Варшава, обидевшись на термин «польские лагеря смерти», ввела ответственность за обвинения поляков в участии в холокосте

Три года тюрьмы — такое наказание, согласно одобренному нижней палатой польского парламента законопроекту, ждет любого, кто посмеет утверждать, что поляки принимали участие в холокосте. Документ фактически ставит точку в научных дискуссиях об ответственности польского населения за убийство евреев в годы Второй мировой войны. Почему Варшава решила ограничить свободу слова для своих граждан?

«То, что делает сейчас польское правительство, — это позорное пренебрежение правдой. Исторический факт состоит в том, что многие поляки помогали убивать евреев, передавали их в руки нацистов, преследовали их и даже убивали евреев своими руками — во время и после холокоста».

Так министр образования и министр по связям с диаспорой Израиля Нафтали Бенет отреагировал на принятый на днях польским парламентом закон. В соответствии с решением депутатов нижней палаты отныне любой, кто употребит словосочетание «польские лагеря смерти» или каким-либо образом обвинит поляков в соучастии в преступлениях нацистов, может быть отправлен в тюрьму на срок до трех лет.

В Израиле это вызвало волну возмущения. Политики еврейского государства расценили это как попытку переписать историю, сняв с поляков их долю ответственности за участие в холокосте. Лидер оппозиции Ицхак Герцог призвал власти отозвать израильского посла в Польше, а глава партии «Еш Атид» Яир Лапид, бывший министр финансов, написал в своем микроблоге:

«Сотни тысяч евреев были убиты, даже не успев встретиться с немецким солдатом. Польские лагеря смерти существовали, и ни один закон не сможет этого изменить… Мой отец пережил холокост, моя бабушка была убита в Польше немцами и поляками… Ваше посольство должно немедленно принести извинения».

Петра Козловского, временного поверенного в делах Польши в Тель-Авиве, вызвали в израильский МИД и вручили ноту протеста.

Но поляки уперлись. «Мы не изменим в законопроекте ни единого пункта, — заявила пресс-секретарь правящей партии «Право и справедливость» Беата Мазурек. — Довольно уже Польшу и поляков обвиняли в немецких преступлениях».

Самое парадоксальное, что еще недавно Тель-Авив и Варшава по вопросу о «польских лагерях смерти» выступали единым фронтом. Что же их рассорило?

Борьба за честное имя

Освенцим, Треблинка, Майданек, Хелмно, Белжец и Собибор — эти концлагеря, организованные нацистами во время Второй мировой войны, объединяет то, что все они существовали на территории Польши.

Еще в годы войны в англоязычной литературе их стали называть polish death camps, подразумевая географическое расположение. Впервые это выражение встречается в 1944 году, когда его употребил в статье польский патриот, боец Армии крайовой и впоследствии Праведник народов мира Ян Карский, безуспешно пытавшийся добиться от американских властей помощи погибающим в нацистских лагерях евреям. В последующем — в том числе благодаря стараниям Карского — оно прочно вошло в употребление и встречается во множестве научно-популярных книг и монографий, преимущественно американских.

По окончании холодной войны, когда у поляков обострилось чувство причастности к западной цивилизации, оказалось, что устоявшийся уже термин, во-первых, больно ранит национальную гордость, а во-вторых, создает, по мнению Варшавы, неверное представление о роли поляков во Второй мировой у зарубежного читателя. Чего доброго, кто-нибудь необразованный решит, что это поляки, а не немцы травили евреев газом в лагерях. В 2005 году глава МИД Польши Адам Ротфельд заявил, что таким образом «люди недоброй воли под надуманным предлогом пытаются скрыть правду и исказить историю». Польским диппредставительствам за рубежом было поручено обратить особое внимание на борьбу с неверной терминологией. Дипломаты взяли под козырек и принялись за дело.

Борьба оказалась нелегкой: западные англоязычные СМИ упорно не желали относиться к польским чувствам с должной предупредительностью, раз за разом упоминая «польские лагеря смерти». Так, в 2007 году польское посольство в Канаде подало жалобу на телеканал CTV, в эфире которого прозвучало «польский лагерь Треблинка». После долгого хождения по инстанциям поляки добились своего, и телеканалу пришлось извиниться.

Но остальные СМИ упорно продолжают писать о «польских лагерях» — даже невзирая на то, что Польша добилась от ЮНЕСКО официального решения о том, что лагерь смерти Освенцим должен именоваться «Аушвиц-Биркенау — немецкий нацистский концентрационный лагерь и лагерь смерти (1940–1945)». Многие польские политики и эксперты, включая специалистов из Института национальной памяти, видят в этом злонамеренную попытку приписать полякам уничтожение евреев. Но очевидно, что речь идет просто о нежелании менять привычную терминологию. Как правило, польские протесты просто игнорируются или же приносятся формальные извинения. Болезненный удар польскому делу нанес в 2012 году Барак Обама, который упомянул «польский лагерь смерти» во время одной из речей. В ответ на бурные протесты польского МИДа администрация президента пояснила, что он просто оговорился.

Немецкий след

Наибольшую ярость у противников термина «польские лагеря», однако, вызывают немецкие СМИ, которые нет-нет да и упомянут о Polnische Vernichtungslager. В 2006 году, к примеру, этот оборот появился в Der Spiegel, двумя годами позже — в газете Die Welt. Но наибольший резонанс вызвала история с каналом ZDF.

