Западные политики, медиа, гражданское общество должно перестать делать вид, что в Украине ничего не происходит. Нельзя позволять украинским правителям делать то, что они сегодня делают с моей страной – просто потому что они «свои сукины дети»

Сегодня в Украине грубо попирается свобода слова, проходят систематические репрессии против строптивых журналистов, которые не хотят быть пропагандистами войны и не боятся критиковать действующую власть. Но почему об этом молчит международное сообщество, политики западных стран, крупнейшие западные медиа? Ведь мониторинговая миссия ОБСЕ и правозащитники криком кричат о том, что в Украине, развернулась настоящая «охота на ведьм». А спецслужбы и послушные властям судьи могут посадить журналиста на долгих пятнадцать лет лишь за то, что он  критиковал президента и правительство.

В будто бы демократической постмайданной Украине, которую так яростно и активно защищали многие западные лидеры, журналиста могут беспрепятственно расстрелять возле своего дома, как Олеся Бузину в 2015 году. Или взорвать в автомобиле, как редактора Павла Шеремета в 2016 году. Другие журналисты, такие как, Дмитрий Василец и Евгений Тимонин, по несколько лет находится в тюремных застенках.

Мой случай можно считать показательным. В начале 2015 года меня, военного корреспондента столичного телеканала «112-Украина», показательно арестовали. Бросили за решетку по сфальсифицированным обвинениям в особо тяжком преступлении – государственной измене и препятствии вооруженным силам. Уголовная квалификация полузабытого термина сталинских времен «враг народа» предусматривала от 12 до 15 лет тюремного заключения. Прокуратура требовала для меня 13 лет тюрьмы, я отсидел в одиночной камере СИЗО 524 дня. Международная Амнистия признала меня узником совести, а 34 депутата Европарламента выступили в мою защиту. Только после этого я был оправдан и выпущен на свободу.

Но сейчас Верховный суд, по ходатайству Генеральной прокуратуры Украины, вновь признал меня обвиняемым в государственной измене и отправил мое уголовное дело на пересмотр. И мне снова грозят те самые 13 лет тюрьмы за «измену». Соответственно, на любом судебном заседании меня могут вновь взять под стражу, и тогда я уже не смогу писать колонок в Aftonbladet. Пока что все судьи по моему делу берут самоотвод, чтобы не портить свою репутацию заведомо политическим делом, в котором нет, и не может быть никаких доказательств вины. Но власти хотят передать его в суд другого региона, где судьи не будут такими щепетильными. А само дело никто не закрывает, и надо мной уже несколько месяцев висит угроза ареста.

Правительственная пропаганда называет меня «агентом Москвы», – как и любого несогласного в Украине. В моем случае это звучало бы смешно, если бы не 13 лет тюрьмы, которые может мне стоить это обвинение. Я активно начал заниматься общественной деятельностью еще с 1988-го года, как последовательный антисоветчик, и участвовал практически во всех акциях протеста, которые, в конце концов, привели к созданию Украины как самостоятельного государства. Мы, радикально настроенные студенты, организовали тогда всеукраинскую забастовку и бессрочную голодовку. В учебниках по новейшей истории Украины эти события называются «Революцией на граните».

Все эти тридцать лет я оставался последовательно проевропейским, либеральным активистом и журналистом. Я принимал активное участие в Оранжевой революции 2005-го года и в Евромайдане 2014-го. Как и миллионы моих сограждан, я разделял идеалистическую веру в ценности свободы и демократии. Теперь, так же, как и большинство из них, я испытываю разочарование и в Майдане и в своей наивной вере в Запад. Ведь именно Европейский Союз и США позволили ультраправым политикам превратить мирное гражданское движение в кровавый государственный переворот, словно в насмешку названный «Революцией Достоинства», и развязать в моей стране братоубийственную войну.

За что же меня посадили в тюрьму и теперь хотят посадить вновь? Меня, прозападного активиста, который был тогда сторонником нового президента Порошенко? Фактически – за обычный видеоблог, в котором я назвал войну на востоке своей страны гражданской войной, и призвал украинцев не идти в армию, игнорировать мобилизацию. Ни призывов к насилию, ни оправдания политики Кремля не было там и в помине.

Вскоре я, вероятно, даже не смогу выехать за границу, чтобы попросить о политическом убежище. В октябре замминистра информации Дмитрий Золотухин лично потребовал у прокуратуры возбудить против меня новое уголовное дело – за то, что я ездил в Европарламент с критическим докладом о состоянии свободы слова в Украине. Это дело принято к рассмотрению, о чем официально информирует сайт Прокуратуры. На днях я жду обыск.

