Атомные подлодки, авианосцы, стратегические бомбардировщики и истребители пятого поколения — количество новейшего вооружения США в районе Корейского полуострова зашкаливает. На сдерживание «человека-ракеты» Трамп готов тратить миллиарды до тех пор, пока Северная Корея не «начнет вести себя хорошо». Есть только одно но: расплатиться за нынешнюю вечеринку придется в итоге не Ким Чен Ыну, а его южнокорейским собратьям.

Согласно подсчетам южнокорейского экономического издания «Хангук кёнчже», стоимость американских вооружений, задействованных в учениях на Корейском полуострове в октябре, составляет около 13 миллиардов долларов США. С учетом же использования техники, участие которой по соображениям безопасности не оглашается, сумма возрастает до 17 миллиардов. Один только авианосец типа «Нимиц» стоит порядка 4,5 миллиарда долларов. А в текущем месяце их будет задействовано, как ожидается, даже два: «Рональд Рейган» (CVN-76), завершивший в прошлую пятницу активную фазу учений в корейских водах, и идущий ему навстречу «Теодор Рузвельт» (CVN-71), который по пути на Ближний Восток должен отработать взаимодействие со своим «коллегой». При этом один день плавания авианосца обходится американской казне в 2,5 миллиона долларов — как 10 автомобилей «Мерседес-Бенц» S-класса.

Скопление столь значительного количества вооружений, по мнению южнокорейских аналитиков, не может не оказывать сдерживающего эффекта на КНДР, поскольку представляет смертельную угрозу для ее руководства в случае начала боевых действий. В связи с этим президенты Мун Чжэ Ин и Дональд Трамп уже договорились о размещении американских стратегических вооружений в Южной Корее на ротационной основе. Предполагается, что в конце этого года с японских баз будут переброшены несколько истребителей F-22 (по 170 миллионов за штуку) и F-35B (не менее 85 миллионов), а полеты бомбардировщиков B-1B (300 миллионов), которые со второй половины этого года проводятся почти два раза в месяц, станут регулярными. Должно существенно увеличиться и количество заходов авианосцев и атомных субмарин (1,3-1,7 миллиарда).

Все это, как видно, дело очень затратное. Но для США это не проблема, ведь они уже знают, кому можно выставить счет.

Я себя не обделил?

Свою позицию о необходимости увеличения трат союзников на оборону Дональд Трамп четко обозначил еще во время предвыборной кампании. Несмотря на то что до окончания действия нынешнего соглашения о распределении трат еще больше года, ждать его окончания президент США явно не намерен, и вопрос, как ожидается, будет обсуждаться уже на встрече лидеров двух стран в Сеуле 7-8 ноября.

Согласно действующим договоренностям, вклад Южной Кореи в содержание американских войск в 2017 году составляет порядка 840 миллионов долларов. В следующем году он может быть увеличен лишь на уровень прогнозируемой инфляции, которая вряд ли превысит 2%. Но такой порядок цифр вряд ли соотносится с запросами американской стороны.

В конце апреля Трамп уже заявлял, что хочет получить от Южной Кореи один миллиард долларов за размещение дивизии ПРО THAAD. А встречавшийся с Муном через месяц сенатор Дик Дурбин, который курирует в верхней палате конгресса вопросы военного бюджета, открыто намекал, что для полного обеспечения безопасности Южной Кореи и базирующихся там американских солдат таких комплексов неплохо бы иметь несколько. Теперь же к списку вооружений, за которые «должен заплатить Сеул», может добавиться еще и новый пакет стратегических вооружений стоимостью в десятки миллиардов долларов.

Проблема, однако, в том, что по нынешнему соглашению выделяемые Сеулом деньги могут быть использованы лишь для строительства необходимой военной инфраструктуры, поставок боеприпасов и провианта, а также оплаты труда корейского персонала, работающего на американских базах. Все остальные расходы на содержание собственного контингента в Южной Корее несет Вашингтон.

