Глава Каталонии вновь оделся в доспехи. Пригрозил Мадриду, что если что, созовет парламент и объявит-таки о независимости. Уже не декларативной, а всамделишной. В субботу все и решится

… 21 октября на экстренном заседании правительства премьер Испании Мариано Рахой отправит Каталонию под домашний арест. А если это кому-то не понравится, то того – и под тюремный. Это дело, правда, еще надо будет утвердить в сенате, но там у Рахоя большинство. Три недели после референдума в пиренейском королевстве думали, что мятежному региону хватит и подписки о невыезде. Минувший четверг назначили днем отречения от крамолы. Но, так и не добившись от Барселоны гарантий того, что никуда она от Мадрида не денется, решили-таки впервые в истории подвести автономию под эту грозную 155 статью конституции.

И она тем страшнее, что никто толком не знает, как ее применять и как просчитать последствия. Сам ее номер – это свидетельство далеко не первой ее необходимости. Напротив, она – последнее, к чему планировали прибегнуть составители Основного закона. В ней всего несколько строк и никакой конкретики. Мол, если подрываете интересы Испании, то примем меры и отберем власть. Писали, видимо, на всякий случай, для острастки. Коль есть автономия, необходим и какой-то рычаг воздействия на нее.

Король Хуан Карлос Второй – этот свод еще при нем составлялся – мог обойтись и более короткой «отеческой» формулировкой. Скажем, будете плохо себя вести – накажу. А как – это уже детали. Закрою в чулан, поставлю в угол, дам ремня, посажу на хлеб и воду, отберу планшет. И это еще далеко не полный перечень наказаний, которые теперь подразумевает Мадрид под словосочетанием «лишение автономии». Отсутствие в конституции строгих рамок и правил наведения порядка предоставляет ему широкий простор для воспитательного творчества. Или, точнее, исправительно-трудового. Ведь работать Каталония тоже будет не на себя, а на государство.

Впрочем, возможно и УДО. То есть, досрочное освобождение от полномочий и внеочередные парламентские выборы в регионе. Говорят, только в этом случае Мариано Рахой вернет ему свободу. А может, и не отберет. Свободу опять же условную, поскольку в границах единой Испании. Глава Каталонии Карлес Пучдемон, прознав о том, опять стал решительным. А то все письма писал, на разговор напрашивался. Напросился на неприятности. Теперь, полагая, что двум смертям не бывать, вновь оделся в доспехи. Пригрозил, что в ответ на приостановку автономного статуса созовет парламент и объявит-таки о независимости. Уже не декларативной, а всамделишной.

То есть, выходит, ему автономный статус тоже дорог, коль он хочет, чтоб его сохранили? Вряд ли Мадрид расценит этот выпад Пучдемона именно так. Вряд ли он вообще берет Пучдемона в расчет. Кроме него, правда, в Каталонии есть еще миллиона два желающих отделиться. Но тут же главное – с кого-то начать. Ведь и среди еретиков когда-то сожгли первого. А потом уже не могли остановиться. Впрочем, от лишения автономии не умирают. И Каталония с Испанией жить будет. Но вот любить – уже вряд ли.

Михаил Шейнкман, радио Sputnik