Об одном из самых секретных британских военных объектов — лаборатории Минобороны в Портон-Даун (графство Уилтшир) — известно немного, а власти по объективным причинам не афишируют ее деятельность, однако в последние недели, после загадочного отравления в Солсбери работавшего на британские спецслужбы экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля, характер проводимых в центре работ стал интересовать СМИ все больше.

Центр подземных секретов

«Научный кампус» Портон-Даун, как говорится на информационном щите, установленном на подъезде к КПП комплекса, расположен в 12 километрах от Солсбери, в долине, окруженной невысокими, но позволяющими скрыть постройки холмами. Центр занимает около 2,8 тысячи гектара, рядом с ним несколько деревень. Лаборатория была открыта более 100 лет назад, и первой ее задачей были разработка и испытания химического оружия для применения против германских войск во время Первой мировой войны.

Сейчас комплекс лаборатории, носящей официальное название Оборонная научно-технологическая лаборатория (Defence Science and Technology Laboratory), расположен почти полностью под землей — на поверхности видны лишь искусственные «курганы», закрытые крышами зеленого цвета, а также несколько невысоких бетонных построек. Химический центр не закрыт глухим забором, группу построек опоясывают несколько видимых периметров: внешний, высотой чуть больше метра, представляет собой забор из обычной проволоки, внутренний — и самый укрепленный — является двойным забором высотой в несколько метров. Однако почти все здания комплекса видны с расположенной рядом дороги.

Несмотря на то что секретная лаборатория не спрятана от окружающих, остановиться и посмотреть на нее нельзя — на дороге без твердой обочины и тротуара запрещена остановка, на ограждении центра через определенный промежуток висят яркие знаки, предупреждающие о том, что за забором расположен объект Минобороны и проход на него запрещен. Также везде присутствуют предупреждения «Опасная зона». При этом дорога, ведущая к КПП центра, может быть перекрыта металлическими воротами в любой момент по решению военных. Предупреждения о том, что дорога также является собственностью Минобороны, висят на подъезде к КПП.

«Нет, съемка запрещена. Я прошу вас покинуть эту зону, стоянка здесь запрещена», — сказал стоящий неподалеку от въезда в лабораторию полицейский.

При этом рядом с подъездом к КПП расположен большой жилой дом, во дворе которого установлена детская площадка, а также оборудовано место для стоянки автомобиля. Дом выглядит жилым, однако никто не ответил на звонок в его дверь.

В середине дня пятницы движение автомобилей у комплекса было оживленным, многие автомобили направлялись в комплекс или выезжали из него. Никаких видимых дополнительных мер безопасности в связи с инцидентом в Солсбери корреспонденту РИА Новости заметить не удалось. Однако ощущение того, что тщательное наблюдение в районе центра ведется за всеми непрошеными гостями, не покидало все время присутствия у Портон-Даун.

Обычная жизнь

Жители ближайших деревень Боскомб и Портон не считают, что от комплекса исходит значительная угроза, но спорят о том, насколько гуманные средства разрабатываются в лаборатории.

«Я не испытываю и не испытывала проблем от того, что мы живем тут, рядом с лабораторией. Да, все знают, что это за комплекс, там же написано, есть Google, в конце концов», — рассказала РИА Новости 29-летняя жительница деревни Боскомб Эми.

По словам женщины, ни у нее, ни у ее двоих детей нет серьезных проблем со здоровьем, которые можно было бы связать с присутствием рядом комплекса.

«Не может быть, чтобы не было систем защиты, чтобы все, о чем вы говорите (химическое оружие. — Прим. ред.), вот так просто вышло бы наружу. Специалисты имеют с этим дело постоянно», — добавила она.

Собеседница агентства отметила, что не думает о том, рядом с каким объектом она живет. «Люди живут везде, есть заводы, электростанции. Мы живем здесь. Нет, я не чувствую ничего необычного, не считаю и не знаю, что там делается что-то ужасное, бесчеловечное», — сказала Эми.