Если это случилось со мной, то легко представить себе, что происходит с другими инакомыслящими в Украине. Их ждет травля, нападения ультраправых, показательные аресты, многочасовые обыски и допросы в редакциях пока еще независимых СМИ.

Атмосфера нетерпимости к инакомыслию – это сознательная политика нынешних украинских властей, которая вынуждает независимых журналистов, покидать страну. Поэтому, нам очень нужна защита международных – в том числе, шведских правозащитников, журналистов, политиков. Все случаи репрессий против украинских журналистов должны стать объектом их пристального внимания.

Только в июле 2017 году независимыми мониторинговыми организациями в Украине зафиксировано 28 случаев нарушений свободы слова и журналистских прав. Более того, Национальный союз журналистов Украины обнародовал вопиющие факты о нападении на работников СМИ. В том же месяце зарегистрировано семь уголовных производств о нападении на журналистов – в том числе и на меня.

Действующей украинской власти все равно, какие политические взгляды людей, осмелившихся критиковать эту власть. Всякого, кто подвергает ее критике или осуждает военные действия на Донбассе, провозглашают «пособниками террористов», «пятой колонной Москвы» и «агентами Путина». Для запугивания и репрессий украинская власть использует национал-радикалов из военизированных ультраправых организаций типа «С14», «Правый Сектор» (структура запрещена в РФ – ред.), «Азов». Именно они воевали в статусе добровольцев на Донбассе. Они же, по указанию спецслужб, третируют известных блогеров, журналистов и общественных активистов, которые выступают с пацифистских позиций и критикуют геноцидную политику Киева по отношении к жителям Донецкой и Луганской областей.

Власть использует показательные аресты журналистов по сфальсифицированным обвинениям для запугивания других работников СМИ, которые вынуждены работать в режиме жесткой самоцензуры. Все это напоминает о трагическом периоде сталинских и гестаповских репрессий тридцатых-сороковых годов прошлого столетия. Поэтому уже сегодня украинцы могут сколько-нибудь правдивую информацию и сбалансированные объективные сюжеты исключительно в интернет-СМИ.

Последний, по-настоящему вопиющий случай преследования журналистов – арест житомирского  журналиста-фрилансера Василия Муравицкого. Его арестовали прямо в роддоме, где у него только что родился ребенок. Как и меня, его обвиняют в государственной измене – а также, в посягательстве на территориальную целостность Украины, создании террористической организации, покушении на информационную безопасность страны. Но, фактически, Муравицкого арестовали только за его социалистические взгляды, которые он публично отстаивал.

«Обвинение в государственной измене и подрыве национальной безопасности из-за написанных мною статей – это полностью ложное обвинение. На моем месте может оказаться каждый журналист. Это угроза журналистской деятельности в Украине в отношении любого журналиста, любому публицисту и блогеру. За мировоззрение, за личное мнение и публикацию статей на любом сайте или информационном ресурсе могут обвинить в государственной измене и подрыве национальной информационной безопасности. Следствие даже не понимает, что невозможно через статью или взгляды подорвать национальную информационную безопасность. Что же это за безопасность, которую можно подорвать только журналистскими статьями?», – сказал на суде Василий. Но судья остался равнодушен: журналиста отправили за решетку. Он сидит в тюрьме уже два месяца, его семья потеряла единственного кормильца, а суд даже не приступил к рассмотрению уголовного дела по сути. Так может продолжаться до бесконечности.

Я, как журналист, считаю необходимым встать на защиту Василия Муравицкого и привлечь к его делу максимальное внимание. Возможно, хотя бы реакция западной общественности поможет освободить Василия из-за решетки. Но западные лидеры сих пор не нашли в себе политической воли признать ошибкой безусловную поддержку Евромайдана, или хотя бы указать на эксцессы нового украинского режима. А именно это провоцирует власть Украины на новый произвол и новые репрессии против оппозиционных журналистов.

Ставки очень высоки. Пока европейские политики из геополитических соображений покрывают нарастающие в Украине репрессии, подавление свободы слова, произвол властей и террор ультраправых будут продолжаться по нарастающей. Мне, как стороннику европейского выбора, особенно больно это осознавать. Ведь в результате, будут безнадежно дискредитированы именно европейские ценности, а само слово «демократия» превратится в ругательство или в синоним лицемерия. За риторикой свободы и прав человека обнаружится циничный расчет, который оплачивается человеческими жизнями – жизнями украинцев.

Нужно сделать из этого выводы. Западные политики, медиа, гражданское общество должно перестать делать вид, что в Украине ничего не происходит. Нельзя позволять украинским правителям делать то, что они сегодня делают с моей страной – просто потому что они «свои сукины дети».

Их надо остановить.

Руслан Коцаба, ЛІВА