После активных мер Багдада по усмирению Иракского Курдистана стало ясно, что этот регион не может рассчитывать на независимость, ему останется предоставленная ранее автономия. Отставка президента Масуда Барзани продемонстрировала отсутствие у курдов внятной самостоятельной стратегии и неготовность идти до конца. Важно и то, что решающую роль в разрешении инцидента со спорными территориями сыграл Иран.

По данным курдских источников, американские военные обещали политическому руководству в Эрбиле и курдским вооружённым силам пешмерга поддержку (в том числе огневую) в возможном конфликте с шиитским ополчением и регулярными частями иракской армии, рекомендуя при этом вывести курдские части из окрестностей Мосула и Киркука, где находятся нефтеносные поля. А когда Вооружённые силы Ирака и шиитские подразделения вошли в эти зоны, Вашингтон молчал. Тем временем победители не теряли инициативы – нефтепровод в направлении Турции был перекрыт, и нефть стала перекачиваться на территорию Ирана.

Решение США «кинуть» курдов, которых американцы прямо и косвенно поддерживали с 1991 года, связано со стремлением сохранить влияние на официальный Багдад. Однако получится ли? Ведь ранее у Вашингтона получалось не очень. Сделали американцы ставку на Нури аль-Малики, который получил пост премьер-министра в 2006 году, но это стало победой шиитов и Ирана. Спецназ Корпуса стражей исламской революции «Аль-Кудс» под руководством генерала Касема Сулеймани уже давно проработал механизмы взаимодействия с шиитами Ирака, а также с курдами. Да и кандидатуру аль-Малики выдвигал тогдашний президент Ирака, лидер Патриотического союза Курдистана этнический курд Джалал Талабани, имеющий давние связи с Ираном. Только когда в 2014 г. после победы на парламентских выборах аль-Малики начал проводить более выраженную прошиитскую политику, Вашингтон заволновался. Пришлось вести сложные переговоры с лидером иракских шиитов аятоллой Али Систани, и была выбрана компромиссная кандидатура в лице Хайдара аль-Абади, которого поддерживали сунниты. Однако это стало очередной ловушкой для США.

Можно предположить, что на весенних выборах в Ираке в 2018 году к власти придут силы, которые продолжат проиранскую линию, хотя с учётом интересов различных этнорелигиозных групп. Доминирование шиитов в Ираке, по всей видимости, продолжится – и в силу их количественного превосходства, и благодаря поддержке Ирана. У иракских суннитов такого покровителя нет. Опять же политическое проектирование, осуществляемое Тегераном, касается не только шиитов, но и суннитов, и курдов, и христиан.

Ярким примером влияния Ирана может служить Арбаин – массовое поминовение и ежегодное шествие в память убийства в Кербеле (100 километров к югу от Багдада) имама Хуссейна, внука пророка Мухаммеда. Каждый год в ноябре в Кербелу стекаются миллионы паломников-шиитов, при этом Иран поощряет присутствие иностранных делегаций других конфессий. В этом году в Арбаин, который по праву считается самым большим в мире мирным собранием людей, приняли участие более 20 миллионов человек! Большинство паломников следует пешком из Наджафа (расстояние до Кербелы – 73 километра), где находится гробница имама Али, отца имама Хуссейна. Это занимает несколько дней, во время которых многочисленные волонтёрские организации обеспечивают миллионам паломников на протяжении пути питание, отдых, медицинскую помощь и всё необходимое. В Ираке, по верованиям шиитов, должен произойти сбор армии двенадцатого имама Махди, после того как он вернётся в осязаемый мир и начнёт войну против даджала (антихриста), но помимо религиозной эзотерики Арабин имеет выраженную социальную функцию – это провозглашение лозунгов справедливости и борьбы с угнетением. Под угнетателями имеются в виду, разумеется, США и их сателлиты, транснациональный капитализм, либеральная демократия. По этим причинам западные СМИ полностью игнорируют освещение марша Арбаин.

Даже все противоречия внутри шиитов (например, восстание в 2004 г. на юге Ирака Муктады ас-Садра и его «Армии Махди») развиваются на антизападной основе. Американцы пытались арестовать или ликвидировать ас-Садра, но за него заступился духовный вождь шиитов Ирака, великий аятолла Али Систани, и ас-Садр был вывезен в Иран. Хотя иранцы не делают на ас-Садра ставку напрямую по причине его непредсказуемости, но, по некоторым данным, «Армия Махди» не сложила оружия.

Хотя в Ираке не принято открыто говорить о прямой роли американцев в создании очагов хаоса на Ближнем Востоке, отдельные политики (тот же аль-Малики) всё чаще высказываются о пагубном влиянии США на положение в стране. В своём подсознании иракцы-шииты нередко проводят параллель между «Исламским государством» и США. Погибшие от рук террористов военнослужащие, сотрудники иракской полиции и сил безопасности считаются мучениками, а их героизация несёт в подтексте протест против американской оккупации.

Вообще говоря, в Ираке скопилось огромное количество серьёзных проблем, и коррупция, к распространению которой американцы тоже приложили руку, – не последняя из них. Однако с этими проблемами, как считают многие, тоже придётся иметь дело Ирану, для которого сохранение своего влияния на Ирак является одним из важнейших внешнеполитических приоритетов.

Леонид Савин, ФСК