В последние годы в США столкнулись с настоящим дефицитом качественной экспертизы о социальных и политических реалиях России. «Экспертов» по России — пруд пруди. На каждое ток-шоу приглашают по несколько политологов, которые, опираясь на смесь притянутых за уши и просто неверных фактов, раскрывают зрителям всю «подноготную». Но даже неосведомленному американскому телезрителю их сложно выдавать за настоящих экспертов – они повторяют примерно одни и те же тезисы из программы в программу. Не говоря уже о том, что подобные «специалисты» не годятся для работы в органах власти, таких как Белый дом и Госдепартамент. Малек Дудаков — о дефиците грамотных экспертов, которые помогли бы американским политикам понять Россию.

Ненужные профессионалы

Дефицит профессиональных кадров-международников со специализацией по России образовался не одномоментно. Он стал результатом постепенного и длительного смещения фокуса внешней политики США с противостояния СССР во времена Холодной войны на проведение политики экспорта демократии и противостояния авторитарным режимам, в основном на Ближнем Востоке. После окончания Холодной войны сотни экспертов по России внезапно оказались не у дел – спрос на их услуги у государственных органов и медиа пропал. Госдепартамент начал постепенно сокращать свои отделы, работавшие по советской тематике. Во многому этому способствовала бюрократическая реформа, проведенная в период первого срока Билла Клинтона.

Целью его реформы было сокращение госаппарата и расходов на содержание чиновников. Серьезные сокращения коснулись и Госдепартамента. Исчезли грантовые программы, выделяемые федеральным правительством студентам и аспирантам на изучение русского языка и российской специфики. Для сравнения: в 1971 г. в Америке было защищено 715 диссертаций, посвященных русскому языку и литературе. В 1991 г. их число составило 593, а к 2011 г. оно сократилось до 340. Студентам-международникам советовали изучать более «перспективные» языки – арабский, китайский, чтобы ориентироваться на ключевые регионы мира, с которыми США ведут свои дела. Вслед за Госдепартаментом свои грантовые программы стали сворачивать и частные фонды. Например, Фонд Форда в начале 90-х гг. выделял по 10 млн долларов в год студентам на изучение русского языка и на программы обмена с Россией. К середине 2000-х гг. он прекратил свою работу в России. Фонд Макартуров, выделивший порядка 179 млн долларов в период 1991-1999 гг., к концу 2000-х сократил свои затраты на российскую программу в 3-5 раз.

Американский истеблишмент видел Россию как увядающую и политически ослабленную региональную державу, которой уже не нужно уделять большого внимания в международной политике США.

Ситуация начала меняться после событий войны в Грузии 2008 г., однако вслед за ней в Вашингтоне сменилась президентская администрация, и новый глава государства Барак Обама попытался восстановить отношения двух стран.

Всерьез озаботились недостатком квалифицированных экспертов по России несколько позднее – в 2013-2014 гг., в период разгара конфликтов в Сирии и на Украине. Осенью 2014 г. сенатор Джон Маккейн сказал:

Русские продолжают постоянно нас удивлять собственной непредсказуемостью. Они удивили нас, когда неожиданно оказались в Крыму, они удивили нас, когда они оказались в Сирии.

В том же интервью Маккейн дал понять, что в его команде неоконсервативных «ястребов» нет ни одного советника, который был бы способен качественно проанализировать политику России.

Майкл Макфол

В этот период большим спросом начали пользоваться несколько политологов и профессоров, посвятивших свою карьеру изучению России. Во-первых, к ним, конечно, относится Майкл Макфол – бывший посол США в РФ. Макфол писал статьи и публикации о России еще с конца 1980-х гг. В эпоху становления партийной системы в РФ Макфол неоднократно посещал Москву и собирал здесь материалы для диссертации. В период президентства Обамы ему удалось в течение нескольких лет проработать послом, хотя результатами своей дипломатической работы он вряд ли сможет похвастаться.

