«Юстас, ты – дурак. Алекс». Над этой перехваченной шифровкой третий день смеялось всё гестапо. Один лишь Штирлиц понял, что ему присвоили звание Героя Советского Союза.

Трамп поднимался по лестнице, засунув руки в карманы. Его каменное, чуть покрасневшее лицо напоминало то ли непроницаемую физию вождя племени апачей, то ли светлый лик одесского биндюжника, который умудрился не выпить перед утренней работой. За Трампом не слишком уверенной походкой семенил переводчик.

У четвертой двери по левой стороне широкого коридора стоял высокий мужчина в черном костюме, с наушником. Под пиджаком у этого привратника с левой стороны явно читалось наличие оружия. «Стечкин», — привычно определил президент. «Наушник» распахнул перед ним дверь. В просторном помещении, на кресле красного дерева восседал Путин. Дональд в очередной раз подумал, что именно так и должен выглядеть настоящий император. Владимир Владимирович взглядом показал на соседнее кресло. Трамп уселся и втыкнул на рисунок ковра. Переводчик сел рядом. Так прошло около двух минут. На третьей минуте тишина стала гнетущей, а Трамп все втыкал в ковер. Переводчик – крепкий мужчина в синем костюме – чувствовал себя очень неловко.

Путин, в принципе, уже понял, в чем дело.

— Тра-а-а-мп….. До-о-нни…. Ты как в целом?

Донни молчал. Ему было муторно. Он понимал, что не должен был просить этой встречи. Он понимал, что, как никогда, близок к полному провалу. Лишь это заставило его пойти на экстренные меры. Ведь личная встреча его и Путина – это фактически канал экстренной связи, на случай непредвиденных обстоятельств. И такое обстоятельство было. И именно сегодня он должен был во всем признаться шефу.

Путин сделал щелчок пальцами. Штора у окна слегка качнулась, и в шею переводчику вонзилась тонкая иголка, смазанная спецвеществом. Американец удивленно вздохнул, и упал бы, если бы его не подхватили заботливые руки бесшумно возникшего за его спиной Шойгу. Тот аккуратно отнес его на диван и напялил ему на голову специальные наушники. Теперь он будет все время встречи слышать специально подготовленную для этого дела фонетическую обработку дискуссии, которую вели на Лубянке два опера-стажера, голосами президентов.

Путин недовольно прищурился:

— Во-первых, Сергей Кужугетович, вы не запомнили главного: один щелчок – это выпить и закусить. Два щелчка – это греть сауну. Три — …. Ну вы помните. Хотя Донни женат… Во-вторых, я и сам его мог. Ну да ладно.

— Виноват, Владимир Владимирович. – Шойгу почесал затылок, — не люблю этих подсадных просто, сил нет.

Тут же на столе возник графин с водкой, форшмак и соленые огурцы. Блюдо с фаршированной рыбой немедленно принес, словно из-неоткуда возникший официант.

Путин повернулся к Трампу:

— Давид Иосифович! Товарищ Трампинсон! Так и будем в ковер втыкать? Или в молчанку играть будем?

Трамп впервые за все это время поднял глаза на Путина.

— Нет, я таки понимаю, что я накосячил! Но я имею спросить: вы мине обещали бички!

— Давид Иосифович! Как вы себе представляете, из вашей Одессы привезти черноморских бычков, и еще так, чтобы они не умерли в дороге и не завоняли борт номер один!?

— Ну ви еще скажите, что Трампинсон виноват, что Одесса еще не ваша?! Я таки дико извиняюсь, но мине уже это все надоело! Я уже хочу нормально мочить ноги на Ланжероне и постепенно гулять по Деребасовской! Короче, хочу в отпуск! Сил нет моих больше!

Путин невозмутимо разлил по рюмкам водку, намазал на хлеб форшмак и протянул Давиду. Тот выпил и потянулся за огурцом. Трампинсон не пил водки уже несколько лет. Было вкусно. Форшмак был отменный. Рыба-фиш таяла во рту, спиртное приятно согревало. Давид Иосифович знал, что огурцы солил лично Лавров. А такую водку пьют только избранные.

Путин подождал, пока его собеседник вспомнит родину, и, когда тот дошел до третьей рюмки, сказал:

— Если вы хотите мочить ноги, тогда вам нужно было на выборах голосовать за Жириновского. Мочили бы в Индийском океане. А в отпуск еще рано. Много работы.

— Ну конечно! В индийском океане! То он говорил за русского солдата! А я обычный одесский ювелир, который имеет несчастье быть похожим на пиндосовского бизнесмена! И я имею очень большое желание вам напомнить, что….

Но Владимир Владимирович не дал договорить. Откинувшись в кресле, он резко спросил:

— Короче, почему использовали экстренный канал связи? Что хотели то?

Рыжий хохолок на голове агента поднялся и опустился. Трамп вздохнул.

— Мелания….

— Что Мелания?

— Мне кажется, что она таки уже все знает. Она знает, что я – это не он.

— Это еще почему вдруг?

— После последнего посещения конгресса, я пришел на эту бандитскую хазу, где вынужден жить с этой стерлядью, и выпил. Немного, но мне хватило! И заставил выпить ее! И эта селедка таки выпила! И еще захотела любви! И знаете, что она мене сказала?! Она мне сказала: Дава, так ты таки обрезаный! И сказала на русском! Я думаю, она меня проверяла!

— Спокойно, Давид Иосифович! Мелания наш агент. Мы провели операцию с заменой месяц назад. Вы можете с ней совершенно спокойно заниматься любой … кхм… разведывательной деятельностью, как внешней, так и внутренней.

Трампинсон просветлел.

— А.. вот оно что! А я-то думаю, что мене так перестало быть стыдно ходить с ней по одному Вашингтону!

