родов войск, убрать одни штабы и создать другие, нужно откуда-то найти замену нынешним экономическим генералам, эту смену нужно привести к должностям, дать возможность начать работать. Нужно подавить сопротивление уволенных. Отсечь их от поддержки штабов противника. Это огромный комплекс работ организационно-политического характера. Для этого нужен лидер, его воля и его организация. В одиночку лидер не справится, какой бы волей он ни обладал.

Глазьев, подняв тему суверенной эмиссии, был прав. С ним на эту тему никто и не спорит — кроме либералов, естественно, которые никогда с ним не согласятся по идейным причинам — они убеждены, что суверенная эмиссия в мире может производиться лишь в одном финансовом центре. Все прочие должны найти себе место в этой системе — смотри выше схему ресторана. В ресторане война ресурсов выступает только в виде метания котлет и бросания тортов в лицо. Поскольку такой расход продуктов понимается как абсурд, либералы банкет как войну не видят, а главной целью видят попадание на банкет хоть на краю стола. Хоть на кухне. Но с признанием права хозяина банкета самому поставлять на кухню продукты.

В программе Глазьева присутствует только экономический компонент и отсутствует политический. Там написано, откуда взять боеприпасы и куда наступать. Но Глазьев не учитывает, что нет войска. Его предстоит ещё собрать, обучить и вооружить своим оружием. Любой, кто начнёт такие приготовления, либеральными генералами будет изолирован и возможно уничтожен. Либералы хотят на банкет и очень не хотят в окопы. Самое опасное в том, что народ к окопам против либералов уже готов, и тот, кто вовремя это не поймёт и не использует, потеряет опору в народе. Если князь не созывает войско, когда враг у ворот города, а половина бояр открыто обсуждает передачу ключей врагу, то возникает Смута. И не факт, что в очередной Смуте родится очередной Минин с Пожарским, а на трон взойдёт очередной Романов. Всё может кончится и крахом княжества.

Мало найти решение, откуда в России взять деньги, независимые от доллара. Мало указать, на какие цели эти деньги направить и какие приказы для кого написать. Надо понять, откуда взять новую армию и новых генералов для составления новых приказов и осуществления новых намерений. Этих генералов надо искать среди имеющихся. Они там есть, не могут не быть. В октябре 17-го генералы поддержали большевиков потому, что либералы Временного правительства и эсеры полностью лежали под англичанами. Принять этого генералы не могли. Генералы не командуют армией капитуляции. Генералы командуют армией сопротивления. Они ищут тех, кто к сопротивлению готов и они ставят на таких готовых всё — помогают, воюют в их рядах, готовят для них кадры. И при этом понимают, что их место — временное. Они не претендуют на первые места. Они готовы отойти в сторону, когда победители научатся справляться без них. Но пока они нужны — они будут стоять там, где нужно, и стоять до последнего.

Судьба России сейчас в очередной раз зависит от таких генералов. И в силовых структурах, и в экономике, и в бизнесе — они есть. Их надо собрать — и под них соберётся армия. Та, которая сможет понимать экономику как войну, а не как банкет с обменом бутылками с шампанским между столами. А значит сможет в этой войне победить. Вчера было рано, завтра будет поздно. Промедление смерти подобно.

Александр Халдей, газета «Завтра»


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен