На Украине развивается политическая шизофрения, когда отдельные представители власти и элиты из интеллигентных интернационалистов превращаются в приверженцев Бандеры и откровенных нацистов

Фантомы Украины

Во вторник, 6 февраля, на очередной сессии Верховной Рады украинские законодатели собираются ответить польским коллегам по поводу «закона о противодействии бандеризации», принятого польским Сеймом несколько дней назад. Украинскую власть возмущает, что в соседней Польше осуждают украинский национализм.

Между тем, то, что сейчас происходит с украинской властью иначе, как болезнью, вернее — политической шизофренией, назвать нельзя. Буквально на наших глазах украинская власть (не путать с украинским народом) превращает страну в нацистское государство. И дело не только в запрете русского языка, во всевозможных ограничениях в культурном и образовательном пространстве русскоязычных граждан Украины, в прославлении Бандеры и Шухевича — все это было и раньше.

На самом деле за эти три с половиной года стало очевидным, что власть, которая в свое время в 2014 году натянула на себя нацистскую маску, постепенно, окукливаясь и стекленея, стала по сути нацистской. То есть маска превратилась в лицо.

И что делать России, чьи соотечественники в этой ситуации стали заложниками режима? Как на это реагировать? Только ли официальными заявлениями и критикой в СМИ?

Украинство напоказ

Тем, кто лично знает Порошенко, Яценюка, Авакова, Турчинова, Геращенко (не Антона, а Ирину), Кличко и многих других украинских политических персонажей, ныне прочно обосновавшихся в украинской власти, трудно поверить в то, что их украинский нацизм — реальный, а не показной. Что он якобы всосан ими с молоком матери, а не приобретён в постмайданные годы.

Никто из них никогда не был нацистом, не признающим русской культуры и русского языка. Никто не был идейным последователем Бандеры и Шухевича. Все они из интеллигентных украинских семей, которые всегда были далеки от принятия или даже равнодушного созерцания этого явления. Да, некоторые из них говорили о необходимости равноправия украинского языка и украинской культуры с российскими эквивалентами. Потому что в стране, где главным языком общения был русский, а главной культурной средой — русская, необходимо было укреплять украинское. И даже насаждать.

Ни для кого не секрет, что некоторые из персонажей политического бомонда Украины и говорить-то по-украински до недавнего времени не умели. Не знали языка, не читали украинских книжек. И были куда ближе к русской и даже еврейской культуре, чем к украинской. Но жизнь распорядилась иначе. И теперь, вынесенные Майданом на самый верх украинского общества, они стали русофобами. Почему?

Причин тут две. Первая — ложно понятая независимость. Иначе говоря, независимость как политическая категория для этих людей проявляется не в свободе выбора и ответственности за этот свой выбор, а в украинстве, в его западноукраинском, абсолютистском варианте, которые по их представлениям и есть независимость от всего русского. На самом деле, для большинства политиков Украины — украинство и «бандеризм» были яркой, окрашенной в национальные цвета маской.

Не произнося этого вслух, ввел моду на эту маску третий президент Украины Виктор Ющенко, известный своей любовью к псевдоистории, псевдоархеологии и псевдополитике. Именно при Ющенко показушное украинство стало трендом для политического бомонда страны. Несостоявшаяся жена его сына Андрея как-то поведала стране, что по утрам в выходные дни всё многочисленное семейство третьего украинского президента садилось за стол в вышиванках и пело украинские песни. Но тут же говорили между собой по-русски, например, когда детям надо было попроситься в туалет или получить добавку на завтрак.

Украинство было сведено к показушничеству и шароварщине. По мнению этих людей, это и было проявление независимости.

И в этом смысле, их теперь, уже при Порошенко, совершенно не пугает полная зависимость от США. Потому что, повторюсь, независимость понимается ими не как абсолютная, и даже не как ограниченная свобода, а как независимость исключительно от русского влияния, русской истории и общего с Россией прошлого — и исторического, и культурного.

А зависимость от США в этой парадигме — лишь дополнительная нагрузка к их пониманию независимости. Но даже при Ющенко эти люди воспринимались обществом, как маргиналы, они были на вторых ролях и не делали политическую погоду. К тому же у них были реальные политические конкуренты — Партия регионов. Которые «слились» из этой истории по совсем другой причине. Проворовались (как и нынешние представители власти).

А вот при Порошенко второй эшелон стал первым. И показушная идеология вышла на уровень официальной власти. А противостоять этому практически некому.

Крым и Донбасс

Вторая причина ярого русофобства политического бомонда Украины, переходящего в нацизм — присоединение Крыма к России и война на Донбассе.