Слава неожиданно настигла его после ухода с поста посла. Как профессора, посвятившего свою карьеру изучению России, его стали приглашать на ток-шоу, предлагать время для интервью в прямом эфире общенациональных телеканалов и место для колонок в газетах.

Особое признание Макфол получил после победы Дональда Трампа на президентских выборах в ноябре 2016 г. Будучи большим оппонентом избранного президента, Макфол оказался подходящим персонажем для распространения истории о связях Трампа с Кремлем. Он рассказывал о «вездесущей» и «всеобъемлющей» коррупции в России, в сети которой наверняка попал и Трамп. Макфол указывал на опасность сближения Вашингтона и Москвы для национальных интересов США. Вместе со своими коллегами он стал участвовать в заседаниях различных комитетов, целью которых декларировалось «сохранение принципов американской демократии в эпоху угроз в её адрес». Одной из таких организаций стал т.н. «Комитет по расследованию России», созданный в начале 2017.

Макс Бут

Членами этого комитета числятся различные неоконсервативные и неолиберальные эксперты, включая Макса  Бута – также специалиста по России.

Русский еврей, Бут вместе со своими родителями эмигрировал из России в 1980-х гг. Всю свою жизнь он проработал в многочисленных аналитических центрах – «Совете по международным отношениям», «Американском институте развития» и др. К тому же с университетских времен Бут начал писать колонки в неоконсервативный журнал Weekly Standard. В 2002 г. он был одним из главных сторонников начала войны в Ираке среди журналистского сообщества – этому событию он тогда посвятил десятки публикаций. Долгое время он был сторонником политики Джорджа Буша-младшего, однако разочаровался в нем в последние годы его президентства, когда тот стал проводить более умеренную политику.

В годы Обамы Бут неоднократно критиковал политику Белого дома за «слабость» и «непоследовательность», считал ошибкой вывод войск из Ирака и иранскую ядерную сделку в 2015 г. Кроме того, Бут считал, что Обама крайне слабо отреагировал на «вмешательство» России в президентские выборы 2016 г. и дал возможность «русским хакерам» помочь победить Трампу. Последнего Бут называет чуть ли не «кремлевским агентом», на которого у российского руководства якобы есть серьезный компромат.

По мнению Бута, выбора Трампа стали кульминацией т.н. «войны России против Запада», которую Москва якобы ведет уже более 10 лет. Он уверен в том, что «коррумпированный режим Путина» подкупает политиков по всей Европе и пытается уничтожить либеральный миропорядок, который восторжествовал в мире после развала СССР. И в данный момент, после победы Трампа и референдума по выходу из ЕС в Великобритании, Россия находится в шаге от победы, беспокоится Бут.

Юлия Иоффе

Он далеко не единственный выходец из бывшего СССР, который после переезда в США стал занимать радикальные антироссийские позиции. Здесь стоит упомянуть и другого журналиста – Юлию Иоффе. Также русская еврейка, Иоффе вместе со своей семьей переехала в Мэриленд в 1990 г. Она изучала историю Советской России во время учебы в Принстоне, а после выпуска стала публиковать различные статьи по международной и внутренней политике США.

 

Долгое время она работала в либеральном журнале The New Republic, снискала славу довольно взвешенного прогрессивного журналиста. Однако затем у журнала начались проблемы с финансированием, и Иоффе перешла в другое издание – сначала Politico, а затем The Atlantic. Респектабельный либеральный журнал, The Atlantic дал возможность Иоффе сфокусироваться на работе по российской тематике, которая ей была так интересна.

Иоффе посвятила множество публикаций «вмешательству» России в американскую политику во время предвыборной кампании 2016 г. В отличие от многих других экспертов она не считает, что «русские агенты» пытались добиться победы Трампа — они лишь «сеяли хаос и разногласия» в американской политике. Теория Иоффе состоит в том, что Россия представляет из себя крайне слабое государство, фактически «гиганта на глиняных ногах». Руководство страны, осознавая свое положение, стремится как можно сильнее ослабить западные страны, в первую очередь США, чтобы выдержать политическую и экономическую конкуренцию. При этом Путин и его команда не имеют никаких долгосрочных планов развития России, не мыслят наперед, действуют импульсивно и по ситуации.