Отказавшийся назвать имя отставной армейский офицер, живущий с женой в деревне Портон, расположенной на дороге, ведущей к лаборатории, рассказал, что не замечал ничего необычного в работе центра.

«Нет, никаких необычных событий не происходило. Про аварии и утечки я ничего не знаю. Что там находится, я тоже не знаю, никогда там не был. Рядом много военных объектов, есть аэродром, воинские части. Ничего необычного», — сказал собеседник агентства.

«Там работают ученые, это исследовательский центр. Секретный он потому, что там ведутся разработки в интересах правительства. Какие? Не знаю», — добавил он.

Пенсионер из Портона отрицательно ответил на вопрос, видел ли он инспекторов ОЗХО, работающих на объекте над расследованием дела Скрипаля.

«Я не знаю, кто проезжает по дороге и кто в этих автомобилях. Я узнаю обо всем, что с этим связано, из СМИ. Произошло страшное, но что там случилось (в Солсбери. — Прим. ред.), надо выяснить. У меня нет своего мнения, я жду, когда появятся факты, а не заявления. Не хочу судить о том, что случилось и кто это сделал. Может, это игры спецслужб, а может, и нет. Должно быть расследование», — сказал он и добавил, отвечая на уточняющий вопрос, что «иногда смотрит и RT».

При этом корреспондента РИА Новости собеседник агентства принял за журналиста RT.

В пабе города Тидворт две подруги, женщины среднего возраста, обсуждали зимние Олимпиады за просмотром спортивного телеканала и поделились с РИА Новости своими взглядами на дело Скрипаля.

«Удивительно, что выводы были сделаны так быстро. Я не знаю, как это происходит, но это было категорично. Возможно, у них есть данные разведки, но вы согласны в том, что выводы (о причастности России. — Прим. ред.) были сделаны и озвучены практически сразу?» — сказала женщина, представившаяся как Джо и признавшаяся, что регулярно смотрит британские новостные телеканалы.

«Мы все пережили шок. Это произошло далеко от нас (Солсбери находится примерно в 30 километрах от Тидворта. — Прим. ред.), но все-таки это нетипично для наших мест. Я не знаю, кто это сделал, не спрашивайте меня, все очень таинственно. Мы были напуганы», — добавила ее подруга.

Обе сказали, что не знают, чем занимаются в военной лаборатории, а на вопрос о том, видели ли они сообщения о разработках химического оружия и, возможно, о наличии в ней боевого химического вещества, аналогичного тому, которым отравили Скрипаля, кратко заявили: «Нет».

Негуманные опыты

Между тем к деятельности лаборатории уже десятилетия возникают вопросы. Главный — вопрос этичности производимых работ, прежде всего, по усовершенствованию химического оружия. Так, по данным из открытых источников, с 1949 по 1989 год в лаборатории проводились опыты с участием людей. С 1999 по 2006 год было организовано специальное расследование деятельности лаборатории, по данным которого участниками опытов могли стать до 20 тысяч человек.

В 2002 и 2004 годах были проведены два судебных дознания в связи со смертью военного Рональда Мэддисона во время испытаний нервно-паралитического вещества зарин. Суд постановил, что смерть была причинена незаконным способом.

В 2006 году 500 ветеранов заявили, что пострадали от экспериментов в лаборатории.

В феврале 2006 года три бывших работника центра получили от государства компенсацию в рамках досудебного соглашения по делу о применении в лаборатории на истцах ЛСД без их уведомления в 1950-х годах. В 2008 году Минобороны Великобритании выплатило три миллиона фунтов стерлингов 360 ветеранам, пострадавшим при экспериментах. При этом военное ведомство отказалось от признания ответственности за ущерб.

Еще одним важным обвинением в адрес Портон-Даун является использование в опытах животных. Однако лаборатория заявляла ранее о снижении количества опытов на животных. В основном военные в лаборатории используют мышей, морских свинок, крыс, свиней, хорьков, овец, мартышек и макак. По официальным данным, в 2005 году при опытах в лаборатории погибли 21 118, в 2015-м при опытах использовано 3249 животных.

Почти все работы в Портон-Даун остаются секретными.

РИА Новости