На все инициативы украинской власти по самоблокаде и закрытию какого-либо сообщения с нашей страной стоит реагировать со сдержанным сожалением, но с полным пониманием: нам это выгодно и даже нужно.

Шутливой традиции называть разнообразные управления и комитеты по делам молодежи «по борьбе с молодежью» не один десяток лет. В случае с Украиной словосочетание «по борьбе с» можно на полном серьезе добавлять практически к любому министерству и ведомству – ошибки не будет.

Взять министерство по борьбе с транспортом и инфраструктурой. Что оно делает? Правильно, разрушает созданную еще в советское время транспортную инфраструктуру Украины, не создавая вообще ничего нового. Запретили прямое авиасообщение с Россией, в результате чего значительно вырос транзитный пассажиропоток Минска и Риги.

Это, кстати, тоже одна из наиболее ярких примет украинских министерств «по борьбе с» – их решения приносят выгоду кому угодно, кроме Украины. Ну и Россия несет некоторые убытки, впрочем, несравнимые с украинскими.

Идея отменить прямое железнодорожное сообщение с Россией давно блуждает по украинским властным кабинетам, и, похоже, все идет к тому, что ближе к выборам это таки произойдет. Главный вопрос – касается ли самоблокада только пассажиров, или рельсы будут перекрыты полностью, и единственным пересекающим российско-украинскую границу (кроме ветра) останется пока что идущий в Европу по газопроводу «Дружба» газ.

Заявления украинского министра по борьбе с транспортом Владимира Омеляна настолько анекдотичны, что цитировать их как-то неловко. Что на исторические темы – про «400-летнюю оккупацию», что на экономические – «внутренние и западные рейсы окупят прекращение сообщения с Россией».

Хотя остальные украинские чиновники изрекают не менее абсурдные вещи. Взять, скажем, предложение вице-премьера, министра по борьбе с региональным развитием, строительством и жилищно-коммунальным хозяйством Геннадия Зубко о желаемом отказе от централизованного горячего водоснабжения.

Ссылается он, разумеется, на Европу. Вот только в Европе в большинстве стран климат гораздо мягче, и у большинства государств никогда не было ресурсов, как у СССР, чтобы организовать централизованное горячее водоснабжение и отопление (эти две коммунальные услуги обычно идут в комплекте).

Вообще приводить в качестве положительного примера Европу, где люди регулярно замерзают из-за отсутствия средств на отопление, можно только в расчете на каких-то абсолютно наивных людей. Наверное, на Украине такие по-прежнему есть, но их явно гораздо меньше, чем в 2014 году.

Про очередной подвиг украинского министерства по борьбе с обороной тоже написано достаточно – умудриться муляжом ракеты «Бук» разворотить бизнес-центр – это надо постараться. Хорошо, что муляж, была бы боевая – стало бы в Киеве на один бизнес-центр меньше.

Подобные примеры можно приводить десятками, но в целом украинское чиновничество достаточно полно охарактеризовали Иван Андреевич Крылов («А вы, друзья, как ни садитесь, все в музыканты не годитесь») и Самуил Яковлевич Маршак («Что ни делает дурак, все он делает не так»).

Но поэты не дали ответа на два самых главных вопроса. Как стала в принципе возможна ситуация, когда в худо-бедно просуществовавшей четверть века стране на руководящих должностях оказались люди, которые при всех своих высших образованиях производят впечатление клинических идиотов? И почему все украинские ведомства занимаются не созиданием, а разрушением в тех сферах, за которые они отвечают?

Хочется огорчить тех украинцев, которые считают себя первыми и единственными в мире – такое уже бывало во многих странах, причем в некоторых – неоднократно. К власти тем или иным путем приходили люди, не просто не подходящие для государственного строительства, а умеющие только одно – разрушать созданное раньше. Такое было и до революций, и после них. Кому-то даже удавалось обходиться без формальных революций – просто государственная машина тихо разваливалась на ходу.

Это было в предреволюционной и послереволюционной Франции, да и триумфальное правление Наполеона первых лет завершилось оккупацией и исключением Франции из числа европейских стран, влияющих на мировую политику. Такое было в маоистском Китае, который деградировал вплоть до начала реформ Дэн Сяо Пина. Про СССР 80-х и Россию 90-х тоже все понятно.

Поэтому ничего уникального в нынешней украинской ситуации нет. И, как свидетельствует исторический опыт, ничем хорошим она при нынешней власти кончиться не может. При этом условная замена «Пети на Юлю» не поможет. Должна измениться вся государственная идеология, сами принципы, на которых существует государство. Альтернатива – развал, и, учитывая историю соседней Польши, Украина вполне может потерять подаренную ей в 1991 году Россией, а точнее, лично Борисом Николаевичем Ельциным государственность.

России в данной ситуации нужно очень ясно понимать: вектор сменился. Если во второй половине прошлого века «железный занавес» строился с востока, то теперь – с запада. Если, условно говоря, разделить Киев на западную и восточную часть, то бежать будут с запада на восток, а не наоборот.

Поэтому на все инициативы украинской власти по самоблокаде и закрытию какого-либо сообщения с нашей страной стоит реагировать со сдержанным сожалением, но с полным пониманием: нам это выгодно и даже нужно.

На Украине уже растет поколение, для которого все русское – это запретный плод. Про отношение людей к запретному плоду все хорошо известно со времен Адама и Евы, вот только чиновники продолжают и продолжают придумывать бессмысленные запреты (не только на Украине, увы).

И подобно тому, как средний советский подросток из обеспеченной семьи был готов отдать душу за западную музыку, джинсы и литературу, очень скоро на Украине будет такое же отношение к соцсети «ВКонтакте», футболке с надписью «Россия» и книжкам Захара Прилепина.

Управление по борьбе с Украиной в лице правительства этой страны последовательно разрушает все созданное при СССР. Но запас прочности советской инфраструктуры очень велик: по всей Украине продолжают стоять построенные в 60-е годы прошлого века на 25 лет хрущевки, худо-бедно работает централизованное водоснабжение и даже ездят лифты, предельный срок службы которых вышел 30 лет назад.

Поэтому спешить не стоит. Конструкт «независимая Украина» еще какое-то время просуществует. И, как рухнули или изменились до неузнаваемости все государства, чьи органы власти перерождались в органы саморазрушения, то же самое произойдет и с Украиной.

Да, людей жалко. Нет, иначе нельзя.

Антон Крылов, ВЗГЛЯД