В ноябре 2013 года на саммите Восточного партнерства в Вильнюсе должно было состояться подписание Соглашения об ассоциации Республики Армения с Европейским союзом. Однако в начале сентября того года состоялись визит президента Армении Сержа Саргсяна в Москву и его встреча с российским президентом, после чего армянский лидер заявил о выборе в пользу Евразийского экономического союза, а тема соглашения с ЕС была закрыта.

Спустя четыре года ситуация повторяется (вплоть до крайней схожести событийного ряда), однако результат на этот раз будет, судя по всему, совершенно иным.

Через неделю, 24 ноября 2017 года, на брюссельском саммите Восточного партнерства ожидается подписание соглашения о всеобъемлющем и расширенном партнерстве Армении и ЕС. Несколько дней назад, 15 ноября, состоялся визит Сержа Саргсяна в Москву. Публичная сторона визита была подчеркнуто сосредоточена на гуманитарно-культурной сфере, а главным событием стала передача Владимиром Путиным своему армянскому коллеге акварели Врубеля, похищенной более двух десятилетий назад и найденной.

Это дает серьезные основания думать, что на этот раз при заключении нового соглашения Армении с ЕС не возникнет препятствий, и через несколько дней оно будет благополучно подписано в Брюсселе. В свою очередь, это заставляет попытаться понять причины произошедшего — весьма кардинального — изменения.

Хотя текст соглашения был опубликован менее месяца назад и представляет собой более чем 350-страничный документ, эксперты уже достаточно давно говорили о том, что скорее всего новое соглашение не вызовет возражений Москвы и будет подписано. Причем по очень простой причине: инсайдеры сообщали, что из текста изъяты положения, которые категорически не устраивали Россию и могли поставить под сомнение ее позиции в Армении.

Главным камнем преткновения тогда, в 2013 году, был предполагавшийся режим свободной торговли между Арменией и Евросоюзом. То есть тот же пункт, что вызвал разногласия с Москвой в договоре об Ассоциации Украины с ЕС, поскольку делал Таможенный союз уязвимым для европейской торговой экспансии.

В новой же версии соглашения этот и другие болезненные для Москвы пункты исключены.

Означает ли, что проект соглашения носит абсолютно бесконфликтный характер и не имеет никаких подводных камней? Нет. На поверхности лежит как минимум одна тема, способная стать предметом будущих конфликтных ситуаций.

Речь идет о Мецаморской АЭС.

Европа настаивает на небезопасности станции и ее закрытии, а в качестве замены предлагает Армении развивать альтернативную энергетику. Этому вопросу посвящен целый раздел в тексте соглашения.

Срок эксплуатации единственного работающего энергоблока (второй был остановлен после землетрясения в Спитаке в 1988 году) продлен правительством Армении до 2026 года. При этом, учитывая, что АЭС является важным российско-армянским проектом, а в целом атомно-энергетическая экспансия выступает значимым приоритетом для Москвы, именно Россия выделила на эти цели государственный экспортный кредит (270 миллионов долларов) и грант (30 миллионов долларов).

Теоретически Москву должны были бы обеспокоить положения соглашения об ориентации на закрытие Мецаморской АЭС. Однако в реальности этого не наблюдается.

Причины такого положения вещей видятся вполне понятными.

Дело в том, что Мецаморская АЭС обеспечивает едва ли не половину (до 45%) потребностей Армении в электроэнергии. При этом, в отличие от других постсоветских государств, Армения не понаслышке знает, что такое энергодефицит. В начале 1990-х годов стране пришлом пережить несколько кошмарно тяжелых лет в состоянии практически тотальной энергетической блокады, в результате чего население Армении жило фактически без отопления зимой и без электричества круглый год.

В связи с этим весьма сомнительно, что власти и общество Армении окажутся столь же наивными, как, например, Литва, отказавшаяся от собственной атомной энергогенерации и закрывшая Игналинскую АЭС ради светлого европейского будущего.

Это проблема в первую очередь для самой Армении в плане отношений с Европой, а не для России.

Есть и еще одна потенциально конфликтная тема, связанная с заключаемым соглашением, но она опять-таки касается в первую очередь самой Армении. Речь идет о приближении армянского законодательства к европейскому. Уже сейчас на повестке дня стоит закон о домашнем насилии, который вызвал крайне бурную негативную реакцию в обществе.

Учитывая крайне либерально-политкорректный курс современной Европы, в приверженном традиционным ценностям обществе Армении закономерно возникают вопросы: а какие еще законы будет навязывать Еревану Брюссель после подписания соглашения?

Но и это тоже проблема не России, а Армении как суверенной страны и ее отношений с ЕС.

Возможно, именно здесь стоит искать ответ, объясняющий благодушную позицию России в сложившейся ситуации.

Москва все последние годы постоянно твердит, что она, в отличие от США, просто отдающих приказы своим вассалам-сателлитам, никого из своих партнеров и союзников ни к чему не принуждает. Первые лица российского государства раз за разом напоминают, что Россия уважает чужой суверенитет и не вмешивается в чужие внутренние дела. Другое дело, что Россия имеет право защищать свои интересы и использует для этого имеющиеся в ее распоряжении инструменты.

В 2013 году Россия в ситуации прямой и очень серьезной угрозы своим национальным интересам убедила армянское руководство изменить его позицию. Можно только предполагать, какие конкретно аргументы выдвинул тогда Кремль.

Но теперь, когда самые острые вопросы сняты, Армения может действовать по собственному разумению и желанию.

Примечательно, что этой свободой действий обладает страна, критически зависимая от России в ключевых сферах, — от экономики и энергетики до обороны и безопасности. Штаты, как показывает практика, не церемонятся в куда менее однозначных случаях.

Россия уважает и принимает стремление Армении сохранить многовекторность ее внешней политики. В свою очередь, армянскому государству придется справляться с вызовами, которые влечет за собой такой подход.

Ситуация тем более любопытная, поскольку относительно недавние оптимистичные иллюзии большинства младоевропейцев уже рассеялись, зато стали очевидными весьма непростые реалии современной Европы и стремящихся влиться в нее стран:

— неоколониалистский характер Европы разных скоростей;

— навязывание актуальных радикально-либеральных установок не готовым к этому традиционным обществам;

— кризисные явления в самом ЕС и усиливающаяся оппозиция Брюсселю внутри Евросоюза со стороны некоторых «ренегатов» (Польша, Венгрия);

— готовность Брюсселя в любой момент сдать назад и лишить предоставленных привилегий (достаточно вспомнить висящий на волоске безвизовый режим с Грузией)

— и т.д. и т.п.

В общем, Армения готова открыть новую страницу отношений с Европой в крайне непростой для той период с неизвестным исходом. Но, как было сказано выше, это не проблема Москвы.

Ирина Алкснис, РИА Новости