На фоне ударов США и их союзников по Сирии практически незаметной осталась одобрительная реакция Турции на этот акт агрессии. Еще меньше внимания обратили на заочную перепалку между главой МИД Сергеем Лавровым и президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом по поводу Африна. Турецкий президент в ответ Лаврову заявил, что сам решит, когда и кому передавать территорию. Светлана Семенова — о том, насколько прочны отношения России и Турции и какова вероятность, что непростая дружба перерастет в конфликт.

На чьей стороне Эрдоган

Турция открыто поддержала удары США и их союзников, которые те нанесли в ночь на 14 апреля. В тот же самый день президент страны Реджеп Тайип Эрдоган назвал операцию «оправданной и правильной». А также добавил, что «немыслимо оставить без ответа химические атаки, совершенные режимом Асада».

Кроме того, буквально за несколько дней до американской агрессии Эрдоган вступил в заочный спор с главой российского МИД Сергеем Лавровым из-за ситуации на северо-западе Сирии:

Мы всегда исходим из того, что самым простым способом нормализации обстановки в Африне теперь, когда турецкие представители говорят, что основные цели, которые они перед собой ставили там, достигнуты, было бы вернуть территорию под контроль сирийского правительства, — заявил 9 апреля российский министр.

Ответ из Анкары не заставил себя ждать:

Подход Лаврова неправильный. Мы лучше всех знаем, кому передавать Африн. Мы передадим Африн его жителям, когда придет время, — сказал Эрдоган, добавив, что это время будет определять Турция.

Зигзаги российско-турецких отношений

Отношения Москвы и Анкары за время сирийского конфликта прошли непростой путь. Не секрет, что именно через турецкую территорию в Сирию направлялся огромный поток оружия и джихадистов всех мастей. И в России это критиковали.

А самый серьезный удар по двусторонним контактам последовал после инцидента со сбитым самолетом. 24 ноября 2015 года турецкий F-16 атаковал в небе российский Су-24 под тем предлогом, что тот якобы нарушил воздушное пространство страны. Командир экипажа Олег Пешков после катапультирования был убит, причем ответственность за это взяли на себя не сирийские боевики, а член турецкой ультраправой организации «Серые волки» Альпаслан Челик.

Москва потребовала от Анкары извинений и выплат компенсаций. Получив отказ, Россия ввела против Турции ряд экономических мер, в том числе запретила ввоз отдельных товаров, наем турецких граждан на работу, приостановила действие безвизового режима и отменила продажу турпутевок. Кроме того, была значительно усилена российская группировка в Сирии средствами ПВО для обеспечения безопасности полетов бомбардировщиков. Также активизировались действия авиации по предотвращению контрабанды нефти через сирийскую территорию в направлении Турции. Массовым ударам подвергались колонны бензовозов. Причем последний факт стал довольно чувствительным для Анкары, поскольку, по утверждению ряда наблюдателей, за рулем грузовиков находились не сирийские боевики, а турецкие граждане.

В конце июня 2016 года ситуация поменялась в одночасье. Эрдоган направил президенту Владимиру Путину письмо, в котором принес извинения, — редкий случай для известного своим неуступчивым и вспыльчивым характером турецкого лидера. Уже 1 июля главы двух стран провели в Сочи первую за долгое время встречу. А после случившейся спустя две недели попытки военного переворота в Турции и последовавшего ухудшения ее отношений с США Москва и Анкара еще больше сблизились. Поговаривали даже, что именно Россия предупредила Эрдогана о готовящемся мятеже и предоставила факты о причастности к заговору Вашингтона.

Конструктивный партнер

Потепление в отношениях позволило России наладить диалог с Турцией в том числе по сирийскому урегулированию. Москва зачастую фактически закрывала глаза на откровенно экспансионистские шаги Анкары против Сирии, ограничиваясь выражением «обеспокоенности». Речь идет прежде всего о турецкой операции «Щит Евфрата» против ИГИЛ (деятельность организации запрещена в России) и курдов, которая продлилась с 24 августа 2016 по 29 марта 2017 года. За 7 месяцев турецкие войска установили контроль над значительными территориями не севере провинции Алеппо.

