8 августа представитель Госдепа Хизер Науэрт анонсировала новые санкции против России. США обвинили Москву в использовании биологического или химического оружия в нарушение международного права против собственных граждан. С 22 августа предполагается введение запрета на экспорт электронных устройств и комплектующих двойного назначения. Второй блок, если потребуется, будет введен через три месяца. Кроме того, есть отдельные предложения по санкциям от сенаторов. Одно из них опубликовано на сайте Конгресса США под названием «Об усилении НАТО, борьбе с международной киберпреступностью и наложении дополнительных санкций на Российскую Федерацию». Малек Дудаков рассказывает о вариантах возможных ограничений со стороны США и объясняет, почему самый жесткий из них наиболее выгоден Белому дому.

Санкции остаются одним из самых любимых способов ведения дипломатии у Госдепартамента. И если нынешняя американская президентская администрация и привнесла какие-то изменения в правила ведения внешней политики, то они заключаются в том, что санкции теперь принимаются постоянно. Они превращаются в самоцель ведения этой самой внешней политики.

Охлаждение после саммита

Госдепартамент США потратил около полугода на внутреннее расследование произошедшего в английском городе Солсбери. Вполне возможно, что он был готов и раньше объявить о новых санкционных мерах против России, не дожидаясь его окончания. Однако помешала международная конъюнктура. Весной шли оживленные переговоры между Россией и США о будущем Сирии – что произойдет после окончания гражданской войны, останется ли Башар Асад у власти. В июле состоялся нашумевший саммит президентов двух стран в Хельсинки. Этот саммит называли историческим – как способ впервые за долгое время начать открытый диалог о всех проблемах России и США. Однако сейчас кажется, что с того момента прошла целая политическая эпоха. Исторический саммит был исторически забыт или как минимум вычеркнут из кратковременной памяти администрации Трампа.

Серия предпосылок к потеплению (договоренности по Сирии, хельсинская встреча, приезд шестерых сенаторов от Республиканской партии в Россию) была прервана угрозой введения самых жестких санкций за все время. Представители Госдепартамента пообещали уже 22 августа ограничить импорт в Россию технологического оборудования, которое классифицируется как «чувствительное с точки зрения национальных интересов США». Общий список пока неизвестен. Можно предположить, что в нем будут находиться в первую очередь комплектующие, используемые в нефтегазовой сфере. Найти товары-субституты из Европы и Китая для российских нефтяных компаний может оказаться делом нелегким, поэтому стоить ожидать роста издержек и еще одного возможного подъема цен на бензин на внутреннем рынке России.

Стоп торговле и полетам

Однако американское правительство заявило и о том, что в течение трех месяцев после первого раунда санкций может быть принят и второй, гораздо более жесткий. Он подразумевает дальнейшее сокращение дипломатических связей двух стран (вероятно, будет высылка еще некоторых российских атташе из США) и меры, направленные конкретно против всей торговли между двумя странами. Фактически указ Госдепартамента полностью приостановит любую торговлю России и США – за отдельными исключениями, которые могут быть упомянуты в тексте закона или добавлены в него позже. По сути эта мера будет напоминать те драконовские нормы, которые уже долго применяются в отношении Ирана. Как известно, в 2003 г. администрация Джорджа Буша-младшего схожим образом запретила любую торговлю между компаниями Америки и их партнерами на территории Ирана.

Кроме того, правительство США предлагает запретить российскому «Аэрофлоту» совершать полеты в аэропорты на территории Америки. Возможность введения санкций против компании обсуждалась с апреля, но сейчас о ней впервые рассказали официально. Такая мера станет беспрецедентной за период существования авиасообщения между Россией и США (с 1968 г.). «Аэрофлот» лишь однажды был вынужден приостановить полеты в Америку — после крушения корейского боинга в 1983 г. Рональд Рейган подписал президентский указ об ограничении деятельности «Аэрофлота» на территории США. Этот запрет действовал ровно три года — уже в 1986 г., с началом новой разрядки в отношениях США и СССР, он был снят.

Сам Госдепартамент заявляет о том, что второй раунд санкций будет введен только в том случае, если по итогам первого раунда не будет сделано никаких подвижек в разъяснении истории с Солсбери. Правительство США требует от России предоставить доступ для международных экспертов к своим объектам, где хранится химическое оружие. Кроме того, Белый дом хочет запросить у российской стороны информацию о разработке и хранении химического средства «новичок» в последние годы. Второй раунд санкций может быть введен, если американское правительство будет неудовлетворено реакцией России. Однако даже в этом случае не стоит ждать, что все инициативы Госдепартамента будут реализованы. Президент США Дональд Трамп имеет право выбрать, скажем, только несколько из них и объявить об их вступлении в силу в любом порядке и в любое время.

Больше санкций от сенаторов

Кроме официальных заявлений Госдепартамента надо учитывать и активность на Капитолийском холме. Еще до объявления новых санкций шестерка американских сенаторов, хорошо известных своими «ястребиными» взглядами, представила свой план «противостояния действиям России». Они приурочили его к наступающим промежуточным выборам в США, которые станут главным политическим событием этого года в Америке. Эти выборы определят, какая партия в течение следующих двух лет будет контролировать Сенат и Палату представителей. Американские разведслужбы уже больше года подозревают, что Россия будет пытаться «вмешаться» в эти выборы. Мол, «русские хакеры» попробуют взломать сервера электоральных комиссий штатов и изменить данные о голосовании. А вездесущие «русские боты» будут всячески навязывать свои взгляды ни о чем не подозревающим американским гражданам в соцсетях.

