Бизнес-сообщество отреагировало на обсуждаемые в Госдуме идеи наказывать предпринимателей за исполнение западных санкций. С точки зрения бизнеса у законопроекта слишком много подводных камней, скорее вредящих интересам России. Однако еще одна идея – уголовное наказание за призывы к антироссийским санкциям – никаких возражений не вызвала. И некоторых публичных лиц это может прямо коснуться.

В среду на совете по законотворчеству бизнес обсудил поправки в законопроект об уголовном наказании за соблюдение иностранных санкций против России. Первое чтение документ прошел 15 мая, но принятие его во втором чтении отложили после критики Российского союза промышленников и предпринимателей. Туда входят, в частности, попавшие под санкции Олег Дерипаска и Виктор Вексельберг.

В заседании участвовали руководители ассоциаций компаний розничной торговли (АКОРТ), европейского бизнеса (АЕБ), Торгово-промышленной и Общественной палат, «Деловой России», представители Сбербанка и ВТБ, «Х5 Ритейл групп», ТМК.

В законопроекте говорится об уголовной ответственности по двум пунктам.

Во-первых, предлагается наказывать за совершение действия (бездействия) в целях исполнения зарубежных санкций, если это привело к отказу от сделок или хозяйственных операций с российскими компаниями и гражданами РФ. Наказание – штраф до 600 тыс. рублей или в виде заработной платы за четыре года, либо лишение свободы или принудительные работы до 4 лет.

Во-вторых, предлагается ввести уголовное наказание за совершение гражданином России умышленных действий, способствующих введению зарубежных санкций против нашей страны. Иными словами, за действия, которые помогают западным правительствам составлять всевозможные санкционные списки. Например, говорится в документе, если россиянин предоставил рекомендации или передал сведения, которые привели или могли привести к санкциям против России. Наказание – штраф в размере до 500 тыс. рублей или в размере зарплаты за три года, либо тюрьма или принудительные работы на срок до трех лет.

Бизнес-сообществу крайне не понравилась первая часть уголовной ответственности. Слишком размыты формулировки, дающие широкое поле для применения закона, и слишком суровое предусмотрено наказание.

Получается, что под уголовную ответственность может попасть любой крупный предприниматель, у которого есть бизнес-связи с Западом, говорит партнер адвокатского бюро «Деловой фарватер» Сергей Варламов.

«А дальше может последовать банкротство и потеря рабочих мест. Это ли нужно государству? Не говоря уже о том, что правоохранительные органы и так по поводу и без кошмарят бизнес, привлекая к ответственности. Такой ответ на санкции негативно скажется не только на предпринимателях, но и на самом государстве. Законопроект излишне суров к предпринимательскому сообществу, и без того переживающему тяжелые времена в условиях санкций и кризиса», – считает Варламов.

В теории уголовный срок мог бы при желании грозить руководству Сбербанка или сотовых операторов, которые отказываются работать в Крыму из-за опасений перед западными санкциями. Или главе ВТБ Андрею Костину, который заявил, что прекратил кредитовать бизнес Олега Дерипаски, попавшего в санкционный список США, опасаясь вторичных санкций против банка.

Поэтому бизнес предложил заменить первую часть уголовного наказания на административный штраф. Об этом рассказал ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов, участвовавший в обсуждении законопроекта, передает ТАСС. Для должностных лиц речь о штрафе в размере 100 тыс. рублей, для компаний он не предусмотрен. То есть при немотивированном закрытии банковского счета оштрафуют руководителя филиала, а не сам банк, поясняет в Facebook политолог Александр Пожалов, участвовавший в заседании.

Более того, бизнес-сообщество предлагает смягчить первую часть наказания. В частности, надо исключить «из административной ответственности те действия, которые… компании совершают в условиях, когда они просто заключают сделки с иностранными компаниями, стандартным элементом которых является соблюдение санкций». Например, при сделке с западной компанией пункт о соблюдении санкций является стандартным и было бы странно за это карать.

