Они молились. Они поклонялись. Крестились и кланялись будто православные. Только православные молятся и поклоняются святыням, а эти…

Замечательное событие произошло во время нынешнего празднования «Дня защитника Украины». Замечательное всем – и самим фактом случившегося, и антуражу, сопровождавшему происходящее, и ритуальным действом в исполнении первых лиц того региона, где происходило событие. В Виннице, небезосновательно считающейся вотчиной президента и премьер-министра страны, в торжественной обстановке был открыт первый на Украине памятник Симону Васильевичу Петлюре. Именно первый! До сих пор сему деятелю сподобились установить лишь бюст в Ровно, а тут – целый памятник! Вот ему и били поклоны местные чиновники и активисты.

Выступивший на открытии городской голова Винницы Сергей Моргунов назвал происходившее символичным. И это действительно так!

Хотя возвеличивание Петлюры началось ещё с 1991 года, в последнее время сия историческая фигура как-то затерялась, стала малозаметной, оказавшись в тени фигур других «великих украинцев» (прежде всего – Степана Бандеры и Романа Шухевича). И вдруг – чудесное возвращение на пьедестал.

Кстати, в тот же самый день 14 октября, выступая на праздничном мероприятии в Киеве, президент Пётр Порошенко вспомнил участников «освободительной борьбы», «защищавших» почти сто лет назад украинские земли «от вооружённой агрессии со стороны красной и белой России». И первым среди тех «защитников» назвал Симона Васильевича. Что вновь-таки указывает: Петлюре ныне отводится ведущее место в пантеоне «национальных героев».

Почему же стал он так привлекателен для представителей современного политбомонда Украины? Чем завоевал симпатии теперешних украинских политиков? По-видимому, тем, что многие из них ощущают некое духовное родство с данным персонажем отечественной истории.

Самовлюбленный. Амбициозный. Некомпетентный во многих государственных вопросах, но упорно стремящийся руководить страной. Готовый ради достижения и удержания власти пролить кровь тысяч соотечественников. Громогласно называющий себя патриотом и тут же приторговывающий Родиной. Храбрый на словах, трусливый на деле. Подлый, наглый, корыстолюбивый…

Разве это можно сказать только о Петлюре?

Он оказался на высоком посту в результате государственного переворота, ударной силой которого стали «национально сознательные» галичане. Переворот получился кровавым, хотя кровопролития вполне можно было избежать. Власть и без того падала путчистам в руки,  оставалось лишь немного выждать. Но так хотелось всё получить быстрее!

Предшественник Симона Васильевича – гетман Павел Скоропадский – являлся слабым правителем. Легкомысленным (чтоб не сказать резче). Нерешительным. Неоднократно менявшим политическую ориентацию.  Окружившим себя негодяями. Он обоснованно вызывал раздражение у многих. И всё же порядок при гетмане кое-как поддерживался. Государственные институты функционировали. Народ жил пусть небогато, но сносно.

Переворот в короткий срок обрушил всё. В стране воцарились хаос и беззаконие. Рухнула экономика. Резко обострились отношения с соседней Россией. Была утрачена часть территории. Многократно выросла преступность. Толпы отморозков (употребим тут этот современный термин), объявив себя «патриотами Украины», шатались по городам и селам, безнаказанно занимаясь поборами, грабежами, убийствами.

Вам эта историческая картина ничего не напоминает?

Петлюра не мог обуздать распоясавшихся бандитов. Боялся даже пытаться это сделать. А поскольку наличие множества неконтролируемых властью вооружённых формирований наносило ущерб репутации его режима, Симон Васильевич не придумал ничего лучшего, как объявить их частями своей армии.

Номинально эти подразделения подчинялись верховному командованию, были одеты в военную форму, получили соответствующий статус. Фактически же они оставались типичными бандами, не обращавшими никакого внимания на формально существующие законы. Понятно, что в военном отношении такое воинство большой ценности не представляло. Оно терпело поражения и от красных, и от белых. Зато держало в страхе население внутри страны.

Не лучше обстояло дело в сфере гражданского управления. Симон Васильевич очень опасался конкуренции и тщательно следил, чтобы на ответственные посты назначались деятели, не умнее его самого. В результате, как вспоминали современники, структуры власти наполнялись особями «прямо страшными по своему интеллектуальному убожеству», да ещё и нечистыми на руку. Казнокрадство достигло небывалого ранее размаха.

И опять же: ничего не напоминает?

Режим позиционировал себя как народный, демократический. Только вся демократичность ограничивалась декларациями и лозунгами. Правда, чтобы легитимизировать власть, Петлюра устроил «выборы» в «Трудовой конгресс». Но что это были за «выборы», кого и как «избирали» можно, наверное, не объяснять. Само собой разумеется, что и толку от такого «конгресса» не было никакого.

Единственное, чем петлюровские «демократы» занимались с успехом, это тотальной украинизацией. Русский язык изгоняли отовсюду – от сферы обслуживания до системы образования. Никакие аналогии не напрашиваются?

Финал петлюровщины являлся вполне закономерным. Симону Васильевичу и его подручным пришлось бежать за границу. Но перед этим они полностью разорили и ограбили страну, а самое страшное – залили её потоками крови.

Позднее, очутившись в эмиграции, некоторые бывшие соратники решили отмежеваться от Петлюры и обратились к нему с «Открытым письмом». Они обвинили недавнего своего вождя в том, что тот окружил себя «всякими отбросами общественности», производившими на Украине «многочисленные расстрелы, грабежи и насилия».

«Знаете ли Вы, Симон Васильевич, – говорилось в письме, – что эта неповинная кровь, эти десятки тысяч неповинных жертв, эти слезы – родителей, у которых убиты дети, и обесчещенных женщин, детей, у которых отняли родителей – что это, может, больше всего и привело к катастрофе, что это тяготело как проклятие над Вами и Вашим правительством?»

Диагноз тут поставлен точно, но, к сожалению, слишком поздно. Петлюровщина обернулась для Украины трагедией…

Увы, судя по всему, трагедия повторяется. Современные правители Украины старательно подражают Симону Васильевичу, копируя чуть ли ни каждый его шаг. Петлюра и петлюровщина превратились в своеобразные символы ныне правящего режима. Этим символам молятся и поклоняются, подводя, между тем, Украину к такому же финалу.

А ведь можно же было сделать выводы, учесть чужие ошибки, чтобы не наступать на грабли в очередной раз. Впрочем, чему удивляться? Если бы украинские политики умели извлекать уроки из прошлого, многое бы сегодня в стране было бы по-другому.

Александр Каревин, alternatio.org