Реакцией российских масс-медиа на победу год назад Эмманюэля Макрона на президентских выборах было явное разочарование. На самом деле, верный соратник Президента Франсуа Олланда в 2012—2016 гг., Э. Макрон продолжил и даже, казалось, был готов ужесточить линию Ф. Олланда по отношении Российской Федерации.

В конце концов, это было отчасти запрограммировано. Э. Макрон, политик с весьма эклектичными, но фундаментально социал-либеральными взглядами, впитал и во внутриполитическом отношении, и во внешнеполитической стратегии как традиционные социалистические, так и либеральные идеи. Но ведь во французской политике именно социалисты и большая часть либералов-центристов традиционно весьма насторожено относятся к Российскому государству и критично — именно к «России Путина».

Очевидно, что на межгосударственном уровне франко-российские отношения (конечно, прежде всего из-за украинского кризиса и присоединения Крыма) в 2012—2017 гг. ухудшились явным образом, по сравнению с предыдущей «пятилеткой» Николя Саркози. Серьёзная ответственность тут лежит на руководившей в тот период исполнительной властью Социалистической партии (СП). Тут можно вспомнить, как бывший 1-й секретарь СП Жан-Кристоф Камбаделис регулярно пускал стрелы в нарушения прав человека в России, а известный депутат-социалист Брюно Лё Ру заявлял, что значительная часть французских правых «очарована российским авторитаризмом». Потерпев фиаско в 2017 г., французские социалисты не изменили критический настрой против Москвы. Как отмечает, в частности, сенатор-социалист Давид Ассулин, «мы принимаем в расчёт то, что европейская и российская политические системы базируются на разных, можно сказать противоположных ценностях».

Заявления и оценки самого Э. Макрона и министров из его центристской команды о политике России в Сирии или на Украине вполне рельефно показывают реальное отношение современных французских социал-либералов к РФ. Дело, конечно, не только в реальном геополитическом соперничестве, в котором Москва и Париж находятся на разных сторонах. Депутат от президентской партии «Республика, вперёд!» Каролин Жанвье, со своей стороны, подчёркивает:

«Когда речь идёт о нарушении международных договоров или границ, как в случае с Крымом, или ещё о нарушении прав человека, не забывая о свободе прессы, уменьшающейся как шагреневая кожа, очевидно, что невозможно быть согласным с таким образом вещей в противоречии с французскими ценностями».

Было бы неверно считать, что другие политические силы Франции, выступающие за серьёзные изменения отношений с Россией, все до единой не имеют «ценностных различий» с политикой Кремля. Однако в данных случаях прагматизм видится гораздо явственнее. А ведь в апреле 2017 г. в первом туре президентских выборов за кандидатов, публично ставивших под сомнение необходимость и нужность сохранения антироссийских санкций отдали голоса почти две трети избирателей!

На левом фланге традиционно за модернизацию отношений с Россией выступает Французская компартия (ФКП). ФКП призывает, в частности, снять санкции, а также перейти к серьёзному обсуждению «совокупности сложных проблем, требующих глобального урегулирования: экспансии НАТО, Восточной политики ЕС, украинского вопроса, энергетических проблем, информационного вопроса и т. д.»

ФКП и левопопулистское движение «Непокорённая Франция» предлагают вернуться к вопросу о заключении всеми европейскими странами «Хельсиники-2», нового соглашения по коллективной безопасности в Европе.

Радикальные левые во Франции традиционно занимают антимилитаристские и критические по отношению к политике Вашингтона и действиям НАТО позиции, о чём свидетельствует, к примеру, приезд лидера «Непокорённой Франции» депутата Жан-Люка Меланшона в Россию и его участие в шествии «Бессмертного полка» в Москве 9 мая. Ж.-Л. Меланшон считает, что нужно сделать всё возможное, чтобы не допустить войны с Россией: «Нет радости в том, чтобы сталкиваться с русскими». Более того, в случае прихода к власти во Франции антилиберальных левых сил, считает Меланшон, существует серьёзный потенциал для того, чтобы Париж и Москва сделались геополитическими союзниками, даже если в социально-экономическом плане французские левые весьма критически оценивают современную российскую реальность.

Зато французские правые и крайне правые, в свою очередь, гораздо лояльнее к этой реальности. Тут можно вспомнить, что в 2017 г. все правые кандидаты на президентских выборах (Марин Лё Пен, Франсуа Фийон, а также Николя Дюпон-Эньян) со всей твёрдостью выступали за отказ от антироссийских санкций. Партия «Республиканцы» находится в данном случае в более деликатной ситуации, ведь она участвует в деятельности Европейской народной партии, большинство членов которой занимает по отношению к Москве весьма жёсткие позиции. Но вслед за Н. Саркози и Ф. Фийоном, нынешние лидеры «Республиканцев» — возможно, более мягко и дипломатично, — дают понять, что время жёсткого давления на Москву прошло, и что по вопросам борьбы с терроризмом, ситуации на Ближнем Востоке и т. д. Европейский Союз и Россия вполне могут и должны находить общий язык.

Ещё более «пророссийскими» могут считаться позиции французских крайне правых, среди которых доминирует Национальный фронт, недавно решивший переименоваться в Национальное объединение. Как отмечает политолог Ив Камю, эта партия «видит в Российской Федерации социетальную модель и стратегического союзника». Как бы то ни было, в стенах Национального собрания депутаты-националисты в 2017—2018 гг. последовательно призывали власти Франции в одностороннем порядке отказаться от направленных против России санкций.

Руслан Костюк, ИА REGNUM