«Очень важно, чтобы правительство или уполномоченный федеральный орган исполнительной власти определили закрытый перечень случаев, которые попадают под такую ответственность», – считает президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин.

Во-вторых, рассказал Кузьминов, «этот режим не должен применяться к компаниям, которые не имеют другого выхода, кроме соблюдения санкций, в противном случае они понесут серьезный ущерб или серьезный ущерб понесет РФ». В пример он привел историю с отказом французов поставить России заказанные ею «Мистрали», что можно назвать индивидуальными санкциями. «И благодаря хорошей работе должностных лиц мы получили полное возмещение по сделке, интересы РФ никак не пострадали. И вот мы всех этих уважаемых людей сейчас должны были оштрафовать на 100 тыс. руб. каждого? Конечно, подобные вещи необходимо исключить», – говорит Кузьминов.

Если отказ от исполнения санкций обусловлен ущербом для граждан, организаций и для самой Российской Федерации, то соответствующие меры не должны попадать под наказание, согласен Шохин. Иными словами, законодателям стоит более четко прописать правоприменительные практики. По сути, описать конкретные случаи, когда соблюдение западных санкций можно считать нарушением. С другой стороны, у компаний должна появиться возможность выполнять западные санкции без страха быть наказанным собственным государством, если несоблюдение экономически опасно. Чтобы российскому бизнесу не пришлось назло бабушке отмораживать уши.

А вот к введению уголовной ответственности по второму пункту (за совершение гражданами умышленных действий, способствующих введению зарубежных санкций против нашей страны) у бизнеса нет никаких возражений. По сути, речь идет о том, что любой гражданин РФ может понести уголовное наказание за призывы к санкциям или их усугублению, в том числе в СМИ, блогах, соцсетях, за передачу любых данных, сведений, документов, которые могли бы привести к санкциям.

В западных СМИ с призывами сделать невъездными и заморозить активы лояльных Владимиру Путину чиновников и олигархов еще с 2014 года выступал блогер Алексей Навальный. Он даже составлял свой санкционный список. Среди тех, кто ему в этом помогал, – бывший топ-менеджер «Альфа-групп» Владимир Ашурков и экс-чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров. Принимал в подобной деятельности участие и покойный Борис Немцов – в интервью FT он говорил о том, что пытался добиться от западных правительств, чтобы они ввели санкции против российских государственных СМИ. И экс-глава ЮКОСа Михаил Ходорковский был замечен в призывах к введению санкций против России. Не побрезговал подобными идеями и бывший премьер Михаил Касьянов.

Между тем, получив поддержку российского бизнеса, первый замруководителя фракции «Единая Россия» Андрей Исаев прямо заявил, что надо приравнять содействие введению санкций к госизмене. «Если еще лет десять назад статья 275 УК РФ о госизмене касалась государственной тайны и угрожала шпионам, то сегодня госизмена в политическом климате России стала широким понятием. Поэтому Госдума при наличии сильного желания может сейчас приравнять к госизмене абсолютно все», – говорит управляющий партнер юридической фирмы «Гин и партнеры» Кира Гин.

По ее мнению, вряд ли для нашей страны и ее экономики полезно приравнивать те или иные действия россиян к госизмене и вводить за то, что не имеет отношения к шпионажу, уголовную ответственность. «Иначе такое законотворчество еще больше увеличит количество «шпионов» и «врагов России». Если Госдума расширит применение уголовной ответственности за госизмену, то лет через десять за покупку электрического чайника европейской или американской фирмы граждан РФ будут обвинять «во всех тяжких», – беспокоится Гин.

Впрочем, можно предположить, что решение Госдумы вряд ли будет слишком радикальным и потворствующим шпиономании. Однако сама идея о неприемлемости пропаганды санкций против собственной страны явно выглядит своевременной – и реакция бизнес-сообщества это подтверждает.

Ольга Самофалова, ВЗГЛЯД