Вчера получил очередной ушат помоев за то, что усомнился в недавно опубликованных выводах комиссии по Боингу, сбитому над Украиной в 2014-м году. Как оказалось, большое количество моих соплеменников готово поверить всему, что скажут за бугром, но не желает признать очевидного!

Первое. Когда сыщик расследует убийство, он задаётся вопросом — кому оно было выгодно? И, как правило, виноват оказывается тот, кто получает наследство. В случае с Боингом весь негатив достался России: нас моментально сделали крайними, на нас было организовано беспрецедентное давление, нас обвинили во всех смертных грехах, использовали инцидент для создания образа врага и введения санкций. То есть, нам сбивать этот самолёт было даже не то, чтобы ни к чему, а более чем нежелательно. Украина же получила сплошные плюсы: деньги, оружие «для защиты от агрессора», поддержку НАТО и Европы, ускорение безвиза и так далее. Думаю, ради такого «наследства» руководство нэзалэжной могло пойти на что угодно.

Второе. В результате распада Союза Украине досталось оружия больше всех, так как всё самое передовое и высокотехнологичное в первую очередь сосредотачивалось на западном направлении. Комплексы «Бук» были взяты на вооружение в конце восьмидесятых и не являлись для ВСУ чем-то экзотическим. Конечно, тотальная распродажа оружия украинскими военными шла полным ходом более двух десятилетий и не могла не сказаться на боевой мощи армии, но что-то же должно было сохраниться, хотя бы для вида. Понятно, что пользоваться тем, что осталось, украинцы без тренировки толком не умели, примером тому может служить пассажирский самолёт компании «Сибирь», случайно сбитый свидомыми в ходе учений в 2001-м году. Тогда Украина извинилась, заплатила Израилю и России более 15 млн долларов компенсации, «но осадочек-то остался». Подобный «подвиг» мог быть легко повторён молодыми однополчанами «отличившихся» тогда воинов ВСУ — для этого им нужно было только пальнуть в небо. Причем именно туда, куда привели самолёт украинские диспетчеры, изменив курс. Россия же, по мнению голландцев, припёрла ракетный комплекс в чужую страну из Брянской области, развернула его в поле, где он мог стать либо мишенью, либо добычей, угробила Боинг и поехала домой. Как потом утверждали украинские генералы — «россияне хотели сбить самолёт «Аэрофлота» (!), чтобы этим оправдать последующий захват Украины (!), но перепутали самолёты».

И, наконец, третье. Нас упрекают в том, что мы блокируем создание трибунала, на котором нас же собираются обвинить. При этом не допускают наших специалистов к расследованию, мотивируя тем, что мы якобы можем повлиять на его объективность, что наши представители начнут тырить фрагменты и стирать с обломков опознавательные знаки. Но ведь Россия изначально отказалась прикасаться ко всему, что связано с крушением, хотя имела возможность — ополченцы сначала нам предлагали даже бортовые самописцы. А вот Украина крутила-вертела всю доказательную базу и могла напихать туда любое количество маркированных где угодно элементов ракет или фюзеляжа.

Так что никакой я не «ватник с промытыми мозгами», а обычный скептик, аргументирующий свои сомнения.

Юрий Лоза