Эгоистичность и инфантильность украинского политического истеблишмента заключается в том, что он не готов признать свою вину в происходящих событиях. Очень удобно списать все на «вежливых людей». Еще удобнее выдвигать обвинения России за «оккупацию» Донбасса. И при этом делать вид, что не было двух референдумов, на которых подавляющая масса жителей Донбасса и Крыма выразила желание войти в состав России и тем самым вынесла исторический приговор украинской национальной элите, обосновавшейся в Киеве. И даже если принять позицию украинской власти о незаконности этого волеизъявления, о том, чтобы повторить референдумы по всей форме и правилам речь тоже не идет — в Киеве понимают, что результат будет тот же. И в Крыму, и на Донбассе.

Две эти причины: показушное украинство с одной стороны, и война на Донбассе и уход Крыма, с другой, и сделали украинский политический бомонд абсолютно националистическим, а теперь и нацистским — по идеологии (антироссийской), методам и теперь уже форме.

Окончательно эту историю довершили идейные националисты — типа лидера «Национального корпуса» Билецкого, бывшего главы «Правого сектора» (структура запрещена в РФ – ред.) Яроша, руководителя «Свободы» Тягнибока, депутата парламента Парасюка и остальных — рангом пониже, но столь же свирепых нацистов, опирающихся на вооруженные группировки.

Сначала они помогали Яценюку и Турчинову взять власть (зима 2013-2014 годов), потом уже при Порошенко приобрели опыт и оружие в зоне гражданского конфликта на востоке Украины, а теперь кошмарят Украинскую православную церковь Московского патриархата и уже открыто с нацистской символикой ходят факельными маршами по Крещатику. Создают боевые группы и дружины.

А политическая элита Украины, натянувшей на себя маску национализма, попала под контроль толпы маргиналов. Страх быть обвиненными этими радикалами в «зраде», то есть измене, окончательно сформировал нацистский режим.

Враги государства, а не оппозиция власти

С первых дней существования новой власти, кажется, именно с подачи тогдашнего главы правительства Арсения Яценюка, был выбран удобный идеологический формат бесконфликтного общества.

Стратегия новой власти была в том, что она едина с народом, что враг (а как же без него) один — Россия. И все, кто не согласны с президентом и правительством, — не враги власти, а враги народа и агенты Кремля. И потому должны быть осуждены, как государственные преступники. И по закону, и по морали. Поначалу противников режима было мало. Потому что, кто же захочет сесть в тюрьму за нелюбовь или критику власти. А упорных реально сажали.

Конечно, и это была маска политического класса Украины. Все-таки они, Порошенко, Турчинов, Аваков, Кличко выросли в других политических реалиях. Но черно-белая идеология казалась удобной. С ней легко решались болезненные проблемы политической борьбы. Но тут начались эксцессы. Эта  идеология была подхвачена нацистами и маргиналами и приобрела широкую популярность. В результате от рук радикалов погибли несколько журналистов, оппозиционный политик, оппозиционный писатель… Бытовые конфликты на теме языка стали нормой, чего раньше не было.

Сама власть, последовательно возбудила уголовные дела против журналистов, которые по определению критически относятся к любой власти. Так возникли дела Коцабы, Муравицкого, Гужвы и многих других, не согласных с «бандеризацией»…

Режима, который видит в своих политических противниках не оппозицию, а врагов государства. И если не может их наказать по закону, то предпочитает выдавливать из страны, преследовать, подслушивать и подсматривать за ними. То есть делать все то, с чего начинали нацисты в Германии в 1933-м году.

А что Россия?

Сегодня русскоязычные, как их называют на Украине, а на самом деле просто русские люди, которые выросли и живут на Украине, оказались в незавидном положении. И не только на Донбассе. Но в Днепре, Киеве, Виннице, Одессе.

Даже в Европейских международных структурах честно признают — в самых тяжелых условиях в настоящее время находится именно русский язык.

При этом режим Порошенко продолжает наступление на демократические и прочие права граждан. Теперь уже совершенно ясно, то, что было невозможно (с точки зрения демократии и критики власти) при «злочинной владе» Януковича — обыскивать редакции, поджигать телеканалы, сажать в тюрьму журналистов, при «демократичном» и прозападном Порошенко стало нормой.

И конфликт или видимость конфликта по поводу «бандеризма» с Польшей — не случайность. Приверженность идеологии, согласно которой «Украина превыше всего» — стало родовым признаком режима. Без скидок на время.

Может ли Россия не реагировать на происходящее? На факельные марши в Киеве, на реабилитацию нацистов через парламент, на чуть ли не ежедневные надругательства над памятниками павших при освобождении Украины советских воинов, на существование в соседнем государстве режима, который последовательно преследует именно русских и только их? И все это происходит в соседней, одной из крупнейших стран Европы, в которой проживает самая многочисленная русская диаспора.

Когда мы говорим, что украинцы — братский народ, все-таки мы имеем в виду не власть, а простых людей. А украинская власть — не братская россиянам. И если поляки принимают законы против приверженце идеологии Степана Бандеры, может быть настало время сделать это и российскому парламенту? При этом судить надо, конечно, не народ, а власть.

Захар Виноградов, Украина.ру