Докладная записка агента Нэша по поводу критической ситуации, сложившейся вокруг украинской группы российских агентов «Заснулый».

Прошу немедленной эвакуации или деактивации агентов Бабченко, Муждабаева и Тверского. Кажется, украинцы начинают что-то подозревать. Бабченко уже двадцать дней находится в подвалах СБУ, не имея возможности даже прогуляться на гей-параде в Киеве. Муждабаев под полным контролем, к нему приставлен сотрудник украинских спецслужб, а мы прекрасно знаем, что это значит. Вороненкова они тоже охраняли. И где тот Вороненков? «Очень жаль, что не уберегли, будем расследовать».

Коротко о проделанной работе.

Диверсионная группа «Заснулый» успешно вбила клин между Украиной и российскими либералами, склонными к рефлексии и сочувствию «молодому пассионарному режиму». Модное в либеральной среде украинофильство еще год назад вызывало обеспокоенность, теперь у целевой аудитории выработана стойкая аллергия на «революцию гидности» и прочие беды братского народа.

Первым российских либералов начал укатывать Муждабаев. Скажет кто-то с «Эха Москвы», как он сочувствует украинцам, Айдер им в ответ – «дерьмо», «доносчики», с вами «по одному тротуару стремно ходить». Так и повелось. Из года в год российский пугливый либерал, стоило ему вспомнить об Украине, получал муждабаевскую прививку.

В итоге битая российская оппозиция начала морщиться при упоминании Украины и лишний раз старалась не касаться ее малых народов. Рефлекс собаки Павлова, как он есть – не трогай свидомых, чище будешь.

Но российский либерал – человек упорный. Запугать его не сложно, но вдруг где-нибудь в печенке у него еще тлеет очажок украинофильства?

Товарищ полковник, без лишней лести должен сказать, что операция с недоубитым Бабченко войдет в историю мировой политической провокации. Я горд, что стал прототипом воскресшего героя. Все по жанру – в первый раз история свершилась как трагедия, ну а во второй – как фарс.

Все латентные украинофилы были выявлены и учтены. И Аркадий своим воскрешением хладнокровно затушил сердца большей части рефлексирующей интеллигенции.

Мы отсекли от Киева российских либералов, оппозиционных журналистов и даже мировую общественность. Станислав Белковский, Сергей Пархоменко, Александр Минкин, Ксения Собчак, Божена Рынска, Александр Мальгин, Рустем Адагамов, Альфред Кох и многие другие одной лужей кетчупа оказались излечены от сочувствия к Бабченко и той Украине, которую он олицетворяет.

Это большой акт самоотречения – положить всех друзей на алтарь насмешек над Киевом. Не каждый из нас так сможет. Аркадий смог.

Мы уже праздновали победу, как наш отдел мониторинга вновь зафиксировал едва заметные, пугливые, извиняющиеся порывы украинофильства у либералов. Неужели мы никогда это не вытравим, неужели Киев пророс в оппозицию, затронув жизненно важные органы?

К счастью, нам на помощь пришел Саша Тверской. И вся тройка «заснулых» кинулась в бой – чемпионат мира по футболу.

Наши молодцы приходили в комментарии к каждому либералу, кто радовался футболу, иностранным болельщикам и победе российской сборной над Саудовской Аравией. Матом и баном «заснулые» объясняли либералам (Илья Азар, Олег Кашин, Илья Яшин, Митя Алешковский и прочие), что радоваться в то время, когда на Украине идет война, – преступно, аморально и безответственно.

Следом шла пехота полусумасшедших комментаторов, которые «именем Украины» добивали жертву. Хочу особо отметить: все эти сотни полезных безумцев не стоят нам ни гривны – они работают на собственной психической энергии, умело разогретой Муждабаевым, Бабченко и Тверским.

Но что-то пошло не так. Атмосфера вокруг проекта «Заснулый» накалилась. Я подозреваю, что всех сдал Шендерович.

Он один из либеральной тусовки не купился на хейтерство «заснулых». Бабченко пишет ему – вся страна должна быть уничтожена, вместе с жителями, до последней бабушки и работяги. Все живущие в России виновны перед Украиной и Бабченко лично. А если ты настоящая оппозиция, если нет на тебе вины перед Бабченко, ты должен уехать из страны. Не уехал – умирай вместе с «ватой», не жалко, «и я буду прикладывать все усилия для ускорения этого процесса». Ну ведь прелесть же что такое, а не текст.

И что Шендерович?

Возмутился, оскорбился – мол, не хочу я, чтобы меня убивали? Нет! Пишет: «Вообще нет спора у нас с вами, Аркадий. Как минимум, ни по одному пункту этого текста». То есть стреляй меня, Аркаша, дави гусеницами «Абрамса», я весь твой.

Уже друзья Шендеровича – поэт Игорь Иртеньев и его супруга Алла Боссард подключились, вступились за журналиста. Иртеньев предложил Бабченко убиться об стенку, в комментарии набежала бесплатная паства наших ребят, обвинили поэта в работе на Кремль – ну все по методичке.

А что Шендерович?

Пишет, что хочет быть с Бабченко друзьями. Я уверен, это провокация, Шендерович что-то заподозрил. Наши агенты в опасности.

Прошу немедленной эвакуации.

Предлагаю следующие пути отхода.

Аркадия на пару месяцев отправим «на реабилитацию в ПНД». Потом подрихтуем внешность, штатные пластики поправят нос, вылепят мужественные скулы, волосы, опять же, нарастим (он давно просил). И на повторное использование. Залегендируем, что боец ДНР раскаялся в оголтелом сепаратизме и готов стать неполживым журналистом. Подкинем в «Новую газету» или на «Дождь» – с руками оторвут, нимб вокруг наращенных кудрей налепят и на первую полосу поставят.

С Муждабаевым еще проще. Обратно в «Московский комсомолец» устроим. Айдеру легенда не нужна – сделаем вид, что так и надо было. А кто рот откроет, мол, русофоб и приспешник – мы тому обвинение в национализме выкатим. Айдер-то теперь крымский татарин, его дискриминировать нельзя. И критиковать. И увольнять.

Говорил я вам: толерантность – великое благо, когда лень придумывать отмазки.

Тверского предлагаю не эвакуировать. Законсервируем лет на десять. Пристроим к доброй украинской разведенке с благоустроенной квартирой. Уже, кстати, есть желающие – две многодетные матери и один модный гей. Последнее считаю высокой оценкой борьбы Александра за права ЛГБТ на Украине. Предлагаю премировать по стандартному тарифу и дать право выбора принимающей семьи.

Хоть я и кот, а не самка собаки, но, признаюсь, все трое мне как сыновья. И я хочу, чтобы им передали: Родина вас не бросит, сынки. Никогда.

Кот Скрипаля, ВЗГЛЯД