— А то! Могем! – весело подмигнул Владимир Владимирович. – Теперь на счет отпуска. Есть для вас задание, дорогой товарищ Трампинсон. Выполните его – так и быть, на второй срок я вас там не оставлю. Вмешаюсь таки в выборы. А то так противно, все обвиняют Россию во вмешательстве в выборы в США, а на самом деле, их выиграл заурядный одесский ювелир с молдаванки Дава Трампинсон!

— Ой, ну вот только не надо, товарищ Путин! Не надо, не говорите, чего не знаете! Я вам не скажу за всю Одессу, но на молдаванке каждый знает, что Трампинсон никогда не делал плохо, разве что своему здоровью! И если бы я был заурядным, то как бы я скопировал колье Софочки Келлер, да так, что ее Марик не заметил подделки! Иначе той пришлось бы искать Дартаньяна, чтобы ехать к Эмику в Кишинев! А как найти Дартаньяна в Одессе, это ви меня извините….

— Да, согласен. Не заурядный. До сих пор ржу, не могу понять, как один одесский еврей выиграл выборы в пиндосии…. Пусть даже и прошел разведшколу. Итак, Давид Иосифович! Слушайте внимательно…

Путин говорил минут пять, не прерываясь. Трампинсон молча внимал, изредка кивая приклеенной рыжей шевелюрой. Задание виделось сложным, но интересным. Речь шла о том, что отныне президент США должен был формировать общественное мнение таким образом, чтобы жители пиндосии уверовали в новые геополитические цели Соединенных Штатов. А цели эти выглядели примерно так: с Россией нужно дружить, так как основную опасность для США представляет Европа. США всегда хорошо жили, когда Европа воевала внутри себя, слабела. Штатам отныне был нужен слабый Евросоюз, обвалившийся евро, и полная гегемония на европейский просторах. Россия объявлялась другом. При чем, дружить предстояло против Китая, который враг номер два, после Европы.

Путин продолжал, водя руками по карте мира:

— Смотрите, вот это все – пиндосская сфера влияния. Все эти Германии, Англии и т.д. Вот это – наша. Мы сейчас фигачим очередной миграционный кризис, мигранты поднимают восстания, строят халифат. Страны теряют свою государственность, суверенитет. Потом вы объявляете халифат террористами и давите «абрамсами». Европа лежит у ног Трампа, просит помощи, еды, воды, защиты. Остаются в мире три сверхдержавы. Россия, США, Китай… Потом мы проводим Русскую весну в США. В каждом штате организовать производство георгиевский ленточек, российских флагов. Пусть со своими флагами выступят монархисты. Первой восстанет Аляска. А затем, все пойдет по цепочке.

— Это все конечно картина маслом! А что ви мене скажите за русофобов в виде дерьмократов, которые спят и видят, что Путин и Россия – это самая большая угроза?! Я давно предлагал пересажать их всех поодиночке.

— Сделайте проще, Дава! Пусть каждый из них находит каждое утро на пороге своего дома пакет с гречкой и какую-нибудь ампулу с бесцветной жидкостью. Они не выдержат чисто психологически. И уволишь нафиг из-за профнепригодности. Можешь еще им «Катюшу» ставить.

— Обратно согласен! Но как мне доказать американцам, что теперь их враг не Россия, а Европа и Китай?

— Очень просто. Пару восстаний в чайна-тауне. Чтобы мигранты из Китая стали нежелательными. Плюс к этому, аресты главарей итальянской мафии, компромат на чиновников Евросоюза…. Вот тут в папке – все, что будет нужно.

Владимир Владимирович положил перед разведчиком пухлую папку коричневой кожи. Давид понял, что ребята из особого отдела поработали отлично. Папка отдавала скандалами и разоблачениями.

— Теперь идем дальше, — сказал Путин. – что Порошенко хотел?

— Ой! Этот поц вчера подходит ко мне и опять просит в долг! При чем не стране, а лично ему! Говорит, мол, господин Трамп, я потерял кошелёк и мне не за что добраться до дома! Нет ви видели этого поца?

— Я имел в виду, что он просил передать мне?

— Вам? Вот… — Трампинсон передал записку Путину. Тот скривился.

— Вы, Давид Иосифович, будете его когда лицезреть, скажите, пусть сам лично приезжает, и в глаза мне смотрит. Не буду от него писулек читать. То я агрессор, то среди ночи пьяный позвонит: Володя, прости…. Вот что, Давид Иосифович! Этого … гетмана недостреленного, гнать в шею. На выборах опозорить по полной, военное положение вводить не давать, денег не одалживать. Все бабки от джавелинов – в фонд восстановления Донбасса. Нацикам хвост прикрутить. И вообще по Донбассу…. Слух пустить про референдум. О том какой, в каком виде, целиком – не целиком – это все потом. Главное – отвести глаза от основной цели. По этому вопросу отдельно доложите. Еще рюмашку?

Трампинсон не возражал. Принесли горячее. Все было просто, шашлык и овощи гриль.

Перекусив, президенты направились к выходу.

— Так, сейчас работаем в расширенном составе, как раньше договаривались. Переводчика будить не нужно. У меня двойник уже есть. Идемте!

— Э-э-э… Владимир Владимирович! Я имею спросить….

— Что еще? – уже открывая дверь, сказал Путин

— Та, первая Мелания…. С ней что?

— А что это вы, Давид Иосифович, за эту, как вы изволили выразиться, стерлядь беспокойтесь?

— Так она у меня штуку баксов взяла месяц назад! И что теперь, с кого спрашивать???

Путин чуть приподнял бровь.

— Ох, уж эти мне ювелиры…. Идемте, идемте. Я вам зарплату повышу. И за Одессу тоже подумаю. Нас ждут великие дела!

Сергей Александров, специально для News Front