Не испортила отношения Москвы и Анкары и начавшаяся в январе 2018 года новая операция турок «Оливковая ветвь». На этот раз против курдов в Африне. Справедливости ради надо сказать, что Россия предприняла немало усилий, чтобы избежать этого конфликта. В частности, курдам предложили передать удерживаемые ими районы под контроль официального Дамаска, однако они отказались. После этого на территорию Африна вошли сирийские отряды народного ополчения, предложив курдам сдать оружие. Однако они снова отказались. Итог известен: Турция и отряды вооруженной оппозиции выбили курдов и полностью контролируют те территории.

На этом фоне в январе 2017 года заработал астанинский формат диалога по сирийскому урегулированию. Его гарантами выступили Россия, Турция и Иран. За несколько раундов переговоров, к которым привлекли делегатов от официального Дамаска, а также представителей вооруженной оппозиции, удалось выработать соглашение о создании зон деэскалации, продвинуться в вопросах обмена пленными и гуманитарного разминирования.

Вспомним, чего стоит только состоявшийся в начале апреля визит президента Владимира Путина в Анкару — к слову, первый после победы на выборах. Встречали российского лидера по-восточному широко, с оркестром и почетным караулом. Были и конкретные результаты: Путин и Эрдоган дали старт строительству первой в Турции АЭС «Аккую». Да и сделку по покупке российских комплексов С-400 Анкара пока явно не собирается отменять, чем сильно раздражает США.

Путь к открытому конфликту

Противоречий у двух стран тоже хватает. Показательным был пример с организацией Конгресса сирийского национального диалога в Сочи, который прошел в январе. С инициативой его проведения выступил в октябре 2017 года Владимир Путин. Менее чем через две недели на сайте российского МИД был опубликован список из 33 организаций, приглашенных на встречу. Уже на следующий день пресс-секретарь президента Турции выступил категорически против того, что в этом списке значилась курдская партия «Демократический союз». Ее в Турции признают террористической организацией. Спустя несколько дней после этого заявления документ был удален с портала МИД — редчайший случай в отечественной дипломатической практике. При этом Россия уже на протяжении нескольких лет пыталась подключить курдов к сирийскому урегулированию — вначале на уровне женевских переговоров, затем — в Сочи. В итоге на Конгресс они поехали по персональным приглашениям.

Теперь на повестку дня выходят споры между Москвой и Анкарой о присутствии турецких войск на сирийской территории. В СМИ (особенно в курдских) и экспертной среде все чаще звучит вопрос: каким образом можно будет добиться выдворения оттуда турок? В обозримой перспективе уходить они не собираются, а принципиальная позиция России заключается в необходимости единства и территориальной целостности Сирии и выводе из страны всех иностранных военных, находящихся там на незаконном основании. Москва в перспективе может оказаться перед непростым выбором: либо вновь закрыть на это глаза, либо пойти на обострение отношений с Анкарой.

Пожалуй, можно было бы предоставить особые права (точно так же, как и курдам) туркоманам (тюркский народ), проживающим на северо-западе Сирии и пользующимся поддержкой Турции. Но реализация этого сценария займет месяцы или даже годы переговоров между всеми заинтересованными сторонами.

Да и по поводу судьбы Башара Асада тоже согласия нет. Точнее, эту тему просто стараются обходить стороной.

Пока в России не подают виду, что что-то идет не так, даже несмотря на резкие одергивания Лаврова со стороны Эрдогана.

Ни для кого не секрет, что по ряду вопросов позиции Москвы и Анкары расходятся, — прокомментировал 16 апреля турецкую оценку ударов США и их союзников по Сирии пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков, — однако это не мешает продолжать обмениваться мнениями, продолжать обсуждать эти расхождения в наших позициях, а главное — это никоим образом не сказывается на дальнейших многоплановых перспективах развития сотрудничества.

По крайней мере пока не мешает и не сказывается. Не стоит забывать, что Турция — это страна НАТО. Да и вся политика Анкары построена на умелом лавировании между США, Евросоюзом и Россией. Причем последняя явно в этой тройке не в приоритете. А если учесть неуступчивый и резкий нрав Эрдогана, все может в любой момент повернуться с ног на голову. По крайней мере, предпосылки для этого есть.

Светлана Семенова, RUPOSTERS


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен