Отсутствие события в мире большой политики иногда говорит больше, чем его натужная имитация

3 ноября, всего за несколько дней до саммита АСЕАН во Вьетнаме, мировые агентства распространили следующее сообщение:

Президент США Дональд Трамп не исключает, что встретится с российским президентом Владимиром Путиным во Вьетнаме на полях саммита АТЭС. Во время встречи глава Белого дома намерен обсудить Украину, Северную Корею и Сирию. «Это очень важная поездка. У нас может быть встреча с Путиным … это очень важно. Они могут помочь нам с Северной Кореей, Сирией. Нам нужно поговорить об Украине», — сказал он в интервью телеканалу Fox News.

Сегодня можно определенно констатировать – никакого полноценного общения президентов США и России на этом саммите не было. Ритуальные рукопожатия и так называемое «общение на ногах» даже близко не тянут на статус полноценных переговоров.

Из какового факта следует несколько весьма важных для мирового сообщества выводов.

Первый: Владимир Путин, вопреки пророчествам досужих кремленологов всех мастей, в очередной раз ничего не слил. Ни Донбасс, ни Сирию, ни даже Северную Корею. Чем лишний раз подтвердил наличие у российской внешней политики неизменного генерального курса, который не зависит от текущей конъюнктуры геополитических разменов. Если бы дело обстояло иначе, американцы наверняка сделали бы все возможное, чтобы отдельная встреча двух президентов состоялась и чтобы пресловутый слив российских позиций был там оформлен на официальном уровне. Но, увы и ах Вашингтону, Путин ему такой радости не доставил.

Второй вывод: Публичное опускание Трампа понадобилось в качестве своего рода «вишенки на торте», которым является вся совокупность современной американской геополитической деятельности, острие которой заточено явным образом против России.

Именно это следует из того факта, что явный слом программы визита Трампа во Вьетнам, в его ключевом пункте – встрече с Президентом России, произошел уже после того, как повестка дня американского лидера была согласована — за три дня до саммита иначе быть просто не может. А сам Трамп публично объявил о предстоящих переговорах с Путиным.

То есть определенные силы в США использовали эту ситуацию не просто для срыва рандеву с Президентом РФ, но и специально для того, чтобы с максимальной выразительностью показать, что президент их страны на самом деле никто и звать его никак. Что им вполне и удалось.

Теневая американская власть, сорвавшая вьетнамскую встречу двух мировых лидеров, решила таким способом показать, что Америка вполне может обойтись и без России при решении любых глобальных проблем. Чисто символическое совместное с РФ заявление по Сирии, подписанное главами внешнеполитических ведомств, которое Трампу всего лишь позволили одобрить, не может рассматриваться как договоренность высокого уровня и существенного политического значения. Тем более, что по Сирии Америка уже, по сути, ничего серьезного предложить России не может.

Третий вывод: Установка реальных правителей США и англосаксонского Запада на решение мировых проблем без Москвы и в обход России, может быть истолкована как продолжение линии на геополитическую изоляцию этой страны, в контексте подготовки к её дальнейшему удушению и расчленению. Очевидно, что это всегда проще сделать в отношении государства, чья роль в мировых делах минимизирована до несущественного уровня.

Очевидно однако и то, что ставка на геополитическое уничижение РФ отнюдь не выглядит как гарантирующая Западу несомненный успех. В то же время не вызывает никаких сомнений, что она гарантирует Западу конфронтацию с РФ с последствиями, которые сегодня невозможно предсказать даже теоретически. Это уравнение со столькими неизвестными, что его удовлетворительное решение не под силу не только легендарным «британским ученым», но и всем мозговым центрам ЦРУ вместе взятым.

Отсюда делаем вывод, что решение на изоляцию России и на конфронтацию с ней принято на Западе не потому, что оно сулит геополитическую победу над русскими с обязательным получением богатых трофеев, но по совсем другой фундаментальной причине.

Каковая может быть интерпретирована в поддающихся логическому и фактологическому анализу рамках, только как конфронтация сама по себе.

То есть, реальная американская власть заинтересована иметь на обозримое будущее достаточно мощного военно-политического оппонента мирового уровня с тем, чтобы спокойно и на долговременной основе планировать развитие производительного сектора своей экономики, основой которого является военно-промышленный комплекс. Иных состоятельных кандидатов на эту критически важную для США геополитическую позицию в природе просто не существует. Россия уникальна как мерой своей несвязанности с глобальной экономикой Запада (даже без её сырья он по большому счету может обойтись), так и своим военно-промышленным и интеллектуальным потенциалом, который может заставить вспотеть любых западных визави. Это вам не Северная Корея, которая без соседнего Китая вряд ли вообще запустила бы хоть одну ракету.

Таким образом, вьетнамское фиаско Дональда Трампа подвело окончательную черту под сомнениями насчет реальных раскладов на американском властном Олимпе. И поставила все точки над «и» относительно стратегической нацеленности американской внешней политики. Сомнений на сей счет уже не осталось.

И это можно только приветствовать! Поскольку ясность в вопросе о намерениях дальнего прицела, которыми руководствуется Вашингтон, позволит России с куда большей определенностью и целенаправленностью выстраивать свой собственный геополитический курс. Основным содержанием которого, наверняка, будет именно то, чего как раз очень добиваются в США – эффективные и разносторонние действия Москвы по срыву американских попыток международной изоляции России. Я не оговорился – именно этого в Вашингтоне и добиваются. Что теперь уже совершенно определенно вытекает из негласной, но полностью подтвержденной Вьетнамом конфронтационной стратегии Запада. Ему нужен именно дееспособный соперник, способный как следует разогнать кровь в его дряхлеющих, старческих жилах и, тем самым, продлить его геополитический век. При этом, однако, надо понимать, что положение «спарринг–партнера» Запада отнюдь не равнозначно элитной страховке «от всего». И если, паче чаяния, он окажется слабаком, то его безжалостно схарчат и займутся поиском других более подходящих кандидатов на ту же роль.

Таким образом, что касается самой России, то ей просто не оставляют иного выбора, кроме как драться за свое существование в самом широком смысле слова. В принципе русским к этому не привыкать. Именно поэтому время гламурной расслабленности, всеобщей потребительской драчки и беспробудного эгоизма естественным образом подходит к концу. Новая эпоха испытаний предъявит народам и государствам совершенно иной, куда более жесткий, спрос. Которому им, воленс-ноленс, придется соответствовать, чтобы элементарно не сыграть в мусорный ящик истории.

Юрий Селиванов, специально для News Front
Юрий Селиванов