Сегодня лента принесла сразу несколько свежих высказываний «властителей дум». Там был Михаил Жванецкий, Дмитрий Быков, Альфред Кох и кто-то еще.

Особенностью этих высказываний было то, что они были уже совершенно откровенно не оппозиционными, а расистскими, то есть не «эта проклятая власть», а «это проклятая страна и ее народ». Если раньше это звучало у них завуалированно, то сейчас совершенно прямым текстом.

Обличать их ненавистническую сущность найдется кому, мне же этот феномен интересен с другой стороны.

И даже актуально-политологическая составляющая тут не так интересна. Просто потому, что очевидна.

Понятно, что подобное впадение в уже откровенный неадекват отталкивает от несистемной оппозиции людей, искренне не любящих власть, но сохраняющих здравый смысл и адекватное восприятие реальности. И эти оппозиционно настроенные, но адекватные люди постепенно все сильнее втягиваются в системную орбиту. А несистемная оппозиция соответственно все больше превращается во все уменьшающийся самоогораживающийся — это важно, что самоогораживающийся — загончик для городских сумасшедших.

В общем, это интересно, но вполне очевидно.

Мне интереснее другое.

Фактически этот процесс размывания адекватности оппозиции и превращения ее в крошечную секту не вполне здоровых людей отражает не столько российские политические реалии (хотя и их, конечно, тоже), сколько глобальные технологические изменения.

Смысл в том, что прямо сейчас происходит (уже произошел) слом формата отношений, в которых находились власть и оппозиция в мире последние несколько веков. Наверное, поменьше тысячелетия, но не сильно меньше. Потому что борьба всяких еретиков-ренегатов с официальной церковью — это уже вполне оно.

Так вот российская (да и не только российская) оппозиция по-прежнему мыслит и живет теми формами, идеями и идеалами. Она живет тем миром, где бескомпромиссная борьба, одиночка против системы, несение света правды людям вопреки препятствиям, жестокие репрессии, готовность к самопожертвованию ради светлого будущего и т.д. и т.п. В общем, все то, что мы прекрасно знаем из уроков истории, книг, фильмов и т.д.

Проблема в том, что новый технологический уклад сломал эту схему, причем как изнутри, так и снаружи. И самое забавное, что государство перестраивается к новым условиям быстрее, а оппозиция по-прежнему живет прежними, обкатанными веками схемами, и никак не может даже осознать произошедшую перемену, не то, что начать перестраиваться.

Как мы теперь живем?

Свобода слова? Да без проблем. Говорите и пишите, что хотите. Однако условный «голос правды» звучал и был слышен только в тишине, которую обеспечивала цензура. А сейчас, когда цензуры нет, зато есть социальные сети, где каждый самовыражается как может, выясняется, что этот самый голос и не слышен, и не интересен, и вообще сразу начинают со всех стороны задавать вопросы, а с чего это он решил, что именно у него тот самый голос правды.

Ограничения на политическую и общественную активность? Они, конечно, есть, но настолько незначительные по сравнению с прошлыми временами, что просто смешно. В результате несистемная оппозиция небольшими усилиями со стороны власти успешно начинает играть по системным правилам.

Я надеюсь, все понимают, что ставший уже традицией и прошедший недавно в четвертый раз марш памяти Немцова ныне работает на укрепление режима?

Репрессии? Не, они тоже есть.

Просто на фоне людей, которые за последние столетия отдали свои жизни за высшие идеалы, умерев на дыбе, каторге, виселице или будучи сброшенными с вертолетов в море, два года колонии общего режима за небольшое безобразие на митинге выглядят откровенно несерьезно. Причем прежде всего для самих оппозиционеров. А то, что они делают крайне серьезную мину при этом, обличая кровавость режима, только ухудшает дело.

И вырваться вот из этого порочного круга, который все больше сужается, им не удается. В результате оппозиция — и не только в России — доигралась до мышей.

По-хорошему оппозиции нужны сейчас мыслители-теоретики, которые выбросят на свалку все многовековые наработки по деятельности оппозиции, и начнут продумывать принципиально новые концепции и подходы оппозиционной работы с учетом новых технологических реалий.

Ах да, концепция «цветных революций» сюда не подходит, поскольку это методика работы для людей власти, а не оппозиционеров.

Ирина Алкснис