Как ни крути, а от сравнения с испанской инквизицией им никак не уйти. Хотя, похоже, они не очень-то и стремятся. Думают, коль не сжигают и не пытают, то и аналогии неуместны. А ведь кто знает, как бы они себя повели, случись им родиться лет на пятьсот раньше. Кое-чему из того, что они сейчас демонстрируют, даже Торквемада бы поаплодировал. Говорят, это он придумал заманивать врагов Святого престола на невинные теологические дискуссии. Мол, приходите и доказывайте свою правоту. Приходили. Там их и брали тепленькими – только дрова подкидывать успевай.

То ли отстраненные министры Каталонии в мыслях уже настолько отделились от Испании, что выкинули из головы и ее историю. То ли они убедили себя в том, что такое средневековье теперь невозможно. Но, похоже, направляясь в Мадрид на заседание Национальной судебной коллегии, они не совсем понимали, на что они идут. Вообще-то их было девять. Однако советник женералитета Санти Вила ушел в отставку за день до объявления независимости, поэтому, казалось, ему и вовсе нечего бояться. Ну, раз приехал, не отпускать же его просто так, решила судья Кармен Ламела. Но сделала ему скидку на отсидку. Позволила выйти под залог в 50 тысяч евро.

Остальные – ни за какие деньги. По своей воле они на суд больше не пойдут. Их будут возить туда в автозаках. И так до вынесения приговора. А там, по подсчетам журналистов, может набраться в совокупности не 30, как думали раньше, а все 50 лет лишения свободы. Им «шьют» организацию восстания, призывы к мятежу и растрату госсредств. Мадрид судит исключительно со своей колокольни. Отделение региона – это угроза государственности. Угроза государственности – это мятеж. А мятеж следует подавить. Другое дело, что мятежников представляешь себе как-то иначе. Не то чтобы с патронташем, небритыми и немытыми. Но какими-то деклассированными.

Тут же все уважаемые люди. За каждым тысячи избирателей. Вице-президент Каталонии, спикер парламента, министры. Среди них две женщины. А их закрывают, как преступную группировку. Возможно, чтобы протестировать каталонцев перед тем, как еще сильнее закрутить гайки. Мадрид стремится исключить вероятность рецидива на досрочных выборах 21 декабря и уже показывает, за кого голосовать не стоит. Реакцией он должен быть доволен. Двадцать тысяч на улице – это все-таки не два миллиона на референдуме.

«Я же их предупреждал», – где-то в Брюсселе подумал о своих арестованных товарищах Карлес Пучдемон. Но публично заявил, что по-прежнему является в Каталонии главным и на правах главы требует освобождения своих людей. А ведь, возможно, их потому и взяли в заложники, чтобы воззвать к совести и таки выманить из Брюсселя самого Пучдемона. Первого, как они его уже назвали, мятежника. Впрочем, теперь ему надо лишь попросить, чтобы Бельгия уже без всяких вопросов предоставила ему политическое убежище. Ей достаточно просто посмотреть на то, как поступили с его соратниками.

Они поверили в правосудие, а оно оказалось ловушкой. И не скажешь, что сели в калошу. Потому что в сапог. «Испанский сапог». Может, им уже и не пытают. Но, похоже, для Каталонии только начинается хождение по мукам.

Михаил Шейнкман, РИА Новости (радио Sputnik)