Сенаторы Линдси Грэм, Бен Кардин, Кори Гарднер и Боб Менендез предлагают ограничить покупку гособлигаций Минфина РФ и акций ключевых российских компаний, создать отдельный правительственный орган по борьбе с российской угрозой и по координации ввода новых санкций, заблокировать долларовые расчеты российских банков.

В нынешнем виде законопроект видится крайне жестким, однако в любом случае он будет изменен и облегчен после обсуждения в международном и юридическом комитете Сената. Стоит иметь в виду, что этот билль быстро приниматься не будет. Учитывая очень плотный график работы Конгресса в ближайшие месяцы, сомнительно, что в Сенате пройдет больше одного-двух слушаний по этому поводу до ноябрьских выборов. Собственно, к такому исходу событий и стремятся республиканцы, двое из которых являются авторами билля. Сенаторы от «партии слонов» постараются показать в преддверии промежуточных выборов, что они обсуждают принятие очень строгих мер против РФ, и хотя бы несколько снизить градус обвинений в свой адрес в потакании ее интересам. Так что принятие законопроекта вряд ли произойдет до ноября. А что будет дальше, во многом уже будет зависеть от исхода предстоящих выборов.

Спецкомиссия точечных ударов

В свою очередь альтернативу такому законопроекту предложили сенаторы Марко Рубио и Крис Ван Холлер. По их мнению, не стоит радикально запрещать всем американским компаниям вести финансовые дела с их российскими партнерами. Они предлагают несколько иной стиль работы. Двое сенаторов тоже предусматривают создание единого органа (возможно, подкомитета Сената), который будет ответственен за установление новых санкций против России. Однако он будет действовать строго по ситуации. Например, если ему покажется, что появился повод ввести новые санкции, то этот комитет объявит о запрете на сотрудничество с какими-то конкретными российскими госкомпаниями или банками. Таким образом, он будет наносить не полномасштабные удары по российской экономики, а лишь точечные – по отдельным крупным компаниями и финансовым учреждениям.

Однако так или иначе любые подобные меры фактически означают объявление своеобразной экономической войны России. Похожую экономическую войну США уже многие десятилетия ведут против Ирана и Северной Кореи. Но и такой опыт становится уже не самым релевантным. Ведь никто в Конгрессе не пытается создать специальных комиссий, целью которых должна служить разработка все новых и новых санкций против Ирана и КНДР. В этом аспекте ситуация с Россией носит абсолютно беспрецедентный характер. Даже если план по созданию такой комиссии так и не будет претворен в жизнь, одно лишь обсуждение такой затеи уже говорит об одном: для Госдепартамента санкции давно превратились из инструмента дипломатии в одну из полноценных целей политики в отношении России. Очевидно, что любые международные конфликты между США и Россией теперь решаются одинаковым методом: против Москвы вводятся новые санкции в ожидании того, что она отступит от своих позиций. В целом же санкционная политика становится той «мягкой дубинкой», которая пришла на смену методов традиционной дипломатии.

Связной Пол

При этом администрация Трампа не закрывает полностью окно возможностей для некоторого восстановления отношений. Буквально за сутки до объявления новых санкций Москву со спешным визитом посетил сенатор Рэнд Пол, один из самых близких сторонников Дональда Трампа в Конгрессе. Он передал письмо от Трампа в Кремль, в котором, если верить официальным источникам, говорится о важности продолжения взаимодействия России и США в различных сферах — от противостояния терроризму до развития культурных связей.

Пол — давний критик интервенционистской политики США и близкий к либертарианцам по взглядам политик. Он один из немногих сенаторов, кто открыто ставит под сомнение вмешательство России в президентские выборы в США. За это Пол неоднократно подвергался нападкам со стороны либеральных медиа, которые обвиняли его в «потворствовании Кремлю» и «работе в интересах российской власти». Так что вполне логично для Трампа было попросить именно его доставить письмо в Кремль, что бы в нем не было сказано.

Белый за жесткие

Вряд ли администрация Трампа всерьез надеется на то, что российское руководство согласиться пойти на их предложения. Однако они все же считают нужным показать, что предлагают не только лишь путь конфронтации. Хотя очевидно, что именно ввод наиболее жестких санкций на данный момент — самый желательный исход для Белого дома. В самый горячий период перед промежуточными выборами команде Трампа, конечно, хочется показать, что они готовы идти на любые меры ради защиты национальных интересов. Особенно в условиях, когда на них постоянно сыплются обвинения в «сговоре с Россией и Кремлем». Кроме того, как раз именно сейчас ожидается завершение шумного и скандального расследования Роберта Мюллера о вмешательстве России в предыдущие выборы в 2016 г. Ожидается, что финальный вердикт он объявит в течение сентября или первой половины октября. Если он окажется плачевным для Белого дома (скажем, штаб Трампа все-таки обвинят в пресловутом «сговоре с Россией»), то президентская администрация всегда сможет указать на недавно принятые санкции как пример того, что никакого сговора не существовало. «О каком сговоре может идти речь, если мы продолжаем вводить самые жесткие антироссийские санкции за всю истории?» — зададутся риторическим вопросом представители Белого дома.

Малек Дудаков, RUPOSTERS