Против немецкого телеканала подал иск Кароль Тендера — бывший заключенный Освенцима и секретарь ассоциации бывших узников нацистских концлагерей. Он потребовал извинений и возмещения морального ущерба в размере 50 тыс. злотых ($15 тыс.), которые канал должен был перечислить на благотворительные цели. В итоге суд немецкого города Кобленц приказал ZDF извиниться. Но поляков это не удовлетворило: они планируют устроить мотопробег по всей Европе, везя за автомобилем прицеп с баннером «Лагеря смерти строили немцы-нацисты — ZDF, извинись!».

В случае с немецкими СМИ важную роль играет еще один фактор. Дело в том, что после Второй мировой войны западные союзники приютили в своей зоне оккупации многих бывших деятелей нацистской Германии, офицеров СС, сотрудников гестапо и абвера, обладавших важной информацией, которая могла пригодиться в начавшейся холодной войне. Изначально они действовали под контролем и на деньги США в рамках так называемой «организации Гелена», которая в 1956 году была преобразована в западногерманскую разведслужбу BND. Входившее в ее состав Агентство 114 (позже переименованное в Агентство 142) под руководством бывшего сотрудника тайной полевой полиции Альфреда Бенцингера занималось контрразведывательной деятельностью, а также, по мнению ряда польских историков, вело против Варшавы пропагандистскую войну, нарочно продвигая в западных СМИ термин «польские лагеря смерти», чтобы переложить ответственность за холокост на Польшу.

То, что агентство под руководством Бенцингера существовало, — непреложный факт. Оно боролось с советскими и восточногерманскими агентами, выслеживало местных пацифистов и коммунистов и вело антифранцузскую пропаганду. Туда массово принимались на службу бывшие нацисты. Деятельность структуры была не особо успешной — восточногерманская разведслужба «Штази» быстро наводнила его своей агентурой и завербовала многих сотрудников под угрозой разоблачения совершенных ими в годы войны преступлений. Постепенно бывших нацистов из агентства поувольняли, а само его ликвидировали в результате реорганизации BND в 1968 году. При этом никаких достоверных свидетельств, что его сотрудники занимались намеренным внедрением в западные СМИ антипольской терминологии, нет.

Праведники и убийцы

В священной борьбе за историческую правду поляков поддерживали израильтяне. И официальный Тель-Авив, и Комитет американских евреев заявляли, что нужно отказаться от термина «польские лагеря». Однако внесенный в польский парламент законопроект, похоже, серьезно рассорил Польшу и Израиль. Мемориальный музей «Яд ва-Шем» уже выступил с заявлением по этому поводу:

«Вне всякого сомнения, термин «польские лагеря смерти» представляет неверную с исторической точки зрения интерпретацию факта. Однако ограничения, введенные в отношении права ученых и простых граждан на заявления о том, что жители Польши принимали прямое или косвенное участие в преступлениях, совершенных на их землях во время холокоста, являются серьезным перекосом».

Проблема в данном случае в том, что Польша и Израиль преследуют совершенно разные цели. Если поляки заинтересованы в том, чтобы максимально обелить своих предков и представить их исключительно жертвами Второй мировой, то израильтяне стремятся максимально полно выяснить все обстоятельства, сопутствовавшие холокосту. И в процессе изучения нередко всплывают весьма неприятные вещи, в том числе и в отношении жителей Польши.

Да, этнические поляки (если не брать в расчет граждан Речи Посполитой немецкого происхождения — фольксдойче) в наименьшей степени сотрудничали с нацистами по сравнению с жителями других оккупированных европейских стран. На протяжении всей войны действовало польское правительство в изгнании, не признававшее ликвидацию Польши как государства, польские части в собственной униформе, под своими знаменами, во главе с командирами-поляками сражались с нацизмом в армиях союзников. В отличие от многих других стран в Польше не было создано национальное подразделение «Ваффен-СС». В стране существовало мощное партизанское движение. В конце концов, среди Праведников народов мира — 6532 поляка — больше, чем представителей любой другой национальности. За всё время войны поляки спасли от гибели около 35 тыс. евреев.

Проблема в том, что среди этнических поляков были не только те, кто спасал евреев, как стремится уверить мир польское правительство. Были и те, кто уничтожал. Так, набранная в основном из сотрудников довоенных польских правоохранительных органов «синяя полиция» вместе с немцами подавляла восстание в Варшавском гетто в 1943 году. Нередко поляки действовали по собственной инициативе: широкую известность получило истребление еврейского населения деревни Едвабне в июле 1941 года. Долгое время считалось, что это было дело рук немцев; лишь в 2000 году выяснилось, что евреев заживо сожгли в деревенском овине их соседи-поляки. И это был далеко не единичный случай.

В 2001 году тогдашний президент Польши Александр Квасьневский извинился перед еврейским народом от имени поляков. Похоже, польские власти решили, что одного раза достаточно. Новый законопроект, под благовидным предлогом налагающий запрет на любое обсуждение участия поляков в холокосте, ставит точку в процессе польского покаяния — если, конечно, Варшава не прислушается к израильским аргументам и не даст задний ход.

Алексей Куприянов, газета «Известия»