Не знаю, у кого как, а у меня в эти дни не идут из головы воспоминания о событиях пятилетней примерно давности — когда у нас принимали закон о статусе иностранного агента для «наших» НКО.

Одни тогда робко говорили, что ничего плохого не будет в том, чтобы про конкретную организацию, если она спонсируется из-за рубежа, знать этот немаловажный факт (только и всего — просто знать, просто иметь в виду…) А другие в ответ говорили, что это закручивание гаек, наступление на свободу, для цивилизованного мира недопустимое, что от такого закона до борьбы с инакомыслием один шаг…

За прошедшие годы, однако же, ни одно иностранное радио, газета или сайт не были закрыты, а максимум сложностей, которые могли быть созданы иностранным агентам, — это немного лишней отчётности.

Работают все радио свободы, все фонды открытый мир, все каналы настоящее время — работают и агрессивно рекламируют себя в социальных сетях. Им, правда, как никто не верил, так и не верит — именно поэтому страха у власти они явно не вызывают и бороться с ними никому не интересно.

То, что происходит сейчас в Штатах, на этом фоне кажется последней битвой тысячелетия — сюжетом из нового блокбастера про трансформеров. С RT борются так, будто это не телеканал, а армия инопланетных захватчиков, могучее и очень опасное войско, грозящее мирным хоббитам огнём и мечом.

А ведь это всего лишь телеканал.

Если, как вы говорите, RT — это рупор лживой пропаганды, тогда чего бояться? Неужели американский зритель не сможет отделить зёрна от плевел и посмеяться над русской ложью, случайно увидев её на экране, — как мы тут смеёмся над вашим CNN и его франшизами?

Но нет. Сначала потребовали зарегистрироваться как иноагенту, да ещё буквально в течение нескольких дней. А теперь — единогласным решением исполнительного комитета корреспондентов радио и телевидения — RT лишили аккредитации в конгрессе.

Отдельно радует тут то, что за это решение, по всей видимости, проголосовали не сотрудники спецслужб и не профессиональные тюремщики, а журналисты — то есть  люди, которым по долгу службы и по профессиональному призванию полагалось бы ценить свободу СМИ превыше всего на свете.

Можно не сомневаться, что эти же самые люди, когда в России обяжут подписываться иноагентом, например, «Радио Свободы», первые будут кричать об угрозе этой самой свободе.

Однако же есть свобода слова и свобода слова. Когда американские каналы безбожно врут о русских хакерах, сирийской войне, войне на Украине и так далее — это свобода слова. Когда RT объясняет, что это ложь, — это пропаганда.

Какую угрозу свободе и демократии самой богатой и самой вооружённой в мире страны может нести корреспондент с телекамерой в стенах её законодательного органа?

У нас уже заговорили о зеркальных ответных мерах, и, да, вводить их, конечно, придётся. Может быть, в качестве асимметричной меры запретить американским аудиторам появляться в нашем Центробанке? В этом по крайней мере была бы какая-то понятная, практическая польза.

Из всего этого можно сделать только два вывода. Либо в исполнительном комитете корреспондентов радио и телевидения конгресса США сошли с ума (причём в полном составе: ведь проголосовали единогласно!), либо работа RT действительно кажется им крайне, предельно опасной. Настолько опасной, что можно пристрелить даже одну из главных священных коров своей идеологии — тезис об абсолютной свободе СМИ.

Сделать это пришлось показательно и громко, заметили все. И для всех очевидно, что именно произошло. Даже в ОБСЕ — организации, которую трудно заподозрить в симпатиях к России, — и то выступили с заявлением о наступлении на свободу слова.

Так вот, стало быть: работа телеканала кажется очень опасной.

И тогда мы возвращаемся к вопросу: почему? Почему так опасна информация?

Вадим Левенталь, RT