Марк Галеотти

Вероятно, Иоффе вдохновилась публикациями другого часто цитируемого эксперта по России — Марка Галеотти. В прошлом он был профессором Университета Нью-Йорка, а сейчас Галеотти занимается преподавательской и научной деятельностью в Институте международных отношений Праги. Он публикует статьи по разным вопросам международной политики, многие из которых касаются России и Украины. Галеотти считается тем самым публицистом, который ввел термин «доктрина Герасимова». В России он упоминается не так часто, однако на Западе за три года эта доктрина стала просто притчей во языцах. Было время, когда почти в любой публикации о России она упоминалась в том или ином контексте.

Как известно, доктрина генерала Валерия Герасимова состоит в попытке синтезировать приемы «мягкой силы» (soft power) и «военной мощи» (hard power) для продвижения национальных интересов России. Она предполагает использование подрывной деятельности, элементов информационной войны, дезинформации противника, хакерских атак, которыми должна сопровождаться сама военная операция.

Впервые «доктрина Герасимова» начала активно упоминаться после присоединения Крыма и появления вооруженных ополченцев на востоке Украины, что застало врасплох истеблишмент западных стран. Тогда журналисты и эксперты запомнили этот термин и стали его использовать в контексте любых внешнеполитических действий России – на Украине, в Сирии или даже в Европе и США. В частности, то же вмешательство русских в американские выборы объяснялось желанием России создать ситуацию хаоса и раздора в США и представлялось конечной целью этой доктрины.

Стоит отметить, что перечисленные эксперты еще считаются довольно умеренными комментаторами. Так как настоящих экспертов по России нет, спрос на информацию о политике Москвы зачастую удовлетворяется просто шарлатанами или психически нездоровыми людьми. Самым известным представителем подобного рода персонажей является «журналистка» Луиза Менш, которая видит в каждом втором американском политике агента Кремля и считает, что все протесты в Америке финансируются из России.

Стивен Коэн

Впрочем, в этой череде экспертов своими взглядами серьезно выделяется Стивен Коэн – 79-летний доктор политических наук и профессор Принстонского университета и Университета Нью-Йорка.

Он начинал изучать российскую политику, будучи студентом в Университете Индианы, а затем в Колумбийском университете. В 1968 г. Коэн получил докторскую степень по изучению советского государства и политики и начал преподавать. С тех пор он написал более дюжины произведений, посвященных различным аспектам истории, политической жизни и внешней политики СССР, а также множество эссе и статей. Одно из направлений его исследований — изучение Октябрьской революции и Гражданской войны в России, а также роли в ней Николая Бухарина. А с 1995 г. Коэн вместе со своей женой Катриной ван Хевел стали редакторами небольшого либерального журнала The Nation.

Коэн признается, что потребность в его экспертной оценке резко выросла после событий на Украине в 2014 г. – отделения Крыма, появления ДНР и ЛНР, давших вооруженный отпор войскам ВСУ. Его начали приглашать на различные ток-шоу на крупных общенациональных телеканалах – CNN, MSNBC, Fox News, ему предлагали публиковать статьи в изданиях New York Times и Wall Street Journal.

Довольно быстро за ним закрепилась «слава» адвоката России и апологета политики Владимира Путина. Дело в том, что Коэн выступал резко против внешнеполитического консенсуса американской медиасреды. Он высказывал умеренную поддержку присоединению Крыма к России, указывая на то, что большинство жителей полуострова хотят быть гражданами РФ. Коэн говорил об опасности эскалации конфликта на Украине, к чему может привести передислокация американских войск на территорию страны или отправка Киеву серьезных вооружений. По мнению Коэна, кризис на Украине был навязан российскому руководству, у которого не было другого выхода, кроме как реагировать таким образом.