Такое распределение вызывало немало нареканий американской стороны и во времена Обамы. Трамп же наверняка потребует пересмотра и этого «плохого соглашения», угрожая в противном случае сократить свои обязательства по обеспечению безопасности азиатского союзника.

Плати или проиграешь

Официально, согласно договоренности, достигнутой лидерами двух стран в 2008 году, американский военный контингент в Южной Корее поддерживается на уровне в 28 500 человек. И если Сеул наотрез откажется платить, США вполне могут пойти на сокращение численности своих войск, тем более что исторические прецеденты уже были.

С обещаниями вернуть американских солдат из Кореи к власти в США приходили президенты Никсон и Картер. Оба впоследствии отказались от идеи полного вывода, однако значительное сокращение войск при Никсоне все же произошло: в 1971 году домой вернулась 7-я пехотная дивизия, насчитывавшая почти 20 тысяч человек. В ответ на протесты тогдашнего президента Пак Чон Хи, обвинявшего Вашингтон в нарушении соглашения о взаимной обороне, США, правда, согласились выделить Южной Корее военной помощи и кредитов для развития собственной армии на 1,5 миллиарда долларов (что в 2017 году равнялось бы 9,1 миллиарда). Однако уже при Буше-старшем, сократившем в 1991-1992 годах количество размещенных в Корее войск еще на 13 тысяч, Сеул не только ничего не получил взамен, но еще и обязался взять на себя часть расходов по содержанию оставшихся военных.

Несмотря на почти 30-кратное доминирование Юга над Севером в экономическом плане и наличие более современных вооружений, далеко не все уверены, что Южной Корее удастся быстро одолеть КНДР без помощи американских войск. И если Сеул не будет идти навстречу Вашингтону по вопросу размещения THAAD и другим мерам, призванным обеспечить безопасность США и их войск в регионе, Дональд Трамп вполне может пойти на ответные решительные шаги. Что, как показывает опыт Южного Вьетнама, может серьезно пошатнуть позиции «очевидного лидера».

Впрочем, такой вариант развития событий является нежелательным и для самих Соединенных Штатов, поэтому Вашингтон, скорее всего, воспользуется другими способами компенсации своих убытков.

Например, добровольно-принудительной закупкой своих вооружений.

Цена вопроса

Согласно расчетам Стокгольмского института исследований проблем мира, Республика Корея в 2016 году вошла в топ-10 стран с самым большим военным бюджетом, потратив в сумме на эти цели 36,8 миллиарда долларов. При этом, являясь крупным экспортером вооружений (в прошлом году Южная Корея обошла даже Украину, заняв 9-ю строчку рейтинга SIPRI), Сеул продолжает оставаться одним из крупнейших импортеров — больше закупают только Египет, Ирак, Индия, Алжир и Саудовская Аравия. И абсолютное большинство зарубежных вооружений Южная Корея покупает, разумеется, в США.

По данным южнокорейского Минобороны, за последние 10 лет Сеул приобрел американских вооружений на 32 миллиарда долларов. В одном только 2014 году Южная Корея подписала контракт на закупку 40 истребителей F-35A рекордной стоимостью 6,5 миллиарда (по 160 миллионов за единицу). Сейчас же президент Мун вынашивает планы постройки собственных атомных подводных лодок, для чего Южной Корее понадобится не только содействие американских компаний, но и формальное разрешение Вашингтона на переработку ядерного топлива для реакторов АПЛ.

При этом вариант возвращения в Южную Корею тактического ядерного оружия США, что, по мнению местной оппозиции, стало бы надежным сдерживающим фактором для КНДР и обошлось бы в итоге гораздо дешевле, США пока игнорируют. Как не рассматриваются и реальные дипломатические альтернативы по решению накопившихся проблем путем переговоров.

Южнокорейский МИД уже начал подготовку к предстоящим переговорам с США по вопросу затрат на оборону. Какой план предложит Вашингтон и насколько его будет готов принять Сеул, пока не известно, но дебаты явно будут не из легких. Ведь загнанный в угол Ким Чен Ын может обойтись союзникам уж слишком дорого.

Андрей Ольферт, РИА