Украинская раскольническая церковь Киевского патриархата могла рухнуть на фоне внутренних конфликтов и постоянной нехватки ресурсов, избавив страну от громкого скандала с автокефалией.

Порой Служба безопасности Украины, пренебрегая непосредственными задачами ведомства, начинает играть в «частного сыщика» в угоду определенным личностям. Как еще объяснить то, что спецслужбы долгие годы наблюдали за деятельностью Украинской православной церкви Киевского патриархата под руководством раскольника Филарета. Однако стоит отметить, что именно благодаря действиям СБУ и были преданы огласке не самые лучшие страницы истории УПЦ КП, о которых, тем не менее, должен знать народ.

Сотрудничество с националистическими организациями и оппозиционными политиками, проукраинская пропаганда и козни против каноничной церкви в стране, — все это было частью масштабного плана самопровозглашенного патриарха Филарета лишь для того, чтобы в конечном итоге продаться тем, кто заплатит дороже. Обо всем этом говорилось в предыдущем материале, посвященном темному прошлому Киевского патриархата.

Однако пока Филарет в роли «злого гения» выстраивал свои стратегии, организация трещала по швам, о чем свидетельствует все тот же архивный документ сотрудников СБУ, посвященный деятельности ячейки УПЦ КП на территории Донецкой области. Как уже сообщалось ранее, датируется он 2010 годом и обнародован сотрудниками Министерства государственной безопасности ДНР.

Так, в Донецкой епархии на тот момент вся система могла в одночасье рухнуть. Причем, судя по всему, такая ситуация наблюдалась и в других ячейках т.н. Киевского патриархата. Связано это было с двумя факторами. Во-первых, епархии откровенно не хватало финансов несмотря на нескромные пожертвования, о которых мы расскажем позже. Во-вторых, в организации попросту отсутствовали даже намеки на иерархию.

По данным СБУ, архиепископ Сергий, хоть и был руководителем Донецкой епархии, должность эту занимал лишь условно. При этом большую часть времени он предпочитал проводить в Тельмановском районе, что на окраине области. В то же время епископ Всеволод предпочитал оставаться в Донецке, не считая должным подчинение непосредственному начальству. Другой религиозный деятель — игумен Игнатий – вообще предпочитал говорить всем, что подчиняется напрямую Филарету и регулярно докладывал тому об ошибках местных священников и их тайных делах, надеясь на то, что сможет возглавить епархию после снятия Сергия.

Что же до пожертвований, их, по информации спецслужб, регулярно производили «коммерческие структуры, приближенные к Индустриальному Союзу Донбасса» — известной металлургической промышленной компании, которая, однако, прекратила поддержку УПЦ КП после смены руководства. Тем не менее, член совета директоров ИСД Сергей Тарута продолжил свою благотворительную деятельность, ежегодно выделяя на нужды организации 500-700 тысяч гривен. Кроме того, именно он приобрел для Донецкой епархии внедорожники Mitsubishi Outlander и Jeep Cherokee. Но, все же, его денег вряд ли могло хватить организации для расширения, а среди населения, которое могло бы спонсировать церковь, УПЦ КП популярностью не пользовалась, что было связанно с чрезмерной политизированностью. «Кроме того, — говорится в докладе, — среди православных и других христианских церквей УПЦ КП считается раскольнической структурой».

Те же ресурсы, которые епархия все же получала, из-за отсутствия вертикали власти, оседали в карманах сомнительных «священнослужителей», а остатков не хватало даже на выстраивание достойной информационной сети. Как оказалось, УПЦ КП просто не могла себе позволить развиваться в этом направлении. Таким образом, у Донецкой епархии в пользовании был лишь скромный интернет сайт, который посещало не более сорока человек в неделю. Другой интернет-ресурс был немного популярнее. Его посещаемость была больше и составляла примерно 3 – 5 тысяч человек еженедельно. Причем посещали его в основном представители националистических структур, сообщают в СБУ. Данным сайтом регулярно пользовался игумен Игнатий, размещая здесь свои статьи. На этом информационный ресурс епархии иссякал.

Отдельным пунктом, как ни странно, в документе стоит взаимодействие с криминальными структурами, однако здесь спецслужбы ничего найти не смогли. Связано это было с тем, что авторитет у УПЦ КП оказался не слишком большим, чтобы обратить на себя внимание со стороны криминальных элементов.

На фоне всего вышеперечисленного Киевский патриархат мог даже не дожить до наших дней. Против завышенных амбиций Филарета стояли реальные проблемы отсутствия действующей иерархии, непризнания не только среди каноничных церквей, но и среди населения. Но главной проблемой оставалось стабильное финансирование, которого у организации попросту не было. По этой причине УПЦ КП не могла расширить свое влияние и создать серьезную пропагандистскую сеть. Поэтому рушилась и вся выстроенная система, даже не смотря на поддержку радикальных структур, таких как Конгресс украинских националистов, УНА-УНСО, партия «Свобода» Олега Тягнибока и ряда других, объединившихся позже в «Правый сектор».*

Если бы Филарет потерял свою организацию, он бы остался ни с чем. Для всего остального Христианства он уже тогда прослыл раскольником, и участь его была предрешена. Филарет это понимал, как и понимал, что без надлежащего спонсорства Киевский патриархат просуществует недолго. Еще в 2010 году он прощупывал почву на политическом поприще, когда сотрудничал с партиями Юлии Тимошенко и Виктора Ющенко. Стоит отметить, что весьма успешно, ведь тогда было принято решение об участии в выборах в качестве кандидата в депутаты Мариупольского горсовета по спискам «Батькивщины» протоиерея УПЦ Киевского патриархата Любомира Владимировича Кащея, призывавшего активизировать использование прихожан религиозной организации в агитации в поддержку Тимошенко и других оппозиционных партий против «Партии регионов». Но больше всего раскольническая церковь оказалась полезна режиму Порошенко, который пришел в 2014 году. Об этом свидетельствует и тот факт, что отчеты Службы безопасности активно «поднимались» сотрудниками в 2013, когда Украину стали сотрясать скачущие на Майдане «свидомые».