Еще со времен окончания Холодной войны Коэн неоднократно критиковал международную политику Вашингтона. Как и гуру американской дипломатии Джордж Кеннан, Коэн считал ошибочной стратегию расширения НАТО на восток и говорил о том, что это в итоге приведет к конфронтации с Россией, которая считает это угрозой своей национальной безопасности. Коэн выступал против вторжения в Ирак и бомбежек Югославии, выхода из Договора ограничении систем противоракетной обороны и т.д. В последнее время объектом его критики стал именно вашингтонский истеблишмент и т.н. «deep state» (или «закулисное правительство»), которое всячески пытается препятствовать инициативам Дональда Трампа.

Коэн не раз признавался в том, что ему очень не нравится Трамп. Его кандидатом на выборах был сенатор от Вермонта Берни Сандерс. Однако профессор надеялся на то, что после инаугурации Трамп начнет политику сближения с Россией и откажется от экономической и санкционной эскалации.

В интервью либеральному изданию Slate Коэн отметил, что антироссийская истерия своей целью ставит вынудить Трампа отказаться от налаживания отношений с Россией. В противном случае ему грозит импичмент. Коэн считает полной чушью любые утверждения о связях сотрудников кампании Трампа с Россией и высказывает предположение о том, что они были просто придуманы журналистами, имеющими близкие связи с американскими разведслужбами.

Интересно, что сам Коген по взглядам большой либерал и сочувствует демократической оппозиции в России. Он сотрудничает с редакцией «Новой газеты», лично знает руководство партии «Яблоко». Но при этом ему приходится постоянно опровергать «фейковые» заявления о России других американских экспертов, за что он и получает обвинения в поддержке российской власти.

Например, ему приходится объяснять то, что Кремль почти наверняка не стоял за убийствами оппозиционных журналистов в России (например, Анны Политковской), не имел отношения к гибели Бориса Немцова и не отдавал никаких приказов о применении химического оружия в Сирии. Однако в американском политическом дискурсе любые попытки опровергнуть подобное создают репутацию российского агента.

Тем не менее Коэн пользуется популярностью в медиасреде, его часто приглашают давать интервью и участвовать в недолгих дебатах с теми, кого можно назвать «ястребами» в отношении России.

Старая гвардия

В сравнении со многими нынешними российскими экспертами старая гвардия советологов зачастую может показаться верхом квалификации. Здесь можно вспомнить дипломата Джорджа Кеннана, Генри Киссинджера, Збигнева Бжезинского. Впрочем, и уровень их экспертной оценки также не стоит преувеличивать. Они работали на расстоянии, изучали советскую действительность по публикациям в прессе и рассказам эмигрировавших из СССР. Не секрет, что перестроечные процессы в Советском Союзе застали советологов врасплох – они не ожидали, что советская номенклатура способна на такие реформы.

Быстрый развал СССР также стал для многих экспертов по России полной неожиданностью. Это было связано не только с их близорукостью, но и с определенной экономической мотивацией. Ведь им было совсем не выгодно указывать на внутренние проблемы и слабости советской системы. Наоборот, они всегда преувеличивали возможности СССР и рассуждали о том, как тот побеждает в Холодной войне. Таким образом они сохраняли спрос на свою аналитику и продолжали осваивать грантовые программы Госдепартамента.

Кстати, примерно похожая практика сохранилась и в наши дни. Новоиспеченные эксперты по России склонны, с одной стороны, всячески ее демонизировать, а с другой – преувеличивать реальные возможности российской власти. Поэтому Россия постоянно обвиняется во вмешательстве в выборы и использовании невероятных по сложности приемов. Российские спецслужбы представляются всевидящими и всесильными организациями, которые следят чуть ли не за всеми американскими политиками и шантажируют президентскую администрацию.

Малек Дудаков, RUPOSTERS


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен